Лилит: Перерождение

Фортуна предпочитает смелых. Латинская пословица

      — Тебе не больно? — Взволнованно проговорил парень, в миг оказавшись рядом с Лилит. — Тебе по лбу попало? Прости, я не знал, что кто-то с другой стороны.       Лилит потерла место ушиба. Теперь на лбу будет шишка или же синяк. Красивая придет в школу из-за этого незнакомца, ничего не скажешь. Девушка поморщилась и отступила на шаг назад, дабы парень снова ее случайно не стукнул. Стиснув зубы, она выбрала вариант промолчать и не говорить то, что чуть не вырвалось минуту назад.       — Скажи же что-нибудь. Не молчи, — взмолился парень, заглядывая Лилит в глаза. Как только их взгляды пересеклись, девушка отскочила, как от огня. Внутри у нее что-то как будто взорвалось, будто она обожглась, ошпарилась обо что-то. Его зеленые глаза, как у кошки, были смутно знакомыми. Поэтому Лилит подумала, что обожглась именно о воспоминания свои, к которым возвращаться из раза в раз не хотелось.       Ответа парень так и не дождался, девушка пулей выбежала из школы, оставив незнакомца в недоумении. Она пробежала мимо кафе, в котором раньше иногда сидела с Розалией и болтала о разных мелочах. Мысли в голове путались и превращались в кашу, которую было трудно распутать, больше напоминало огромный клубок из воспоминаний, в котором преобладало количество ужасных, по ее мнению, нитей темного оттенка. Радостные моменты из жизни были сжаты в тиски, словно закованы в цепи. И это давило, отчего внутри становилось больно. От боли хотелось кричать и плакать, но Лилит себе пообещала, что больше такого не повториться. Она изменилась, она сможет показать себя с другой стороны, надо только в разных ситуациях примерять нужные маски и все пойдет как по маслу.       Лилит сначала хотела пойти к дому, не сворачивая к парку, но по ходу дела передумала. Пребывание в парке успокаивало. Раньше девушка приходила в этот парк, когда было грустно, только здесь она могла побыть в одиночестве и никто бы не увидел ее слез, что капали на землю. Она была одна, как и сейчас. Прошло достаточно времени, а, казалось, что нет. Но сейчас слез не было, они давно высохли, оставив после себя лишь пустоту. Зайдя в глубь парка, Лилит села на скамейку и облокотилась о спинку. Она глубоко вдохнула и выдохнула, растерла пальцами виски, пытаясь привести мысли в порядок.       В парке днем почти никого не было, разве что какие-то женщины с маленькими детьми, да пожилые люди. Помимо них тут были только птицы, что щебетали без умолку, будто что-то обсуждали. Посмотрев на птиц, Лилит улыбнулась, скворцы напоминали ее и Розалию, когда та увлеченно что-либо рассказывала. Может, новая жизнь в школе не будет казаться легкой, но это все равно лучше, чем просидеть пол жизни в четырех стенах, каждый день ожидая, что вот-вот придет учитель и будет заниматься с тобой на дому. Пару лет хватило, больше девушка в подобном не нуждалась. Настал новый этап в ее жизни, наступило время брать силу воли в кулак и дать отпор обидчикам. Лилит пришла снова в Свит Аморис, чтобы отомстить и она не успокоиться, пока не заставит всех, кто ее обижал, испытать ту же боль, те же унижения. Пусть им станет также плохо, девушка хотела именно этого. В ее глазах снова блеснул азарт, и уголки губ довольно приподнялись, напоминая совсем не милую улыбку.       Собравшись с мыслями, Лилит слегка стукнула себя по щекам, возвращаясь с небес на землю. Таким образом взбодрившись, девушка пошла домой, сидеть дальше в парке уже было бессмысленно. Придя домой, она сняла с себя верхнюю одежду и обувь, и поднялась к себе в комнату. Через пару часов нужно было встретится с Розалией. Один час можно потратить в пустую, а второй на то, чтобы собраться и привести себя в должный вид. Собственно, так все и было. Первый час был потрачен на игру в приставку, второй же Лилит в ускоренном режиме собиралась. У Розалии предстоит узнать многое, надо морально подготовиться к долгому и, наверное, трудному разговору.       Когда Лилит пришла к кафе, то Розалия уже была там. Видимо, пришла сразу после школы. Но это было не важно, подруги улыбнулись друг другу и, усевшись около окна, заказали газировку и принялись болтать. Разговор оказался не таким напряженным, каким это ожидала Лилит. Розалия рассказывала, что было в школе, когда ее подруга ушла. Время от времени шутила, отчего ее собеседница звонко смеялась. Роза обсудила всех девочек, а потом плавно перешла к парням. Лилит внимательно слушала, делая глоток своего напитка. Когда, казалось, обсудили уже всех учеников, Розалию прервали:       — Слушай, а как зовут парня, который носит какие-то армейские штаны, тяжелые ботинки, перчатки и футболку с рубашкой, — Лилит задумалась, вспоминая образ парня, который ударил ее дверью.       — Ты про Кентина, что ли? — Розалия захихикала. — Между прочим, он недавно вернулся из военной школы совсем другим человеком. Он также значительно изменился, как и ты.       Лилит, делая глоток газировки, подавилась, услышав от подруги то, что совсем не ожидала. То, что недавно было выпито, чуть не вылилось обратно, девушка прикрыла рот рукой. В глазах поселилась паника. Тот ли это человек, которого она имела в виду? Тот ли самый Кентин, про которого подумала? Вариант был один — спросить у Розалии.       — Погоди, хочешь сказать, это тот самый Кен?       — А, по-твоему, есть еще какой-то? — Розалия как-то заговорщицки улыбнулась, а Лилит нахмурилась и отмахнулась.       — Я знаю этот взгляд, даже не смотри на меня. Ты что-то задумала, чую.       Лилит задумалась, вспоминая, как Кентин выглядел раньше. Тот мальчик, что всплыл в сознании, никак не мог стать тем, кого она видела сегодня в школе. Несомненно, люди могут измениться, Лилит сама тому подтверждение. Девушка сама не заметила, как в мысли наглым образом ворвался Кентин. Он изменился, причем в лучшую сторону. Однако она помнила, что во время того, когда многие обижали, обзывали и пытались сделать больно, Кентин просто стоял в стороне и ничего не делал. Он стоял и смотрел, как его одноклассница захлебывается собственными слезами, пытается позвать учителей, но ее никто не слышит. Кентин не пытался что-то предпринять, не пытался помочь, позвать кого-нибудь из старших, он лишь стоял позади всех и наблюдал. Да, ему тоже могло достаться, но бездействие было куда хуже.       — Возможно, — быстро согласилась Розалия, но тут же переключила тему. — Но, я не об этом. Представляешь, когда Кентин вернулся, то отомстил Амбер первым делом. Причем, не совсем обычным образом, он ее поцеловал, — глаза блеснули, отчего Лилит стало немного не по себе. — Это потом долго обсуждали, странно только, как Пегги об этом статью не написала.       — Да уж, действительно, странно, — Лилит сглотнула и, спрятав руки под столом, сжала кулаки. Несмотря на то, что Кентин вел себя далеко не как джентльмен, девушка была неравнодушна к нему. И даже, когда она ушла на домашнее обучение, скучала не только по Розалии, но и по тому странному мальчишке, однако чувства были притуплены его поступками с приставкой «недо». Сейчас же Лилит ничего к нему чувствует, хотя сердце болезненно сжалось, когда Розалия сказала о его мести Амбер. Может, это все-таки бывшая привязанность к нему проснулась?       — Попытаешься в этот раз начать отношения с Кентином? — Розалия, поставив локти на стол, подперла руками голову. — Я помню, тебе он нравился раньше.       Судя по тому, как Лилит с прищуром посмотрела на Розалию, ей эта идея не пришлась по вкусу. Может и нравился, но что с того? Время прошло, момент упущен.       — Я лучше снова на домашнее обучение перейду, — фыркнула Лилит, отвернувшись к окну.       — Кстати, о твоем домашнем обучении. Давай выкладывай, а то ты молчишь, а говорю только я, — Розалия ткнула в Лилит пальцев, чтобы та обратила нее внимание.       Лилит вздохнула и обратно повернулась. Выдержав паузу, она принялась все рассказывать: что послужило причиной ее ухода; почему пришлось оставить школу и заниматься дома; как к этому отнеслись родители. Розалия слушала, и иногда ее глаза округлялись от удивления, а иногда ее глаза метали молнии от злости. Да, Роза знала, что творилось с подругой, когда та отходила. Для нее не было секретом, что над Лилит издевались и не давали прохода, но в плохом смысле. Девушка как-то пожаловалась учителю, но тот лишь головой покачал, мол, обвинять без доказательств неправильно, а когда с этой новостью приходила к подруге, то та злилась и объявляла бойкот. Лилит не хотела жаловаться кому-либо, что в школе проблемы, она хотела разобраться со всем сама, но ничего не получалось из раза в раз.       — Розалия, прости, пожалуйста, — Лилит сжала в руках стакан с газировкой и потупила взгляд. — Прости, я ничего тебе не сказала, а сейчас мы с тобой сидим и болтаем как раньше, будто не было большого разбега… — Глаза предательски защипало, и по щеке начали скатываться слезы. Но она сделала то, за что Розалия уважала ее. Лилит улыбнулась. Роза уважала в подруге эту черту, что бы не случилось, как бы обидно не было она умела найти в себе силы, чтобы улыбнуться.       — Ну-ну, это не стоит слез, Лилит, — улыбнулась Розалия. — Я не обижена и не злюсь. Я по-прежнему твоя лучшая подруга, если только ты не снизила меня до уровня простой подруги.       — Нет, что ты, — запротестовала Лилит.       Подруги еще немного посидели, а позже разошлись. В конце концов, у них впереди много времени вместе. Лилит вернулась домой с веселой улыбкой на лице, это признак хорошего настроения оценили родители. Девушка с нетерпением ждала следующего дня. Дня, когда она начнет, наконец, покорять Свит Аморис.