Хроники Солнечного города

      Полгода назад тридцать три малышки Солнечного города, отозвались на призыв инспектора Огонька, решили вступить в ряды милиции, следуя ее примеру, каждая ведомая своими мотивами. Правда в самом начале выяснилось, что прежде чем получить форму, необходимо было пройти курс подготовки. Только прошедшая подготовку, получала право носить форму.       - Учтите, малышки, вас ждут трудности, которых вы никогда ранее не видели в своей жизни, – предупредила малышек Огонек. – Вы будите трудиться день и ночь, прежде чем заслужите звание младшего инспектора.       - Разве нельзя обойтись без подготовки? – задала вопрос Маковка на собрании. – Мы желаем стать милиционерами. Разве желании недостаточно? Расскажите нам, как нам быть и мы все сделаем.       - Желание – это только половина дела. Вторая половина подготовка. Вы должны стать сильнее физически и морально. Кроме того, вы обязаны будите беспрекословно подчинятся моим требованиям. Вы будете выполнять мои указания, даже если мои приказы вам будут не по нраву. Учтите, там, где вы окажитесь, мне будет виднее, что для вас хорошо, а что плохо. Вы должны напрочь забыть слово "хочу" и твердо запомнить слово "надо". Скажу "спать", будете спать. Скажу "проснуться", проснетесь. Скажу "не дышать", будите не дышите. Вы будите кораблем, но я штурвалом и парусом. Также во время подготовки вы будите изолированны от окружающего мира, живя за городом.       Многие малышки, узнав о подобных требованиях, отказались от участия в подготовке, но тридцать три малышки, в т. ч. Маковка, решили согласится на выдвинутые условия. Правда, они понятия не имели, что их ожидает впереди. Местом подготовки была выбрана спортивно-туристическая база за пределами города. Там курсантки должны круглосуточно жить на протяжении шести месяцев.       Путь до места назначения отнял целый час. Сначала они держали путь по ровному и широкому шоссе, поэтому автобус, в котором ехали малышки, шел быстро и ровно. Далее они свернули с основного пути на побочную дорогу. Она была неровная и в колдобинах, из-за чего автобус подскакивал и малышки на каждой кочке весело визжали и смеялись. Скорость резко снизилась. Пассажирам стало казаться, что дорога, с двух сторон ограниченная зарослями высоких кустарников никогда не закончится. Однако впереди показался комплекс зданий, огороженных изгородью и железными воротами, покрытых коррозией от непогоды. Над воротами была вывеска из металлических букв "Добро пожаловать". Здесь было мрачно, пустынно и тихо. На дворе была середина осени. Небо было занесено слоем свинцовых туч и было довольно холодно. Перед автобусом были открыты ворота и автобус въехал на территорию турбазы и остановился.       - Малышки, вот мы и прибыли, как вы и заказывали! – обратился к пассажиркам Свистулькин, сидя за рулем и открыв дверь в салон. – Выходим!       Маковка вслед за остальными малышками покинула салон автобуса. Водитель галантно помогал им выйти наружу. Огонек уже ожидала. Рядом с нею стояли два инспектора по правую и левую руку. Палкин и Пряжкин, два рослых и крепких коротышек, занимавшихся боксом и недавно вступившие в ряды милиции. Огонек, окинув взглядом прибывших, велела им построиться в одну шеренги.       - Внимание, малышки! – обратилась Огонек прибывшим, и Маковка стоя в строю, внимательно слушала наставницу, стараясь уловить каждое ее слово. – С этого дня, с этого часа и с этой минуты, вы становитесь курсантками учебного центра! Последующие шесть месяцев вы будите находиться здесь, день и ночь, проходя подготовку под моим бдительным руководством. Инспектора Палкин и Пряжкин будут мне помогать в деле вашей подготовке и следить за дисциплиной. Ко мне вы теперь должны обращаться "мастер Огонек", я к вам буду обращаться "курсант", добавляя имя. Я понятно объясняю? Я не слышу!       - Так точно, мастер Огонек! – хором нестройно произнесли малышки.       - Замечательно, что среди вас нет глухих, – похвалила Огонек. – А теперь нале-во! За мною, шагом марш!       Туристическая база оказалась достаточно обширной. Множество зданий, спортивные площадки под открытым небом с дорожками для бега. Здесь же был тренажерный зал со спортивными снарядами, боксерский зал с грушами, лыжная база с рядами лыж и палок. Были жилые помещения и баня с душем, столовая с кухней. Система отопления, водоснабжения и электроснабжения. Правда было достаточно грязно, пыльно и некрасиво. Правда жить здесь было можно. Ознакомление закончилось и Огонек объявила, что теперь все прибывшие должны пройти баню. Это озадачило многих малышек.       - Мастер Огонек, вы желаете, чтобы мы помылись? – спросила Маковка, удивившись подобному предложению. – Но я уже мылась сегодня утром.       - Утро было утром, курсант Маковка! – твердым тоном ответила Огонек. – Все прибывшие, обязаны помыться, прежде чем приступить к обучению. Кроме того, перед мытьем, всем без исключения необходимо подстричься.       - Стричься? – удивились малышки, переглядываясь друг с другом, совершенно не ожидая подобного поворота событий. – Зачем?       - Так положено. Все курсантки должны быть одинаково подстрижены, чтоб волосы не мешали подготовке. Это первая и последняя стрижка, – объясняла Огонек. – Через полгода вы будите иметь право носить длинные волосы, которые к тому времени отрастут. Итак, курсантки! Разбиться на пары, взять машинки и ножницы и приступить к стрижке!       Приказ Огонька был словно гром среди ясного дня. Стричься машинками? Огонек в своем уме? Или быть может это шутка такая? Никто из малышек не изъявлял желания расставаться со своими длинными и густыми волосами, ведь для малышек волосы были гордостью.       - Погодите, мастер Огонек! – хором обратились сестры Вишенка и Черничка, сердито надув губки. – Что это значит, стричься под машинку? Разве мы овцы, чтобы нас так стригли? Мы протестуем!       - Протест отклонен! Вы что, думали в сказку попали? – грозно сверкнув глазами, спросила Огонек. – Здесь я отдаю приказы, вы их выполняете. Я приказала вам постричься, вы стрижетесь. Что не понятно?       - Мы не станем выполнять ваши приказы! – хором смело ответили Вишенка и Черничка. – Мы собираемся покинуть это место, так и знайте!       - Курсантки, я все понимаю. Но если вы не желаете выполнять мой первый приказ, не будите выполнять и последующие, а значит, я не смогу вас обучать, – объясняла Огонек. – Не желающие стричься, могут покинуть это место. Силой здесь вас никто держать не собирается. Пожалуйста, уходите!       Многие из малышек, в том числе и Маковка, обрадовались. Отсюда можно уехать и не придется проходить позорную стрижку. Пора вернуться домой и не забивать больше свою голову всякой чепухой о службе в рядах милиции.       - Ах да, забыла предупредить! – рассмеялась Огонек, наблюдая восторг курсанток. – Вас привезли сюда, однако увозить никто не собирается. Если кто-то желает вернуться в город, пускай отправляется. Но самостоятельно. Скатертью дорожка, как говорится.       Это заявление сбавило пыл малышек. Вернуться в город желали почти все, но никто не желал добираться самостоятельно. Путь сюда на автобусе отнял целый час, а что говорить о пешем ходе. Путь домой займет целую вечность и большая удача, если на шоссе попадется попутный автомобиль. Уже темнело, а многие малышки боялись темноты, при этом было довольно прохладно. Огонек дала минуту на размышление, во время которой можно было принять решение. Выбор был непростым. Без каких-либо колебаний ушли только Черничка и Вишенка. Путь домой был долог и опасен, но они предпочли его стрижке. Уходя они показали язык и воскликнули:       - Огонек! Вы ведьма!       - Не спорю, – спокойно ответила Огонек, словно эти слова ее никак не задели. – Однако дразнится некрасиво. Желаю попутного ветра.       