Два выхода.

      Поднявшись на второй этаж, парень зашёл в свой кабинет, который обустраивал по своему проекту.       Одна сторона, полностью заполненная полупрозрачными стеллажами из гранниолита* сиреневого цвета, на которых расположились книги, кристаллы уже использованные и чистые, а также письменные материалы, краски, ватманы.       С другой стороны стоял на вид лёгкий письменный столик кофейного цвета, а рядом — глубокое чёрное кресло. Стену украшало панно, на котором изображался весь мир Индиго-Изу. На полу был расстелен большой ковёр с изображениями различных рун с пентаграммами. Застеклённая ниша-балкон радовала круглым столиком и креслом-качалкой.       Вроде немного, но это был его островок, со своими тайнами, недоступными никому, кроме хозяина комнаты.       Быстро осмотрев помещение, парень начал передвигаться по ковру, нагибаясь и касаясь определённых рун и как бы прокручивая некоторые из них. Через минуту что-то щёлкнуло, и одна из планет мира выдвинулась, показывая скрытый тайник.       Приостановившись лишь на миг, парень протянул руку, чтобы вытащить из него ларец и бумаги.       Что-то подсказывало ему, что надо полностью для себя самого раскрыть тайну учёного Айшерэ, его лаборатории, а также узнать чуть больше о себе. Таким образом парень надеялся перешагнуть прошлое, чтобы шагнуть нормально в будущее. -Может, в этих записях я найду ответы на вопросы, которых стало появляться всё больше и больше.       Бегло просмотрев бумажную документацию, парень понял, что в них описываются научные термины, редкие и запрещённые ритуалы, а также список подопытных. Записи были составлены «сухим языком», но точно были бы понятны в определённых кругах.       Дантэ задумался над тем, стоит ли кому-то показывать эти документы и список жертв так называемого великого и светлого учёного, или стоит уничтожить и не теребить прошлое?       Руки зачесались от нетерпения, а мысли всё больше и больше толкали к идее обнародования этих бумаг.       Но для того, чтобы отдать их на общественный суд, нужны доказательства, и если преподнести их, что же станет с ним? Ведь тех подопытных уже не вернуть, а он остался жив, да ещё и внук этого учёного. Но Дантэ же сам говорил Катрин, что не хочет ворошить прошлое, что необходимо забыть фамилию Айшерэ. -Что же, что же делать? – шепчут губы, а пальцы сжимают один из кристаллов. Задев выпуклую руну на камне, парень невольно активировал запись.       Проявилась лабораторная комната, на одном из столов лежал парень лет восемнадцати-двадцати, прикрытый простынёй. Затем показались два дроу и человек в зелёных халатах. Они, перекинувшись парой незначительных фраз, подошли к столу.       Затем запись показывала, как они что-то вкалывают, проводят диагностику, считывают показатели с различных мест парня, затем вновь что-то вкалывают, ждут, делают разрез, вживляют под кожу несколько кристалликов. Вновь диагностика, восстановление кожаного покрова и отход от тела. Через несколько минут тело забирают пришедшие два охранника-дроу, а Моэр спрашивает Айшерэ: -Ландэ, и не жаль тебе своего сына? -Нет, - был категоричный ответ, - он предназначен вот для таких моментов. Если понадобится, я и с будущим внуком проведу эти же манипуляции. Может, после этого я удостоюсь звания «демиург», а не какой-то там «учёный». -А ты у нас, оказывается, скромняга, - расхохотался Моэр, похлопывая по плечу Айшерэ, - но надеюсь, ты не забудешь нашу с тобой договорённость? -Да помню я их, - огрызнулся ученый, сбрасывая руки дроу со своих плеч, - Ррадеско — возможность пользоваться моей лабораторией, а тебе - отдавать самых сладеньких мальчиков, после того, как они перестанут быть нужными. -Вот-вот, помни об этом.       Запись закончилась, а Дантэ тупо продолжал смотреть в никуда. И лишь после долгого оцепенения он вновь понял, как ему повезло уйти от этих сволочей почти невредимым.       Магия волнами стала выплёскиваться из тела парня, а в голове стали проскальзывать множество мыслей и идей. То ли возвратиться на пепелище, чтобы найти возможность вновь уничтожить этих уродов. То ли найти тех, кто поможет развоплотить светлый облик тех, кто сгубил чужие судьбы. А то ли сейчас постараться унять как магию, так и свою злость.       Юноша резко рванулся в сторону балкона, не замечая, как ларец опрокидывается и все кристаллы рассыпаются около стола. Но хозяин кабинета стремится вдохнуть воздух и приструнить не только магию и злость, но и хаотичные мысли.       Свежий воздух притупил состояние ярости, оставив за собой чувства разбитости.       Не глядя в сторону стола, Дантэ стремительно покидает кабинет и направляется в ванную комнату, по себе зная, что в водной среде он успокоится и мысли станут ясными. Через полчаса, нежась в тёплой и подогревающейся воде, парень даёт мыслям течь своим чередом, стараясь не зацикливаться на определённых моментах.       Одна рука небрежно лежит на краю ванной, другая теребит кулон в виде сложенного крылышка, посередине которого находится ключик.       Несколько лет назад Дантэ нашёл его в ванной, когда пытался достать мыло, что выпало из рук. При виде кулона Катрин, мягко улыбнувшись, сказала: -Кто-то ключик от своего сердца потерял, а тебе придётся его сохранить. Как только увидишь у кого-то такое же крыло, но с замочком внутри, будешь знать, чьё сердце бережёшь. -Но откуда же он появился в ванной? -Магия, Дантэ, магия… – был ему ответ.       И хоть раньше для парня это казалось сказкой, позже при встрече с вампиром это было романтично. А вот сейчас этот кулон служил некоторым успокоителем.

