Когда неудача берёт верх над удачей

      Тикки смотрела по сторонам и сжимала в своих руках (которые принадлежат её человеческому облику) красивый клатч, заимствованный у Маринетт. Ну, как заимствованный… Как это называется, когда берешь у человека вещь, пока он крепко спит, с четкой целью вернуть его обратно до того момента, как он проснется? Не воровство точно, так что Тикки не чувствовала себя неловко. Ей не было неловко в малиновых туфлях на внушительном каблуке (заимствованных у Маринетт), в черно-красном платье ручной работы (заимствованном у Маринетт), в бархатных перчатках (заимствованных у Маринетт). Она же обязательно вернет это всё, как только вернется домой. А вернется она, естественно, до рассвета. Хотя, учитывая то, до скольких спит Дюпен-Чен, в принципе, можно не торопиться.       — Выглядишь чудесно, — буквально промурлыкал знакомый Тикки голос. Он раздался сзади, поэтому квами пришлось развернуться. Это, конечно, далось трудновато — она не особо привыкла к человеческим ногам да и к этим высоким каблукам. Но виду подавать не стала.       — Как ты можешь это утверждать, если видел меня только сзади? — Ей пришлось задрать голову, чтобы обратиться к Плаггу. — И почему ты всё ещё такой высокий? Раздражаешь.       Её всегда немного бесило то, что человеческий облик Плагга такой высокий, и ей постоянно приходится задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Она давно просила, чтобы он поработал над ростом, но он этого не делал, отвечая: «Почему бы тебе просто не сделать свое тело чуть выше?» Но ей просто некогда это делать, потому что она постоянно находится рядом с Маринетт. Плаггу, естественно, легче, ведь он большую часть времени предоставлен сам себе, потому что у Адриана то фотосессии, то дополнительные занятия. А их способность принимать человеческий облик решено пока держать в секрете от хранителей. В прочем, как и многие другие способности.       — Не будь такой занудой, Тикки, — улыбнулся Плагг, потрепав подружку по волосам, за что получил недовольный взгляд. Все-таки видно было сразу, что над прической Тикки хорошо поработала, а Плагг взял и растрепал её. Бесстыжий котяра.       Нос Плагга прошелся по темным волосам квами Ледибаг, а его губы едва касались её покрасневшего ушка.       — Просто я точно знаю, что ты всегда, со всех ракурсов и в любом обличье выглядишь потрясающе, — прошептал он, после чего сразу же отстранился от Тикки. — А что касается моего роста, я не хочу ничего менять. Мне нравится, как ты запрокидываешь свою голову, чтобы посмотреть на меня.       Лицо Тикки в миг покрылась румянцем, а свой смутившийся взгляд она опустила вниз. Если честно, она не особо любила человеческое обличье. Ей не нравилась реакция человеческого организма на некоторые явления. Особенно реакция человеческого сердца на… что-то подобное тому, что только что сделал Плагг. Оно будто бы делает сальто, а затем бьется с бешеной скоростью. А щеки! Они начинают гореть так, словно ты оказываешься в помещении с температурой градусов восемьдесят по цельсию, хотя ты просто стоишь на прохладной ночной улице.       Но одно Тикки все же нравилось — в груди зарождается очень приятное тепло.       — Н-не говори глупостей, — ответила она, взяв в свободную от клатча руку ладонь Плагга, и уверенно куда-то зашагала. — Идем скорее, а то дело близится к рассвету. Да и кто знает, возможно Хищный Моль снова…       — Тикки, — остановил её Плагг, сжав хрупкую ладонь в своей покрепче. — Давай хотя бы сегодня не будем думать ни о чем, кроме нашего свидания? Меня уже задрало вечно думать о том, испортит ли Моль наше свидание и сегодня, успею ли я вернуться до того, как проснется Адриан. Сегодня я решил избавиться от всех мыслей, кроме тебя. Я даже стараюсь мысли о сыре послать куда подальше…       Квами Ледибаг вздрогнула и взглянула в блестящие зеленые глаза. Черт, и как только это бестолковое ушасто-усатое недоразумение умудрилось сделать себе такие красивые глаза? Они похожи на траву, в которой так и хочется понежиться.       И... Он прав. В конце концов, у них свидание. И, возможно, его никто не сможет испортить. Ни Хищный Моль, ни что либо еще. Нужно просто выкинуть все мысли кроме свидания. Хотя по поводу возвращения до пробуждения Адриана она бы еще поспорила.       — Да, кстати, сегодня от тебя не несет этим камамбером. Даже не знаю, поблагодарить ли тебя за это, потому что запах этого сыра меня жутко…       И Плагг снова не дал ей договорить. Только уже не тем способом, которым сделал это чуть ранее. На этот раз он бесцеремонно приподнял её голову за подбородок — все же разница в росте была значительной — и накрыл её губы своими. В этот момент Тикки снова возненавидела человеческий организм за его бурную реакцию. Но этого нахального котяру она возненавидела чуть больше. Что, блин, он себе позволяет? Даже договорить не дал!       — Ты слишком много говорила о сыре, — прошептал он, чуть отстранившись. — Так много, что мне снова его захотелось. А единственное, что может отвлечь меня от него, — это ты. Так что скажешь еще хоть слово о нем — не жалуйся на то, что так нагло тебя целую.       Плагг положил руку, что не придерживала подбородок Тикки, на её талию и придвинул девушку к себе поближе. Его губы едва коснулись губ Тикки, прежде чем она отвернула голову, подставив вместо своих губ щеку.       — Я же не говорила больше о сы… о том, о чем ты просил не говорить! — возразила она. — Так почему ты снова это делаешь?       — Потому что я слишком много говорил о сыре, что мне его захотелось ещё больше, — усмехнувшись, ответил и он и развернул лицо Тикки обратно.       Он медленно приближался к её губам. Невозможно было не обратить внимание на прикрытые глаза Тикки и полное её смирение. Похоже, она была не против, и это несомненно радовало Плагга. Но не успел он хотя бы чуть-чуть коснуться губ любимой, как вдали послышались грохот и напуганные крики людей.       — Серьезно?! — рыкнул Плагг, повернув голову в сторону, с которой раздавался шум. — Может, его пристрелить, а?       — Плагг, мы не убиваем.       — Ну почему всегда именно тогда, когда у нас свидание?!       — Возможно, твоя неудача берет верх над мой удачей, — хихикнула Тикки, выпутавшись из рук Плагга. — Я за Маринетт.       — Ага, а я за Адрианом. Куда ж еще, — недовольно фыркнул Плагг, побежав в сторону дома Агрестов.