Вам не убежать

      Возле ворот дома отца Адриан уже не был таким смелым. Его тревожила мысль, что его план не идеально продуман и ничего не получится. Руки немного дрожали, а тело резко начало морозить, но блондин отряхнулся от этой мысли, ведь он не считал себя трусом. Он в прошлый раз смог высказаться и ударить отца, так почему он не может сделать это снова?       Позвонив в звонок, ему ответила Натали, а через некоторое время она встретила его у входной двери и провела в кабинет отца. Женщина как всегда вела себя хладнокровно — ни единой эмоции. Иногда Адриану казалось, что она робот, и в детстве часто доказывал это родителям, до тех пор пока мать блондина не скончалась.       Самой же Натали было всё равно, что говорит Адриан — ей было главное хорошо справляться с работой секретаря и присмотром ребёнка. Женщина, как оказалось в будущем после смерти Эмили Агрест, не ровно дышала к Агресту старшему, но не подавала виду, чтобы не потерять работу. Даже когда узнала чем занимается её обожаемый господин, не стала исполнять плохо свою работу, не боялась его и вела себя как обычно.       — Господин Адриан, подождите здесь пару минут, Ваш отец немного занят, — Женщина тихо поклонилась и ушла в свой кабинет доделывать свою работу.       Перед тем как войти к отцу в кабинет, блондин ещё пару раз подумал, не зря ли он пришёл сюда и получится ли у него воплотить свой план в жизнь. А что если всё пойдёт не так, как он задумал?       Подумав ещё минуту, блондин постучал в дверь и дождавшись ответа вошёл в кабинет. Габриэль как обычно разрабатывал новую коллекцию. На экране планшета были открыты эскизы новой весенней коллекции, которая станет популярной минимум на два сезона. Пройдя глубже в кабинет, Адриан заметил, что его фото всё ещё висят на стене и это его немного удивило, ведь он перестал работать самой лучшей моделью в компании отца. Адриан старший даже не повернулся в сторону сына, только тихо вздохнул и продолжил работать.       — Отец, можем поговорить? Это очень важно, — Блондин подошёл ещё ближе к отцу и снова осмотрел кабинет. Его взгляд остановился на картине с изображением матери. Как всегда прекрасной, но увы, уже не живой.       — У тебя есть пять минут, по окончанию времени я вызову охранника и он тебя выведет прочь с моего дома, в котором тебе не рады, — Мужчина бросил работу и повернулся к парню, — Время пошло.       — Как всегда холодный… — Адриан усмехнулся и с серьёзным лицом продолжил, — Что же, я пришёл всего лишь тебя попросить. Прекрати своё общение с девушками и позволь мне забрать их себе. Не буду скрывать, я в них влюбился, они меня заинтересовали. Я хочу, чтобы мы были вместе, я сделаю для них всё, и лучше чем ты, поэтому позволь мне…       — Да как ты смеешь, щенок! — По виду Агреста старшего было видно, что он зол от просьбы сына, — Они не какая-то вещь, чтобы я вот так взял и отдал их тебе, — мужчина сжал руку в кулак и со всей силы ударил по столу, — Я растил тебя, заботился о тебе, я даже не блокировал твою банковскую карту и ежемесячно отправлял туда деньги, и ты смеешь меня о чём-то ещё просить?!       -Тебе же хуже будет, — Блондин спокойно присел в кресло и посмотрел своими серьёзными зелёными глазами в холодные и безчувственные серые глаза отца, — Я знаю, что ты в курсе, что девочки несовершеннолетние. Ты же знаешь, что это может значить, если ты мне их по хорошему не отдашь? — Адриан нахально улыбнулся и даже не шевельнулся, когда Габриэль вызвал охрану в кабинет.       — Мне всё равно, что говоришь ты, чтобы ты не сделал, ты не сможешь меня запугать, я тебе ни за что не отдам девушек! Убирайся прочь, неблагодарная сволочь!       — Я уйду, но ты подумай над тем, что я сказал, иначе пожалеешь.       Громила-охранник вывел за шкирку блондина и закрыл ворота особняка перед носом парня. Адриан сделал глубокий вдох и с облегчением выдохнул, ведь первая часть плана выполнена. Осталось подождать немного, чтобы продолжить начатое.       Габриэль обдумывал все возможные варианты развития данной ситуации. Больше всего он переживал за девушек, чтобы они из-за этого не пострадали. Мужчина решил им ничего пока не говорить и попробовать самому разобраться в этой ситуации.       Из-за появившейся проблемы, вдохновение покинуло мужчину и работать совершенно не хотелось. Вызвав Натали, Агрест старший приказал ей оборвать все связи и денежные счета с сыном, и даже вызвать нотариуса, чтобы выписать его из наследства и сделать документы в которых будет сказано, что эта мелкая сволочь не является родным или каким-то ещё сыном Габриэля Агреста. Женщина всё записала и сказала, что всё будет выполнено.       Задумавшись, мужчина решил, что обезопасить себя и девушек на всякий случай нужно, поэтому набрав одного знакомого человека и собрав нужные документы, он предупредил Натали, что уезжает, и сел в машину приказав громиле-охраннику везти его по указанному маршруту.