***

      Во время позднего ужина, сидя около экранного камина, Дантэ начал составлять схему поведения, по которой он бы не так сильно реагировал на всё, что увидит и услышит. Затем надо будет осмыслить и понять, кто же он теперь и что происходит с ним и с Хранителем. А вот позднее можно подумать, как и через кого свершить месть.       Почувствовав, как из глубин души возвращается волк, парень довольно улыбнулся, а затем, приобняв за шею, принялся гладить животное.       Тот, довольно порыкивая, ментально проник в голову своего носителя, чтобы понять, что того тревожит.       Чуть недовольно заворчав, он всё же решил немного помочь и вытащил из недр памяти некоторые эпизоды, которые были поняты лишь частично.       Первый эпизод был связан с прошлым Катрин и Капира. Свадьба. Вопросы, заданные журналистом. Неадекватность мужчины и его стремление покинуть город. Вид лежащего Капира и его двойное лицо-морда. Второй эпизод связан уже с парнишкой. Страхи. Подозрение. Стремление спрятаться. Разговоры и взгляды. Нечто непонятное, лохматое то ли человек, то ли оборотень. Адский огонь. Дорога в город Рингардигранд.       Волк перестал показывать, зато Дантэ задумался над кадрами памяти. -Ты хочешь сказать, что мне надо найти того журналиста, и через него попытаться показать, кто такой учёный Айшерэ и его помощники? То, что я выжил в этом аду и стал свободен, я понял. Но к чему показывать двоякость лица Капира и того несчастного?       Хранитель, закатив глаза, вновь прокрутил эти два эпизода, пока парень ошарашено не посмотрел в красные глаза животного. Правильно оценив взгляд, волк положил свою голову на колени носителя, а затем своим способом поведал то, что он знал. -Я был молодым вольным Хранителем и жил на своей планете Интари-Изу, не зная, что где-то там находятся и другие существа. Мне не было интересно, потому что я был ещё слишком молод, чтобы понимать всё, что жизнью зовётся.       Шёл великий праздник Тёмных лилий. В этот праздник желательно не покидать свой дом или убежище самому. Как рассказывали старейшины, в этот праздник сама магия разрешает творить бесчинство и проводить скверные ритуалы.       Но я был молод и считал, что меня это не затронет, да и стремился я тогда к своему другу, чтобы побегать по дальним лугам.       Мой нос и интуиция так и не уловили в ту ночь перемены в моей жизни.       Немногие жители вашего мира получают нас в виде хранителя для себя или для детей, а впоследствии мы могли стать их второй частью. Знаешь, нас, Хранителей, очень трудно или почти невозможно поймать, пленить, взять в рабство, но вот в этот праздник, мы на несколько часов приобретаем тело. Неважно, какой формы и размера, но оно должно быть материальным, а значит – мы будем уязвимы.       Я помню лишь вспышку, и моё сознание меня покинуло. Очнулся я в обществе другого сознания, которое имело давно своё тело и впускать другое никак не хотело. Мы конфликтовали, но бывали моменты, когда приходили к компромиссу, и мы оба ненавидели тех, кто решил поиграть с нашими судьбами.       Мы смогли вырваться один раз и стремились как можно быстрее покинуть то место, где нам плохо и где находятся наши враги.       Я повторюсь, мы стали искать компромисс, потому что владели одним и тем же телом, и как нас разъединить никто не знал.       Чуть больше года мы радовались свободе от врагов, но нас всё же настигли, и тело стало погибать. Чтобы этого не произошло, я предпринял попытку слиться с этим телом, но достиг лишь частичной трансформации. Но враги смогли вновь восстановить тело, и мы подвергались несколько лет множеству пыток и экспериментов.       И вот, когда надежды уже почти не было, я увидел твоё сознание в огненной магической сфере. Меня легко отпустили, напутствовав лишь, чтобы я берёг тебя.       Твоё сознание приняло меня, а магия давала восстановиться и приобрести почти былую мощь и вид моего тела. Но всё же я привязан к тебе и не могу покинуть, а заодно уйти к своим сородичам.       