I'll be back

- Тейт, - тихий шепот в мертвой тишине дома. Блондин резко обернулся на голос, но пустота вокруг явно напоминала, что любимая все еще не хочет его видеть. - Вайлет, - нерешительно позвал Тейт, оглядываясь по сторонам. Надежда, ни на секунду не угасавшая в нем все эти пятнадцать лет, вдруг вновь вспыхнула с новой силой. Она грела душу, пробиралась под кожу и заставляла давно мертвое сердце биться быстрее. Дом отозвался на его зов звенящей тишиной, от которой хотелось упасть на пол, биться в истерике, кричать, плакать и вновь просить прощения. - Вайлет! – закричал Тейт, падая на колени. Он нисколько не стеснялся того, что другие призраки могут его услышать, посмеяться над ним, издеваться. Его трясло, словно в лихорадке, слезы крупными каплями катились из глаз и стекали с щек на шею. Он знал, что сейчас Вайлет может его видеть, наверняка ей будет стыдно, что он себя так ведет, но ему было плевать. – Вернись ко мне, - словно мантру повторял Тейт, утыкаясь лицом в колени и зарываясь пальцами в волосы, грозясь и вовсе их вырвать с корнем. Его личное наказание. Все в доме могли видеть ее, кроме него. Все могли слышать ее, чувствовать, прикасаться к ней, но только не он. Тейт надеялся, что она позволит хотя бы увидеть ее, хоть раз, скажет ему хоть одно слово, пускай и обвиняющее, но сказанное ее чуть хрипловатым, дорогим сердцу голосом. И как сильно бы он ни ждал – за последние пятнадцать лет он не услышал ни звука от нее, не видел даже мельком. И все же Тейт не переставал мечтать, что наступит тот самый день, когда она сжалится над ним и простит. Тейт никогда не любил свою мать. Ему было не понять, какая сильная обида одолевает Вайлет, и все же он знал, что простить его она не сможет еще очень долго. Много людей перевидал этот дом с тех пор, как здесь скончалась Вайлет и ее родители, но, к огорчению Хэйден и остальных призраков, оставить «новеньких» здесь навсегда им не удалось. Вайлет и ее родители спасали жильцов, заставляя их вновь и вновь покидать дом. Тейт не относился к «добрякам», которые намеренно прогоняли людей из дома. Но в забавах Хэйден и ее компании не участвовал. Он предпочитал всюду следовать за родителями Вайлет, надеясь, что она хоть раз покажется ему. Он знал, она рядом с ними, но не видел ее. И это медленно убивало его. Хоть он и был уже давно мертв. Сказать, что он не пытался выдрать эту любовь из своего сердца, значит - солгать. Когда в доме появлялись молоденькие дочки хозяев, он тщетно старался влюбиться, но все эти пустышки нисколько его не интересовали. Нет, конечно, жутких недостатков у них не было, но была лишь одна проблема, не дававшая ему покоя. Они были не Вайлет. Убить для Вайлет парня он больше не пытался. Хотя нет, не так. Он пытался пару раз, и всякий раз к нему являлся Бен и уговаривал отпустить парня, ссылаясь на то, что от нового убийства Вайлет возненавидит его еще больше. Он был совершенно один. Хэйден была зла на него. Как же, он отказывался участвовать в забавах! Да ему и самому было не очень приятно общение с ней, поэтому он старался ее избегать. Другие же призраки не общались с ним по понятным причинам – большинство из них осталось здесь по его вине. Остальные же боялись его, зная его траурную репутацию. - Порой мне кажется, что ты забыла меня, - Тейт знал, что она здесь. Он чувствовал присутствие любимой кожей, сердцем, он знал. Она здесь. – И знаешь, - он сел чуть ровнее, подняв голову с колен, - я этому рад. Правда. Жалкая жизнь ожидает призрака. Ему приходится вновь и вновь переживать, вспоминать то, что было с ним при жизни… Чтобы не забыть, каково быть человеком, - голос его сорвался, и он поднял глаза к потолку, как будто Вайлет была ангелом, сидящем на облаке и выслушивающим его исповедь. – Мне очень жаль, что тебе приходится вновь и вновь вспоминать то, как я предал тебя. Именно поэтому я надеюсь, что ты забыла меня. Девушка материализовалась прямо перед ним. Вайлет сидела на коленях прямо перед ним. Тейт задержал дыхание, пытаясь остановить это мгновение. Он не видел ее… пятнадцать лет. Но сейчас она была той же Вайлет. Те же светлые волосы, окутавшие ее плечи. Пронзительные зеленые глаза, вытягивающие из него всю душу. Бледное лицо, хрупкая фигурка. Мертвая красота. Сердце сладко защемило. По ее бледным щекам текли призрачные слезы, и Тейт, решившись, потянулся к ним рукой и большим пальцем стер соленые дорожки. Вайлет вздрогнула и поддалась ближе, беря его лицо в свои руки. - Я никогда тебя не забуду, - прохрипела она ему прямо в губы. Что-то внутри Тейта затряслось и оборвалось, когда он услышал такой родной и желанный голос. Руки оплели ее талию, притягивая ближе, стремясь слиться с ней в одно целое, но Вайлет не нужно было убеждать. Она сама потянулась к его губам, вплела пальцы в его волосы и прижала к себе настолько сильно, насколько смогла. Как же долго она ждала эти губы. Как долго жаждала прижать своего любимого мальчика к себе, поцеловать и больше никогда не отпускать. Холодные, мокрые от слез губы Тейта медленно отогревались под ее губами, отвечали на горький поцелуй, в котором мешались слезы, боль, горечь, воскресшая надежда. - Ты все, что мне нужно, - прошептал Тейт, оторвавшись от ее губ. Обнять ее не было сил, он не мог отвести взгляд от ее глаз. - Я вернусь, - она провела ладонью по его щеке, и Тейт прикрыл глаза, сосредоточившись на ласке руки. – Ты должен ждать. Теплая ладонь исчезла так же быстро, как появилась. Тейт открыл глаза, зная, что увидит. Комната была пуста. Я буду ждать. Вечность, если потребуется.