Алое Возмездие

Наруто изумленно смотрел на не менее удивленного парня. Все восклицания и вопросы застряли где-то в горле, не имея доступа к выходу, а глаза грозились выкатиться из орбит. И только Даруи сохранил полнейшее спокойствие. — Не удивительно, — задумчиво бросил беловолосый, чем привлек внимание своих товарищей. — Наруто – очень интересная фигура в политических игрищах, да и неплохая защита деревни... Если умело им пользоваться, конечно. — Это интересное предположение, — выдохнул Ши, в момент цепляя на лицо всю доступную серьезность. — Только есть одна загвоздка: как они о малыше-то узнали? — Даруи нахмурился, пытаясь подобрать этому вменяемое объяснение. — АНБУ исключены. Среди них не было ни одного связиста – уж поверь моему опыту. — Другие команды? — вставил свое слово джинчурики девятихвостого. — Невозможно, — Ши молниеносно отклонил это предположение, раздраженно хмуря брови и переплетая руки под грудью. — Никто, кроме госпожи Нии и Би-сама, не смог бы тебя узнать, а уж тем более почувствовать чакру Кьюби. — Это еще почему? — голос блондина принимал все более грубые нотки. — И кто такая эта госпожа Нии? — Не недооценивай своего биджу, — за товарища ответил беловолосый чунин. — Он еще на выходе из той деревушки перекрыл любые сигналы своей чакры, чтобы ее не смогли учуять. Так что любой высокоспециализированный сенсор бесполезен. — А госпожа Нии, — продолжил Ши, — это многоуважаемая джинчурики Ниби или, иначе говоря, великой Двухвостой Кошки, — все это он произнес с полной серьезностью, ни на секунду не меняя интонации. Наруто слегка привстал, упираясь взглядом в светловолосого облачника, а потом резко перевел его на задумчивого чунина. — Почему он так странно говорит, словно боится чего-то? — улыбка на губах Даруи была предсказуема. Не впервые ему задают этот вопрос, ох не впервые! — В нашей деревне дети очень любят одну сказку, — он начал издалека, а щеки блондинистого чунина залил легкий румянец. — Про маленького мальчика, который очень любил демонстрировать свою силу перед простыми людьми селения. И вот, в один прекрасный день им это надоело, потому что после подобных шоу не оставалось ни единого целого участка на месте представления. И они попросили девочку, отличающуюся своей незримой силой, проучить негодника, — на этом моменте Даруи не смог сдержать усмешки, и весело подмигнул другу, от чего тот только сильнее зарделся. — Ну и встретив этого самого мальчика, девочка предложила ему провести состязание, но мальчонка был настолько глуп, что начал высмеивать силу своего будущего противника, чего девочка стерпеть не смогла. После этого мальчика поставили на место, и он должен быть благодарен, что провел в больнице всего две недели, а юная особа получила лавры победителя и глубочайшее уважение деревни. Мораль сей басни такова: никогда не недооценивайте противника и не поворачивайтесь к нему спиной, а то по «копчику» настучат! Едва облачник закончил так называемую «сказку», как у всех, не считая того самого «мальчика», случился истерический приступ смеха. Не в силах удерживать вырывающийся из тела хохот, Наруто перекатился на живот, стараясь унять безудержные конвульсии. И наконец, когда из горла уже вырывался только тихий хрип, ему удалось более-менее прийти в себя. — В общем, — подвел итог сам виновник этого веселья. — Получил я тогда знатно, и теперь обращаюсь к ней не иначе как «госпожа» или «премногоуважаемая», каюсь. Ши снисходительно улыбался на эту картину. Наобижаться за все эти года он уже успел, а теперь и сам воспринимает ту ситуацию только как шутку, ведь с таким другом никаких сил на обиды не останется. — Мне кажется или мы отошли от темы? — напомнил опомнившийся, но все еще немного посмеивающийся Даруи. — Предлагаю ее закрыть, — неожиданно прозвучал еще один голос. — Во-первых, это не наше дело, а во-вторых, по прибытии нам и самим все обязаны открыть. Рядом с блондинами, спрыгнув с дерева, приземлился Би, поправляя и без того хорошо сидящие очки. — Да, думаю, это будет самым верным решением, ведь уже пора выдвигаться, а то с такими перерывами мы никогда не доберемся до деревни, — поддержал Ши, становясь к товарищам вполоборота. — Чего расселись? Подъем! В следующий момент парень сорвался с места, по пути предупреждая об отправке остальных членов команды. — Раскомандовался, — Даруи закатил глаза, нехотя поднимаясь с места. — Но он прав, идти нужно, а то Райкаге не будет счастлив, если два потенциальных джинчурики деревни сильно задержатся в дороге. *** — Мальчик мой, — тихо шептал женский голос. — На-ру-то... — Наш, — вторил ему другой, более грубый, мужской. — Наш мальчик... сколько же лет ушло на это, сколько лет мы пытались вернуть его... — Неужели вы просто не могли выкрасть его? — с детской наивностью тихо пискнули откуда-то снизу. — Это долгая история, дитя мое, слишком долгая и чересчур грустная, — вновь послышался удрученный женский, слегка подрагивающий от волнения голос. — Просто... мы просто не могли. — Разве мы чего-то не можем? — недоуменно пискнули, вздымая голову вверх, хотя это ничего не дало. Наглухо натянутый на лицо капюшон, совсем не мог двинуться с места. А в ответ раздался только тихий смешок мужчины. — Моя дорогая, никто не всесилен. Особенно те, кто слишком верен своему духу. — А они нас не заметят? — снова пропищал голосок, смотря с верхушки обрыва на быстро передвигающуюся колонну шиноби. — Дитя мое, мы те, кто не имеет лика, те, кого нельзя заметить, бросив лишь один невинный взгляд. Мы те, чья жизнь неподвластна внешнему миру... — Мы те, у кого нет тени... *** — Нару, — перебиваясь тихими всхлипами, ласково «промурлыкали» в неуютном подсознании. — Курама? — едва материализовавшись в сыром помещении, мальчик оторопел от представленной картины. Между широкими прутьями железной клетки сидела маленькая хрупкая рыжеволосая девушка. Заметно удлинившиеся волосы были заплетены в высокий хвост, а бледное личико слегка опухло от стекающих по щекам слезинок. — Ты… ты совсем забыл про меня. Я... я не нужна тебе? — лисица в образе девушки всхлипнула и подалась вперед, но ржавый ошейник, уходящий вглубь клетки, не дал ей этого сделать, из-за чего рыдания начались с новой силой. — Курама, — словно в бреду повторил Узумаки, удивленно хлопая глазами. — Курама! Курама! — выкрикнула та, соскакивая с поручня и снова упираясь в ржавую стенку ошейника. — Я уже тысячу лет Курама! — истерично закричала девушка, стирая с лица крупные слезы. — Ясно, — нахмурился Наруто, зажимая переносицу большим и указательным пальцами. — Ты пока идею сформулируй, а я попозже зайду. — Что? — вмиг придя в себя, она посмотрела на медленно растворяющегося в подсознании блондина. — Наруто? Но в ответ ей была слышна только лишь тишина, сопровождаемая тихим звуком капающей проточной воды. И маленький, едва загоревшийся огонек доверия, погас, оставив в душе пылко страждущее пепелище...