А уже несколько лет я чувствую, как постепенно растворяюсь в твоем сознании. -Я, что, становлюсь оборотнем? – удивился Дантэ, слушая откровение своего Хранителя-друга. -Глупый волчонок, - волк лизнул щёку парня и, заглянув в глаза, продолжил: - Ты не будешь превращаться в зверя, у тебя не будет силы, как у зверя, но у тебя будет мое долголетие, свойства, присущие омегам. Увы, но твоё тело может быть только омежьим. -Значит, Айшерэ со своими приспешниками добились звания «демиург»? – горестно воскликнул парень, нервно сжимая пальцы в кулак. -Нет, волчонок, нет. Мы, Хранители, когда очень хотим, можем сливаться с другими телами и разумами, и неважно, какая раса, только наше желание, желание другого сознания и магии. Но таким способом почти уже не пользуются, если не считать правящих династий рас. Для них мы Хранители и Охранники, а уж потом, если подходим – идёт слияние. Так как наши слияния с человеческим разумом и телом не афишируются и очень редки, то Айшерэ и Моэр решили, что они первооткрыватели.       Хранитель замолчал, чтобы дать парню осмыслить сказанное, а тот думал и раскладывал всё по полочкам.       Вот только, если носитель начал понимать события с одной стороны, то и вопросов появлялось ещё больше. Например, кто же первый из дроу и человека решил поиграть в богов, кто же решил из этих троих, кому быть на виду, а кому в тени, кто же…? Много вопросов, но ответить смогут некоторые вещи и сами виновники дум Дантэ.       Почувствовав, что носитель вновь готов действовать, волк мягко рыкнул и отошёл, чтобы дать возможность парню встать и направиться в свой кабинет.       Как только Дантэ вошёл, зажёгся мягкий свет, позволяя увидеть всю комнату, а также кристаллы с ларцом, что по-прежнему лежали на ковре. -Ну, вот, мне ещё их собирать, а как я помню, Ландэ Айшерэ всегда любил точность и последовательность.       Устало вздохнув и поняв, что примерно часа два ему придётся собирать кристаллы в нужном порядке, парень присев на корточки, потянулся к ларцу.       На дне того он заметил чёрный квадратик, который удерживался за счёт внутренней подставки. Потянув его к себе, парень ахнул, потому что уже в руках материал увеличился и превратился в пухлый дневник.       Титульный лист был чист как белые облачка, зато следующие страницы пестрели разными почерками и странными рисунками.       Нестерпимо потянуло почитать, и вот пальцы касаются записей, а мозг расшифровывает строчки дневника Ландэ Айшерэ.       Этот дневник мужчина вёл с самого детства, когда только-только научился писать.       Первые наивные мысли, первые радости и переживания, первые мечтания и стремления. Затем, уже позднее, стали мелькать мысли о том, кто же всё-таки человек, и может ли тот быть выше долгоживущих рас, может ли человек достичь величия богов?       Потом вновь были наивные мечтания, описание школы, друзей, родных. Между строк виднелось восхищение своим отцом и небрежные воспоминания о матери.       Изменения произошли, когда его отец Рамир Айшерэ решился на какой-то сомнительный проект с некоторыми представителями из расы дроу.       Что точно они делали, Ландэ не знал, но свято продолжал верить лишь только своему отцу. «Мой отец мне сказал, что для того чтобы достичь величия и своей цели, надо жертвовать всем, как собой так и другими. Я верю ему, и считаю, что тот прав. Так что, когда я стану взрослее, то добьюсь величия и славы, даже если придётся переступать или идти через многих».       Эти пара фраз и последующие действия будущего учёного повлияли на психику и действия Ландэ Айшерэ.       Молодой и амбициозный человек учился на отлично, искал себе друзей и знакомых по только ему известным критериям. Затем были стажировки в самых лучших лабораториях и поиски всего нового и интересного.       В какой-то момент парень ушёл в тень, чтобы с самыми преданными друзьями создать вирусную лихорадку, унёсшую множество жизней. И вот он вновь на арене учёной элиты, где показывает и доказывает, что создал лекарства от лихорадки.       Через пару лет он вновь представляет новые разработки в борьбе с болезнями, которые распространялись с невиданной скоростью.       Но в определённый момент Ландэ пришлось прекратить создавать болезни, потому что им стали интересоваться. Надо было резко переключаться, и спасение герцогского мужа и их наследника при родах помогло отвернуть от себя разные пересуды и подозрения.       Вот после этого молодой и знаменитый учёный решается на эксперименты с генетикой, и появляется идея стать богом, а может быть и демиургом.       