Два выхода.

Pov Дантэ.       Па-деда Лукарос постарался на славу, чтобы организовать и провести нашу с Михеем свадьбу на следующий день. Как он это сделал за такое короткое время, для меня осталось загадкой, хотя мне кажется, что он в постоянном ожидании момента, чтобы женить любого своего отпрыска.       Парк был расширен и укреплён несколькими щитами, помогавшими удерживать звуковые колебания, иллюзию, защиту от непрошеных гостей и определённых заклинаний. Добавилась украшенная цветочными арками дорожка, ведущая от ворот в сторону праздничной поляны. В центре неё возвысился восьмиугольный подиум, украшенный гирляндами из белых и голубых цветов, что раскрывались всякий раз при звуках музыки. Посредине же самого подиума был поставлен алтарь из бирюзы, на котором были выведены руны, символизирующие «союз», «любовь», «магию», «скрепление душ».       Возвышение окружали расставленные полукругом стулья из стекла и зелёного бархата. Как я понял, сирен решил гостей не делить на друзей и родственников той или иной стороны, все будут находиться рядом.       Иллюзией оказался необитаемый остров с плещущимися вокруг водными просторами океана. Белый песок дорожки был усыпан лепестками жёлтых лилий, а вода переливалась от голубого до фиолетового оттенка, и даже кое-где виднелись выплывающие на поверхность жители подводного мира.       Нас с Михеем одели в белоснежные туники с открытой спиной, которые опоясывались серебряным шнуром. На оголённых спинах был выведен рисунок, у каждого свой, но они были похожи на две половинки одного целого. На ногах — что-то вроде сандалий: подошва с перевязью, закрепленной вокруг стоп и завязывающейся около колен. Волосы были специально удлинены, чтобы создать косы — мне две, а Михею одна. Всё это держалось на серебряных лентах, а голову венчал обруч из бирюзы с такими же рунами, как и на алтаре.       Нам, как виновникам торжества, предстояло стоять на возвышении и со своего места кивать гостям, прибывавшим поодиночке, в разное время, но обязательно до полудня.       Как утром я узнал у Кериана, гости всегда появляются на свадьбы таким образом, чтобы хозяин дома смог закрепить на них заклинания «рассеянности» и «невидимости». Гость должен видеть лишь новобрачных, а не других гостей, и лишь после того, как произнесутся нужные клятвы и появится знак супружества, заклинания слетали, предоставляя возможность и поздравить Пару и пообщаться с остальными. -Кстати, я думаю, что это очень хорошо, что наши гости не смогут видеть друг друга. -Ты намекаешь на то, что быть скандалу? — спросил я, когда оборотень мне всё объяснил. -Увы, «собрание» подобралось очень ярким, да и много предпосылок к этому. — Задумчиво потерев подбородок, ответил Кериан. — Например, родители твоего Михея ещё в ссоре; твой друг Кай ещё не раз проявит свой темперамент; а друзья Михея пока будут видеть в тебе человека и удивляться, почему их товарищ женился на тебе. -Кто-то мне говорил когда-то, что готов помогать мне во всём. — С намёком начал я, видя чуть растерянный с толикой страха взгляд. Решил немного надавить и посмотреть на дальнейшую реакцию. — Так что, у тебя есть шанс себя проявить — стать нашим с Михеем героем. Всего-то придётся сдержать наплыв недовольства гостей и рассказать легенду моего преображения. -Э-э-э, нет, я здесь пас. Пусть этим займётся кто-то другой. Например твой названный отец Алексоро-Ом-Муриро. — Оборотень резко развернулся и попытался удрать, но я всё же крикнул так, чтобы он услышал. -Как хочешь. Но я всё же тебе отомщу… Его отмашка рукой и уход показали, что не поверил, а зря…