Вишенка и Черничка, гордо задрав носы, удалились прочь. Огонек, тем временем, велела Маковке подстричь себя. Маковка еще недавно трудилась в парикмахерской и подстричь Огонька для нее составляло труда, однако ее удивило, что Огонек намеревается расстаться со своими роскошными волосами.       - Вы как думали, курсантки? – спросила Огонек строгим голосом. – Вы стрижетесь, я стригусь. Вы моетесь, я моюсь. Вы в огонь, я в огонь. Вы в воду, я в воду. Запомните одно правило. Я не буду вам приказывать делать то, что не по силу мне самой.       Малышки переглянулись. Похоже Огонек была настроена серьезно и не шутила. Неужели она и вправду готова была пойти на подобное.       - Пока меня стригут, остальные имеют право готовы ли они расстаться со своими волосами! – объявила наставница. – Еще не поздно было дать задний ход. Я не стану силой удерживать того, кто пожелает уйти вслед за Вишенкой и Черничкой.       Маковка выполнила указание и взяла в руки машинку для стрижки. Вскоре на пол начали падать черные локоны. Стрижка коротышек, для нее было привычным ремеслом, однако она никогда не стригла коротко малышек. Вскоре Огонек была гладко острижена, и почесывала голову.       - Примерно так вы и будите выглядеть в ближайшие недели, – промурлыкала Огонек.       Три малышки, увидев, что их ожидает, незамедлительно молча покинули помещение, нагнав ранее покинувших их Вишенку и Черничку. Однако оставшиеся малышки побоялись долгого пути и смирились с требованием. Все они разделились на пары, приступив к процедуре. Стрижка отняла достаточно много время: только Маковка была профессионалом в парикмахерском ремесле. Тем не менее, машинки жужжали и пол вскоре покрылся мягким ковром волос. Малышки не скрывали слез, расставаясь со своими волосами.       - Не плачьте, дорогуши! – подбадривала присутствующих Огонек. – Понимаю: досадно. Однако волосы не потерянные конечности: вырастут новые, даже лучше прежних. После стрижки всем снять украшения! Кулоны, кольца, браслеты, сережки... Все это в ближайшие полгода вам не понадобится.       Далее последовала не менее унизительная процедура мытья. Огонек велела всем раздеться, подавая пример.       - За нами никто не будет подглядывать, мастер Огонек? – задала вопрос Маковка, видя наготу наставницы. – Здесь ведь два малыша. Палкин и Пряжкин.       - Дорогуша, ты хочешь, чтобы за тобой подглядывали малыши? – с усмешкой спросила Огонек, невольно рассмешив присутствующих. – Хитренькая какая! Нет, никто за вами не будет подглядывать.       Баня представляла собой небольшое помещение вымощено кафелем с маленькими окошечками под самым потолком. Было очень холодно. Маковка, стоя без одежды, подняла голову вверх. На потолке было множество душевых сеток. Должно быть, оттуда на них польется вода. Малышка невольно вспомнила свою ванную комнатку дома. Удобная ванная. Куски мыла в виде зверей и птиц, яркие мягкие полотенца и мягкий банный халат.       "Под что же я подписалась? – размышляла Маковка, наблюдая, как Огонек крутит вентили. Сверху донесся хрюкающий звук. – Сидела бы сейчас дома, пила чай с баранками и смотрела телевизор!"        Однако поздно было об этом сожалеть. Сверху полилась вода, и малышки поначалу завизжали: вода была достаточно холодная.       - Так, кажется надо добавить горячей, – задумчиво произнесла Огонек, слыша визг подчиненных, и принялась крутить вентиль с красной ручкой. Однако это мало на что повлияло. Вода оставалась быть прохладной, а иной не было. – Придется поработать над системой подачи воды. Впрочем, выше нос! Не кипяток на нас льется, стерпим!       Малышки не разделяли оптимизма Огонька. Сначала их обкорнали, теперь вот поливают холодной водой… Правда это было только начало ужаса. Когда Маковка и остальные вышли из бани, закутавшись в банные халаты выяснилось, что вся их одежда и обувь исчезли.       - Где мое платьице? Где мои туфельки? – звучали перепуганные крики купальщиц. – Куда пропала одежда?       