Но сначала он спешно женится на богатой сиротке Мариди Ильди, создаёт научные центры для молодых учёных, жертвует в фонд юным дарованиям и ищет своих сторонников для определённых проектов, где совесть должна обязательно спать или вообще отсутствовать, зато идей и возможностей – море.       Пока Ландэ был занят своими идеями и, создавал определённую лабораторию, его жена родила и воспитала Капира, который, видя отца лишь на обложках журналов, телевещании, точно осознал, что по тропе своих предков со стороны отца не пойдёт.       Когда Ландэ Айшерэ боролся со своим невидимым врагом, который мешал его идеям, то не замечал сына. А когда заметил, то в голове зазвучали слова, сказанные отцом, а также его собственные о том, что надо быть готовым на всё.       Вновь уйдя в тень, после несчастного случая и смерти его жены, Ландэ переезжает с сыном и верными друзьями-учёными в оборудованный коттедж, где постепенно начал проводить свои опыты.        Дроу Трэгором Моэр и Роберро Ррадеско стали просто незаменимы в его делах. И хоть учёный был человеком, но его стремления, а также подкуп радовали этих дроу.       И вот начался новый проект, в котором главным подопытным стал его сын Капир.       За три года, что шли исследования, учёный видел лишь то, что его опыты пока не приносят нужные плоды, от этого его брала злость, и он отрывался на других подопытных. После очередного выплеска злости, ему в руки попался молоденький оборотень, который очень заинтересовал тем, как ведут себя два сознания в одном теле.       Впоследствии учёный первым придумал отправиться на планету Интари-Изу и захватить Хранителя.       А пока Ландэ отсутствовал, его сын заканчивал своё обучение, мечтал создать свою фирму, а также нашёл девушку, в которую успел влюбиться.       Девушка показалась учёному слишком яркой, упрямой и горделивой. Учёный видел, что такая талантливая девушка, в которую был влюблён его сын, может сильно повлиять на сына, и решил воспрепятствовать их соединению.       Но Моэр его переубедил, посчитав, что опыт будет интересным.       Внедрение Хранителя в Капира прошло на ура, но были некоторые отклонения от того, что предполагалось увидеть, но вроде всё шло как надо, тешил себя Ландэ.       А затем побег сына и невестки, их поиски, стремление отправиться в любую точку мира, чтобы возвратить, а заодно продолжить опыты.       Каково же было удивление и восторг, когда в руки учёного попался и Капир, и его годовалый сын Дантэ. Избавиться от ненужного балласта в виде матери, и вот учёный вновь стремится к экспериментам и опытам.       Сначала, заперев полуживого Капира в самых нижних ярусах, чтобы скрыть от внешнего мира, убрать из памяти жителей города свадьбу сына и даже намёк на то, что у того мог бы быть сын, Ландэ приступил к Дантэ. «Ну, и что, что этот мальчик его внук, это будет значить лишь, что я смог создать из своей крови и генов что-то новое и неизведанное». – Так думал Ландэ, составляя режимы и планируя действия.       За девять лет он добился лишь того, что тело мальчика укрепилось, стало более подвижным, также чувствовался потенциал в мозговой деятельности и странные скачки потоков. Что это – учёный не знал, хотя были намёки на магию. «Моэр стал требовать мальчишку себе, надо придумать что-то, чтобы сдержать его хотя бы на три-четыре года. Может, тогда всё и проявится».       Эта была последняя запись учёного Ландэ Айшерэ.       А ночью лаборатория и коттедж вместе с его жителями были сожжены адским огнём.       Отложив в сторону уже не нужный дневник, парень постарался осмыслить прочитанное, чтобы хоть как-то понять этого учёного. Но с каждым воспоминанием о своей жизни, о существовании других существ, которым не повезло повстречаться с этими так называемыми учёными, парень твёрдо уверовал в то, что его магический огонь сделал всё правильно. -Мой волчонок старается стать взрослее, - фыркнул волк, тычась в бок Дантэ и тем самым стряхивая оцепенение. - Но мой тебе совет: возвратись ко всему этому через несколько дней. Остынь, а затем вновь возвратись. -Ты ещё скажи, что не нужно после этого мстить, - недовольно хмыкнул парень, возле которого ещё вибрировала магия и злость. -Хочешь жить без воспоминания о прошлом - значит, забудь его. Хочешь продолжать воспоминать его - не удивляйся, что откуда-то появятся новые проблемы.       Дантэ осталось лишь помотать головой и, собрав в нужном порядке кристаллы, запереть тайны вновь в тайник. -Может, ты, Хранитель, и прав...