Проблемы самоидентификации

Молодой человек постукал ногою в дверь, держа на руках красивую девушку. — Чувак, какого хрена? Ты должен был просто сходить за пивом, — проныл его друг, который открыл дверь. — Впусти сначала, потом все объясню, — начал смеяться спаситель. Они вошли в хорошо обставленную квартиру, хотя немного грязноватую. В центре гостиной, которая была студией с кухней, стоял разложенный и уже постеленный диван, прямо перед ним на расстоянии двух метров висела плазма, на стенах висело три полки, на отказ забитых разными книгами от русской классики до современных зарубежных интеллектуальных бестселлеров, и не все книги были на русском языке, большинство — языками оригинала, хотя хозяин квартиры не был снобом, также, на ровне с другими книгами, можно было найти Донцову, Полякову, Калинину. Кухня была черной и глянцевой, в раковине была куча-мала грязной посуды. — Покрывалко откинь, — указал подбородком молодой человек, на что другой лишь кивнул. Парень нежно уложил «спящую красавцу». — Андрэ, а не рано ли девушке в твою кровать ложиться? И не пора ли мне что-то рассказать? — троллил брата Джей-Джей. — А что не понятного? — сел Лерой старший на краешек дивана, — какие-то маргиналы пристали к девушке, ударили, вот я и вступился, как потом понял, она сознание потеряла, а мне что ее на улице оставить? «Что-то она мне очень знакомой кажется», — начал беспокоиться Джей-Джей, и как вы понимаете — ой как не зря. — Нннн, — протянул Юрий, хватаясь рукой за спинку дивана и поднимаясь, — где я, черт возьми? — Не беспокойся, все хорошо, — начал дипломатически говорить старшенький, — к тебе пристали на улице, ты сильно ударилась, сейчас ты у меня дома, Жан-Жак, принеси для леди воды. «Жан-Жак? Только не говорите, что это тот, о ком я думаю». — Ты? — вскрикнул Джей-Джей и осекся. «Ну почему это именно этот тупица Жоп-Жоп Лерой? За что? Неужели, я родину предала в прошлой жизни?» — Вы знакомы? — удивился Андрэ. — Да это моя… фанатка… «Я его „фанатка“? Вообще охренел? Хотя в моем положении…» — Я Варя, очень рада знакомству. Спасииибо, что спасли меня тогда, я очень испугалась! — защебетала девушка, надев самую милую из своих улыбок. — Что же юная леди делала на улице в столь поздний час? — нагнул голову Андрэ. — В супермаркет пошла, — честно ответила Варя, почему-то этот толи парень, толи уже мужчина вызвал у нее симпатию. — Неужели, никто из взрослых не мог сходить? — подозрительно прищурил глаза старший Лерой. — Взрослых нету.Я живу одна… — Прости, пожалуйста. Я не знал, — прошептал он. — Стоп, стоп, стоп, — начала махать руками блондинка, — не в том смысле. У меня есть родные, они просто живут в столице, а я учусь здесь. «Я тут лишний», — подумал Джей-Джей, закатил глаза и пошел на кухню. — Я поставлю чайник. — Да, иди, — отмахнулся брат и продолжил разговор с девушкой, — понятно. Прости, что не представился, я — Андрэ Лерой, старший брат этого недоразумения, — указал брюнет подбородком на Джей-Джея. — А сейчас обидно было, — усмехнулся младший. — Простите за любопытство, но, что вы делаете в Питере? — начал расспрос Юрий, ведь ему была, действительно, нужна эта информация, если у канадца здесь выступление — пиши-пропало, завтра (или когда там он попрется тренироваться) полмира будет знать о тайне Юрия Плисецкого. — У меня здесь работа, а брата я пригласил, дабы развеялся, — пожал плечами Андрэ. Стало быть, надо рассказать и о нем самом. Андрэ был довольно высоким брюнетом с крохотной сединой над ушами, хотя ему можно было дать до 32 лет. Тяжелый подбородок, синее, слабо выбритое лицо, четко очерченная линия губ, черные, как переспелая черешня глаза, высокий, даже слишком, лоб. Надо отметить еще одну особенность его внешности — руки. Большие, но не грубые. Его имя совершенно ему не подходило, оно было слишком нежным для его статуры, куда больше ему бы пошло имя Арнольд или же Дик, как в любимой книге Юрия «Тайны Нью-Йорка». Смотря на смазливого и приторного Джей-Джея, Андрэ казался просто рабочим, или же учителем в деревенской школе в середине восьмидесятых где-то в Реджоди-Калабрия. Сам собой просился довод — в семье Лерой красота досталась только младшему, что нельзя сказать про воспитание и ум. Вой умирающего кита прервал разговор, покрыв Варю багровым румянцем. — Ты голодна? — глупо улыбнувшись, задал риторический вопрос Андрэ. Опущенная от стыда голова просто кивнула. — Ясно, че поперлась в супермаркет, на ночь глядя, — хмыкнул Джей-Джей. — Ммм, знаешь, аморэ мио, такими темпами у тебя фанатов не останется, — спокойно произнес старший брат, закрыв глаза. «Надо же, какие у него длинные, пергаментные ресницы!» — удивился Юрий. — Варенька, понимаете, мы только сегодня въехали в квартиру, запасы еще не делали, хотели устроить мужской вечер пиво, копчености… но и их в нашем арсенале нету. Угостить вас можем чаем, кофе и сырым картофелем, морковкой, которые хозяйка квартиры добродушно нам предоставила. — Ничего страшного, вы не обязаны меня кормить … — но ей не довелось договорить в разговор грубо влез младший Лерой. — Ага, самим жрать нечего из-за некоторых. Бабоньки, чего же вас ночь на улицу так манит, а? — Джей-Джей! Прекрати, — уже сквозь зубы говорил, Андрэ, для которого обращение с девушками было неким ритуалом, наверное, еще с детства на подсознательном уровне он понимал, что внешностью девушку ему не взять — бери манерами. Хотя тяжело поверить, что эта мысль зародилась в таком простаке. Или же его лучше назвать наивным? Интересно кем он работает? Лесорубом? Варвара, как и Юрий обладала довольно дерзким характером, когда надо она могла прикинуться глупой-милой-дурочкой-блондинкой, но упаси тебя бог ее обидеть — если у Горгоны взгляд заставлял каменеть, то Варенька делала то же, но поступками, что является еще более изощренным.