Вместо одежды и обуви, в которой они прибыли, лежали завернутые комплекты с бирками с именами. Брюки, тужурки, ремни, головные уборы, нижнее белье… Все одежда была совершенно единообразная и весьма некрасивая. Даже попоны для лошадей были красивее этого.       - Ваша одежда и обувь собраны и отправятся в город, потому что вам она уже не пригодится, – объявила Огонек. – Вы можете покинуть это место в любой момент, но возвращаться вы будите босыми и голыми, потому что вы не имеете права покидать это место в выданной вами одежде и обуви, потому что она не ваша и выдана вам временно. Желаете уйти отсюда, пожалуйста! Но тогда верните, что вам предоставили.       Оставшиеся малышка оказались в западне, словно мухи в паутине, а пауком была Огонек. Маковка понять не могла, как Огонек, такая же малышка, как и они, способна на такую вот жестокость. Маковка осмотрела своих подруг по несчастью, подстриженных, переодетых и переобутых трудно отличимых друг от друга. Теперь их обучение началось по-настоящему и назад пути не было       После бани последовал ужин. В обеденном зале, на столе рядами стояло два десятка мисок с некой похлебкой, кружки с жидкостью, тарелки с нарезанным ржаным хлебом и солонки с солью и перцем.       - Садитесь ужинать, курсантки! – велела Огонек, усевшись во главе стола, и пододвинув к себе миску с кушаньем. – Разрешено посолить и поперчить по вкусу. Приятного аппетита.       Маковка почерпнула содержимое миски ложкой, и поднеся ко рту, попробовать. Есть можно, однако не всем понравилась пища. Одна из малышек стала протестовать.       - Я не хочу есть эту гадость! Я всегда кушаю зефирки с чаем на ужин!       - Дорогуша, зефирок здесь нет, поэтому ешь, что дают, – ровным тоном ответила Огонек. – Похлебка вкусная и питательная. Я ее ем, и вы ее ешьте. Перед вами только два варианта: или есть и быть сытыми, или не есть, и быть голодными. Третьего варианта нет.       - Вот вам третий вариант! – ответила малышка, и движением руки, опрокинула миску, разлив похлебку по столу.       - Та-а-а-к! По-хорошему мы не хотим? Значит будем по-плохому! – произнесла Огонек, хмуря брови. – Палкин, Пряжкин! Отведите эту негодницу и заприте ее в изолятор!       - Что такое изолятор? – испуганно спросила провинившаяся. – Куда вы собираетесь меня отправить?       - Это темная и страшная кладовая, где живут огромные мохнатые пауки, – сообщила Огонек. – Там ты проведешь эту ночь и подумаешь над своим поведением.       - Нет, нет! – кричала малышка, когда ее под руки уволакивали два помощника инспектора Огонек. – Я не хочу в кладовку к паукам! Спасите меня! Я хочу домой...       - Еще есть такие, кому не нравится пища? – суровым тоном спросила Огонек, когда доносившиеся издалека крики стихли. – В таком случае продолжаем прием пищи.       Маковка и остальные побоялись возразить Огоньку, не желая быть отправленными в изолятор, где обитают огромные пауки. После ужина был отбой. Спать пришлось в прохладном, темном и пыльном помещении, на жестких койках. Маковка невольно вспомнила свою мягкую кровать, оставшуюся дома...       От увиденного Маковка невольно проснулась. Да, в тот вечер они вдоволь настрадались! Хотя все самое интересное их ожидало впереди. Маковка почувствовала, как рядом с ней лежит что-то мягкое и теплое и малышка сразу поняла, что к ней под одеяло забралась и, свернувшись в калачик, улеглась Лисичка.       - Лисичка, что ты себе позволяешь? – воскликнула Маковка, тормоша соседку. – Давай немедленно дуй к себе!       - Лисичке стало страшно, и Лисичка перебралась к Маковке! – оправдывалась напарница. – Маковка не против?       - Лисичка, тебе нечего боятся! Ты младший инспектор, а не какая-то трусиха. Вот расскажу подружкам о тебе, они будут смеяться над тобой! Ты не хочешь, чтобы над тобой смеялись и называли трусишкой?       Лисичка перебралась к себе и уснула, не желала, чтобы ее считали трусишкой. За окном была глубокая ночь. Маковка в скором времени вновь уснула, и вновь видела видения прошлого.