***

      И вот, стоя рядом с моим драконом, я кивком приветствую гостей и чувствую эйфорию, готовую, как поток лавы вырваться из недр земли, нужен лишь толчок.       Первыми, конечно же, появились мои родные из Рода и Семьи Ри Анирэтион, помахав нам и выкрикивая разные пожелания и шуточные угрозы, вроде, если этот дракон попытается сбежать, то они его на цепь посадят и будут кормить лишь кокосами. Или, если я взбрыкну, то они посадят в самую высокую башню, куда только мой чёрный дракон сможет проникнуть через маленькие окошки.       Последняя «угроза» явно понравилась Михею, но под моим взглядом тот лишь мило заморгал своими длинными ресницами, что прикрывали жёлтые лукавые глаза.       Были и другие шутки и угрозы, но я улыбался и изредка касался своими пальцами запястья Михея. В ответ он мне посылал волны своей любви, иногда сам касался меня, в особенности лаская в области основания шеи. Оказалось, там у меня очень чувствительная точка, от которой волны тепла и дрожи предвкушения разливались по всему телу.       И вот на дорожке появились блондины, похожие друг на друга, но имеющие и множество различий. Например, у одного были зелёные глаза, и он казался более раскрепощённым, у другого — карие и сосредоточенный взгляд немного уставшего существа. Хотя, как сказал Михей, его кузены лишь кажутся такими, а в кругу семьи и друзей они душа компании. -Посмотри на Далласа и Хавьера, — мой возлюбленный опалил моё ухо жаром, заставившим моё тело трепетать. Но я подавил эту дрожь и посмотрел на рыжеволосых омежек, чьи взгляды карих глаз неустанно старались охватить всё, что видят. — Как думаешь, через десять лет эти красавцы смогут вскружить голову моим кузенам? -Если вспомнить твои рассказы о них, да и сейчас видя их в живую, могу с уверенностью сказать, братцы твои не устоят. -О, это хорошо, что наши мысли сходятся, — довольно мурлыкнул Михей, чуть отстраняясь и кивая уже оборотню Гийому Рочард и своему дяде Элвину Рахвид-Рочард, чьи зелёные глаза с интересом быстро прошлись по мне, и в них явно отразилось удовлетворение от увиденного. -Михей, ты, конечно, сволочь ещё та, но я и твой папа прощаем тебя за то, что ты улетел из дома и не соизволил даже сообщить, что жив и здоров. Мой брат пока не хочет покидать свой отчий дом, но он прислал вместе со мной свое благословение. И мы надеемся, что вы оба не только будете счастливы, но и сможете порадовать потомством.       Посчитав, что высказал всё, дракон, подхватив своего оборотня под руку, удалился за своим провожатым, показывавшим их места. -Твой дядя немного напоминает мне Кериана: себе на уме, есть собственный план, как все должны жить, но готов за родню порвать каждого. А его некоторые реплики сбивают с ног, хотя мне кажется, он специально это делает, чтобы собеседник потерял нить развития событий или разговора. -Он это может делать с лёгкостью, и не всегда понятен смысл его действий. Кериан и дядя Элвин та ещё сила. Хорошо, что они не часто общались друг с другом и мой дядя любит своего Гийома. Представь себе, если они смогут когда-то очень часто видеться и общаться — мир бы кардинально изменился. — Михей сделал жест, означавший «не дай боги», а затем его взгляд стал каменным, и на губах появилась дежурная улыбка. — А вот и отец.       Посмотрев в ту сторону, куда смотрел любимый, я вздрогнул от ощущения страха.       Да, оба смотрели друг на друга с дежурной холодностью, но меня испугала возможность увидеть такие же жёлтые глаза и такие же эмоции во взгляде моего дракона. «Боги, не надо мне того, что я вижу сейчас у другого»! — взмолился я и, прижавшись к боку Михея, постарался тем самым отвлечь себя и его от старшего дракона.       Несколько секунд я обнимал холодную статую, но затем меня обняли и поцеловали каждый кончик моих пальцев. В глазах моего дракона уже плескалась нежность и любовь. Переведя свой взгляд на отца Михея, я увидел усталость, грусть и искры страха, что старались спрятаться за вежливостью.

      Глаза умеют говорить. Кричать от счастья или плакать. Глазами можно ободрить, с ума свести, заставить плакать. Словами можно обмануть, глазами это невозможно. Во взгляде можно утонуть, если смотреть неосторожно… (Омар Хайям).

      Тихо процитировал я эти строки, точно понимая, что они очень подходят для этих двоих — двух чёрных и желтоглазых драконов. Вот только мой нашёл счастье и постарается не отпустить, а второй потерял, но когда-то всё же его возвратит?       Хоть я проговаривал тихо и для Михея, но явно услышали оба, потому что они синхронно вздрогнули и с интересом посмотрели на меня. -Что? Ну, есть у меня слабость к стихам, и что с того? -Всё хорошо, моя нежность, — целуют в уголки губ и затем прижимают к груди. — Просто в моей семье любят именно этого поэта. Хотя, если не ошибаюсь, это отец на первом свидании подарил томик стихов.

      Я пришел к мудрецу и спросил у него: «Что такое любовь?» Он сказал: «Ничего» «Но, я знаю, написано множество книг. Вечность пишут одни, а другие что миг. То оплавит огнем, то расплавит как снег, Что такое любовь?» — «Это всё человек!» И тогда я взглянул ему прямо в лицо, «Как тебя мне понять? Ничего или всё?» Он сказал улыбнувшись: «Ты сам дал ответ! : Ничего или всё! — середины здесь нет!» (Омар Хайям).