А такой прямой плевок в лицо, тем более от неудачника Джей-Джея, поэтому держись, ублюдок, девка будет мстить! — Андрэ, не стоит, — она обхватила его руку своими, — я помешала вашему семейному вечеру, так еще и не дала покупки совершить. Наклонив шею вправо, она поправила прядь волос, кокетливо спрятав ее за ушко. — У меня идея, — она пулей подскочила с дивана, — давайте я вам приготовлю невероятно вкусное угощение из картошечки и морковки, я хорошо готовлю! «Лишь бы они согласились, не могу же я уйти просто так, потом совесть замучает, что человек мне помог, а я так нагло поступила!» Хоть Джей-Джею это не нравилось из-за того, что он знал эту «красотку» и понятия не имел, зачем Юрий Плисецкий так нарядился? Почему пытается остаться в их доме? Но желание покушать победило здравый смысл молодого человека. Хоть Андрэ смущало присутствие дамы, так еще и такой юной в его пристанище, которое уже успел загадить младший брат за четыре часа пребывания, но желание покушать одержало победу над здравым смыслом мужчины.Так еще и не особо хотелось отпускать эту Варю. Такую настоящую, милую, умную (не каждая девчонка так свободно общается на английском), черт возьми, шутил же над ними коллега Эштон: «Смотри, Андрэ, чтобы русские девчата тебя не околдовали. Говорят, что они и украинки самые красивые в целом мире. В Киев ты пока не собираешься, а вот петербуржская девушка может завладеть твоими мыслями». Чертяга, как в воду смотрел. — Да, Варенька, если вам не сложно. — Тогда садитесь и запоминайте, — она подошла к рабочей поверхности кухни, при этом попросив удалиться вон Джей-Джея. — Сначала чистим картошечку и оставляем ее отмокать в воде, чтобы избавиться от крахмаля, при этом меняем холодную воду трижды, как только она начинят мутнеть. Тем временем отвариваем морковь, без предварительной очистки, д о готовности. Через 15 минут замачивания картошки, мы тоже отвариваем ее, но ни в коем случае не режем ее, а делаем крестообразны надрезы на одной из сторон, это поможет картошке свариться быстрее, а потом при выпекании сыграет важную роль. И старшему и младшему брату нравилось видеть и слушать эту девушку, которая так гармонично выглядела в переднике. У них возникло ощущение, что она вечно была с ними, вечно так просто болтала, периодически кидая взгляды в их сторону. Ей же нравилось, что она ощущала себя «своей» и на своем месте. — Теперь посипим немного, совсем немного соды в разрезы, и положим, запекаться в рукав, с нарезанной, но не очищенной морковью, потом эта кожица даст сладковатый привкус. А теперь духовка на 210 градусов Цельсия и ждем 20 минут. — Это хоть можно будет есть? — съехидничал Джей-Джей. — Нет, я суперагент из ФСБ, который должен вас отравить картошкой по фирменному рецепту. Не ожидал, да? — Девочки и мальчики, не ссоримся, — пытался разрядить обстановку Андрэ. — Кстати, Андрэ, ты говорил, что по роботе здесь, а кем ты работаешь? — не могла унять любопытство девушка. — Я пластический хирург, послезавтра вечером будет одна серьезная операция. — Настолько серьезная, что ради нее одной стоит ехать из Канады в Россию? — что-то он не договаривает… — Девочка опрокинула на себя пять литров кипятка, будет почти полная пересадка кожи, если ее не сделать она просто умрет, а ради жизни человека можно поехать и в другой конец планеты. — Брат состоит в благотворительном фонде, считай он ничего не получает за пятичасовую операцию, но сразу же примчался! — начал хвалить брата Младший Лерой, и это было очень мило. — Хватит, деньги — не главное! — абсолютно искреннее сказал канадец. «У-у-у, ясно, в школе такие мальчики отличники-ботаны, но пользуются популярностью у девочек, ибо всегда милы с ними, а мальчики таких не задирают, потому что, трудом заслуживают их уважения. Потом староста группы, лучший ученик курса, волонтер-доброволец. Первый в интернатуре. Гордость мамы и папы, пример для младшего брата.Честный, добрый, идеалист, что же…» *Бэнг-бэнг-бэнг* — О, картошечка готова, — она начала доставать противень и разрывать пакет для запекания.Теперь мы видим, что предварительно вареная картошка, благодаря соде, порозрывалась и теперь выглядит как нежное, но необычное пюре, а кусочки морковки дали обещанный сладкий вкус. Они долго сидели и кушали «кашу из топора», много болтали о разном: о соей жизни, о интересах, о спорте, о компьютерных играх, о книгах, о музыке и о всем, кажись, на свете. Их беседа затянулась до четырех утра и Варя осталась ночевать на съемной квартире братьев Лерой.