      Раздался низкий баритон, и я удивился словам и голосу, но когда повернулся, то увидел Ольгару Ирвинга, что чуть подрагивающей рукой подносил нам подарок. -Я не надолго, сын, — выдал он, стараясь не смотреть на меня. Как бы показывая, что его больше интересует Михей, чем я. А мне всё равно, жить я буду с мужем, а не с его старшей копией, у которой явно характер не сахар. — Так что, примите от меня этот скромный подарок и пожелания быть счастливыми.       Мой дракон не притронулся к подарку, зато кивнул в мою сторону, мол, мне отдавай. И мне же его протянули. Я машинально взял и нечаянно прикоснулся к Ольгару кончиками пальцев.       Лёгкий разряд, искорка, и я покачнулся. Чёрный дракон машинально поддержал меня, а я, посмотрев в жёлтые глаза, как всегда выдал то, что не ожидали от меня в этот момент: -Не трать этот год на упрямство, обвинения других и раздумия, борись за своего дракона, если он тебе впрямь нужен, а то уйдёт, и не воротишь. -Он моя Пара, — зарычав, мужчина отдёргивает от меня руки, но я вновь хватаюсь и притягиваю ближе к себе, чтобы продолжить говорить, хоть и мужчина пытался вырваться. Я же оставался на своём месте и не отпускал того. -Какой же упрямый дракон, не видящий за пределами своего носа ничего. Говоришь, Пара, но и она может найти другую любовь, и им не надо быть истинными. Послушай, упрямец, потому что в моих словах есть правда. Как только истечёт этот год, ты потеряешь возможность даже просто видеть издали своего белого дракона. Он будет любить и будет любим, он познает то, что не познал с тобой, а будущее его потомство будет украшать и радовать другую семью. Хочешь этого — дерзай, но потом не жалей и не говори, что кто-то виноват, а не ты.       Я выдохся, мой внутренний голос замолчал, и я медленно расцепил пальцы, что, как клещи, впились в руку дракона. Наверное, у него останутся синяки, зато будет долго помнить о том, что я сказал.       И дракон рванул на выход, как будто за ним гонится сама смерть. -Вот и всё, — как-то обречённо вымолвил Михей, прижимая меня к себе, попутно кивая головой одному из своих друзей. — Ты прав, мой отец очень упрямый и никогда не прислушивался к словам омег. Это одна из причин их расставания, я так думаю. Прошу, Дантэ, если я буду проявлять такие же замашки, напоминай мне, чтобы не уподобился своему отцу. -Хорошо, — я заглядываю в грустные глаза мужа и понимаю, что в них все ещё плещется страх. — Ты хоть и похож на отца, но думать и действовать всегда будешь не так как он. Поверь. А если не веришь, то я… тебя покусаю… -Хм… — в глазах заискрилось лукавство и предвкушение. — А я могу выбрать… куда меня куснуть? -Н-е-а… пусть это будет сюрприз…       Рассмеявшись и поцеловавшись, мы вновь принялись кивать гостям.

***

      После нескольких друзей Михея прибыл и мой милый друг Кай.       Оделся, как всегда, во всё новое, но не стараясь поразить блеском. Ему это не нужно было, потому что он сам, как драгоценный камень — сверкает своими лазурными глазами, широкая и радостная улыбка озаряет лицо.       Быстро подбежав к нам, он поцеловал и обнял, а затем выдал множество слов, из которых было понятно, что он недоволен, что мы такие скрытные, что даже ни разу не признались, что знакомы и что готовы жениться.       Может быть, он ещё бы высказывался, но Михею пришлось мягко перебить этот словесный поток и приветствовать нового гостя.       Им оказался Элькор Сальвадорэ.       Белоснежный костюм, украшенный рубинами, заставлявшими красные глаза пылать ещё ярче. Белый с красными узорами шарф, красиво уложенный на шее и плечах. Блестящие белые ботинки были так начищены, что, наверное, вампир мог бы увидеть своё отражение.       Он кивком и парой фраз поприветствовал нас с Михеем и хотел уже отойти, когда его ноздри затрепетали, и он резко повернулся вновь. Пару секунд в неверии осматривал он наши с Михеем объятия, затем его губы скривились в усмешке, и он выдал: -А я-то думал, кто же этот «счастливчик», что трахнулся с человечкой, что так неровно дышал в мою сторону, а оказалось, это ты, Михей. И как, не поделишься с другом, как это натягивать его на себя?       Михей начал порыкивать и уже рвался поднадавать дружку за оскорбления, но я придержал и сладким голосом пропел: -Элькор, дорогой, это ты лучше скажи, кто тебя практически под моими окнами трахал в ту ночь на празднике? Видно, любовник был горяч настолько, что пометил… такого славного и красивого альфочку. — Я нагибаюсь как можно ближе и, не смотря на бледность, шок и удивление вампира, вдыхаю его запах. — Какой интересный аромат, и что характерно, на тебе нет других запахов, как от дешёвых омежек, которых трахали несколько альф. Видно, что альфа силён настолько, что твоя тушка продолжает жаждать его прикосновения. -Рр-р-р!!! Не тебе судить, человечка. -А я не сужу, я просто констатирую факт. — Холодно ответил я на рычание вампира и дал немного возможности своей магии и силе пройтись по мне и возле меня.       Как я понял, Элькор почувствовал их, и ему стало страшновато. Из-за чего тот резко сжался и сделал шаг назад, а голова склонилась в поклоне. На те доли секунды, когда мы смотрели друг на друга, я прочитал по его глазам, что он не может поверить, что я, человек, обладаю такой силой. -Присядьте, Элькор Сальвадорэ, и, если будете терпеливы, то многое вы узнаете.       И он, как марионетка, повиновался. -Прости, Михей, — ответил я на молчаливый взгляд моего дракона, — но тебе самому известно, что твой друг может говорить с омегами на равных, если они сами могут за себя постоять, а не их альфы. -Я и впрямь это знаю, но мне каждый раз становится страшно находиться рядом с тобой. — Доверительно шепнул дракон, наклоняясь к моему уху. — Я каждый раз буду теряться и не знать кому помогать, своему милому мужу или тому смертнику, что решится показать себя круче остальных. И у меня есть вопрос о том, как ты узнал, что случилось с Элькором, а в твоих словах и намёках слышится, что ты знаешь того, кто пометил вампира. -Мне хватило рассказа Кая о нервозности Элькора.       Я дежурно улыбаюсь новым гостям, которые оказались моими учителями и директором Амирэта. Затем ещё внимательней осмотрел всех прибывших, что сидели на тех местах, куда им предложили сесть. Моя улыбка вновь озарилась на губах, потому что знаю, что этот день будет полон незабываемых ответов. — Плюс, я практически уверен, кто пометил нашего вампирчика. -А я так надеялся на тихую и скромную свадьбу, — в притворном вздохе промолвил дракон, а затем развернулся в сторону алтаря, около которого материализовался храмовник в зелёно-золотом одеянии.       Часы громко отмеряют последнюю минуту, чтобы пробить полдень.       Яркая вспышка, и ненавязчивая и тихая мелодия кружится по острову, а шелест волн вторит ей.       Храмовник начинает нараспев выговаривать первые строки ритуала, и нас укутывает золотистое мерцание, которое усиливается, и к нему прибавляются ещё несколько отблесков разных оттенков.       Вытянув голосом последнюю ноту мантры из первой части ритуала, храмовник обратился ко всем. -Приветствую вас, собравшихся на такой замечательный ритуал, как соединение этих молодых влюблённых, что ведёт к созданию новой супружеской пары и гармонии новой семьи. Любовь —это то, что позволяет нам быть любимыми и любить. А сочетание любви и истинных даёт больше чувств, больше любви и, конечно же, больше счастья. Пары, что соединяются Богами и Магией, священны, и их невозможно разрушить. Так что, давайте мы сегодня проведём ритуал скрепления Супружеских Уз, и пусть свидетели увидят его таинство.       И вновь храмовник начал нараспев петь ритуальные слова, а на наших запястьях начали проявляться тонко вырисовывающиеся руны. Они становились всё чётче и темнее на наших телах. Вот-вот, и на наших запястьях почти сформировалась тонкая вязь. -Михей Ирвинг и Дантэ Лилин-Лаки Волчок Хайрон Анирэтион, готовы ли вы быть вечно едины друг с другом, как в этой жизни, так и в другой? -Едины. -Готовы ли вы быть опорой друг другу? -Едины. -Искренняя, надёжная, крепкая ли ваша любовь друг другу? -Едины.       Ритуальное слово было сказано громко и чётко. Вязь вновь стала изменяться, и через некоторое время золотое мерцание, окружавшее нас, вспыхнуло пару раз и втянулось в брачные браслеты, что появились на наших запястьях.       Ещё пара слов, и ритуал закончился. Те разноцветные мерцания, что оставались вокруг нас, быстро впитал в себя ритуальный камень.       Мы с Михеем развернулись к гостям, чтобы принять поздравления.       Заклинания «рассеянности» и «невидимости» тут же распались, и я расплылся в зловещей улыбочке, когда глаза Элькора, что сидел рядом с Керианом, увидели мужчину, а ноздри затрепетали, ловя знакомый запах.