***

      В дверь легонько постучали. Брюнетка с гулом в голове встала с кровати и пошла к источнику шума. Открыв дверь на девушку с объятиями накинулась Хлоя, Мари легонько приобняла девушку и они вместе вошли в квартиру.       — И что ты здесь делаешь? Разве ты сегодня не собиралась ехать на важную торжественную встречу? — Маринетт подошла к плите и поставила на неё чайник, чтобы сделать любимый чай возлюбленной.       — Там скучно, пускай всем этим занимается отец и мать, я лучше побуду с тобой. — Блондинка подошла к девушке со спины и легонько поцеловала в шею, плавно переходя к плечу, вырисовывая маленькими поцелуями узоры. Мари отключила плиту и прижала девушку к столу начиная целовать шею блондинки оставляя лёгкие следы, — А как же чай? — Томно прошептала девушка на ухо брюнетки и сильнее к ней прижалась.       — К чёрту чай…       Мари грубо поцеловала Хлою, засунула руку под низ платья и резко стянула до колен её трусики. Девушка легонько провела рукой между ног, поглаживая всё что попадается на пути. Одной рукой брюнетка гладила щёки девушки, пока целовала её. Разведя второй рукой большие половые губы девушка провела пальцами от входа до клитора, размазывая естественную смазку блондинки. С каждым новым плавным движением по клитору, Хлоя извивалась, прижималась к брюнетке и постанывала в её шею.       Через пару минут, девушка шлёпнула блондинку по заднице и повела в гостиную. Усадив Хлою на диван, Мари развела ей широко ноги и уселась на пол между них, после, плавно поглаживая её ноги, она нежно чмокнула киску девушки. Маринетт провела языком по клитору блондинки вслушиваясь в её томные вздохи и просьбу не останавливаться. Шаловливые пальцы нежно поглаживали вход, а потом вовсе начали плавно скользить внутри девушки. Со временем, комната начала наполняться блаженными стонами блондинки и жаром возбуждённых тел. Страсти накалялись, Мари больше не могла сдерживаться, ведь пленительные и чертовски сладкие губы так манили. Хотелось впиваться в них всё больше и больше, хотелось своими губами ловить каждый стон и томный вздох своей возлюбленной. Это было так страстно, горячо, грубо и в тоже время нежно, и губы такие податливые, что и вовсе не хотелось прерывать эту сладкую пытку. Через некоторое время от грубых и нежных движений внутри блондинки, девушка кончила прикусывая губу любимой.       Немного отдышавшись, Хлоя накинулась на возлюбленную и повалила её на пол, прижимаясь своим телом ещё сильнее, не разрывая поцелуй, девушка зажала руки Мари в замок над её же головой. Теперь уже Маринетт томно постанывала и просила о большем, ёрзая под горячим телом блондинки. Девушка игнорировала просьбу возлюбленной и продолжила мучить её своими ласками. Брюнетка всё больше тёрлась о ногу Хлои и умоляла закончить эти мучения, девушка над ней всё же сжалилась и мучительно медленно стянув шорты с трусиками, присосалась к половым губам любимой. Та протяжно простонала и выгнулась дугой сжимая волосы блондинки двумя руками. Слёзы от наплыва чувств неожиданно потекли по красным от жара щекам. Девушка обильно текла и с диким удовольствием тёрлась своей киской о лицо возлюбленной, оставляя ней свои соки любви. Пару движений шаловливым языком и губами, и Мари кончает мощной струёй с сладким, протяжным стоном.       — Ты была как всегда прекрасна, — Томно произнесла брюнетка и поцеловала в жаркие губы любимой. — Иди умывайся, а я пока порядок быстро наведу и всё-таки сделаю чай. Скоро вернутся родители, выйдет весьма не ловкой если они нас увидят в таком виде, — девушки хихикнули и чмокнули друг друга в губы.       — Ты тоже была ничего, — блондинка встала и помогла встать Мари. — А к чаю что-то будет сладенькое? — Произнесла девушка открывая дверь ванной и попутно снимая с себя платье.       — Хорошо, сейчас сбегаю и куплю пирожных.       Дверь закрылась. Мари поставила чайник на плиту и намочив немного тряпку, принялась вытирать маленькую лужу у дивана. Было немного неловко и воспоминания о том, из-за чего именно эта лужа появилась, так будоражила кровь в жилах, разгоняя её по венах и заставляя сердце биться сильнее, а щёки краснеть от смущения. Чайник начал свистеть давая понять то, что он уже закипел. Брюнетка последний раз провела по полу тряпкой и встала с него. Выключив плиту, девушка помыла тряпку и руки, после, достала чашки для себя с возлюбленной и родителей. Вспомнив о пирожных, Маринетт написала сообщение отцу и продолжила готовить чай.       Ждать родителей долго не пришлось, как только блондинка вышла из ванной и села за стол готовясь начать пить чай, Том и Сабина вошли в квартиру, занося запах свежеиспечённых пирожных и просто разной выпечки. Маринетт как хорошая и хозяйственная дочь забрала пакеты из рук родителей и принялась их раскладывать на кухне, пока те снимали с себя верхнюю одежду. Хлоя поздоровалась с пришедшими людьми и решила помочь возлюбленной, незаметно для посторонних строя глазки девушке.       После того, как с пакетами было покончено и покупки лежали на своих местах, все находящиеся в квартире сели за стол и начали пить чай, обсуждая события за день и дальнейшие планы на вечер. Девушки собирались пойти вечером прогуляться на берегу Сены, поесть мороженое у Андре, и просто полюбоваться вечерним Парижем в кругу друзей. Сабина вспомнила, как в молодости ходила на свидание с Томом на берег реки, как они гуляли допоздна, зная, что родители будут злится. Она помнила, как Том, под покровом ночи, рвал ей цветы в клумбе и на каждом свидании дарил их, и он всегда расстраивался, если не мог это сделать. Они были так молоды, так юны и так влюблены друг в друга, до безумия, без беспамятства и на долгие годы.       Девушки сидели и внимательно слушали рассказы женщины, пока мужчина мыл чашки и тарелки. Рассказы Сабины были такими романтичными и интересными, что было сразу видно, что за такой долгий промежуток времени эти люди всё ещё любят друг друга, и были бы не прочь повторить эти свидания снова, что бы вспомнить какое было тогда прекрасное время. За всеми этими разговорами сумерки сменила ночь и вступила в свои силы. На небе ещё слабо разжигались звёзды, поэтому они пока что не освещали тёмные уголки Парижа. Жители включали в домах свет, на улице включались фонари освещая дороги, улочки, парки и здания. На Эйфелевой башне начали включать освещение, огоньки красиво мерцали и отображались на Сене, переливаясь с рябью воды.       — Мам, пап, мы пошли, не скучайте, — Мари открыла дверь пропуская возлюбленную.       — Приятного вам вечера Месье Дюпен и Мадам Чен.       Хлоя вышла с квартиры и Мари вышла за ней закрывая дверь. Девушки шли за ручку и мило болтали о всём подряд, смотрели на витрины магазинов и делали заметки что же им купить в следующий раз. Прохладный ветер обдувал девушек которые были легко одеты, из-за угла ветер донёс аромат одеколона из парфюмерного магазина. Этот одеколон так был похож на тот которым пользовался их возлюбленный. Аромат яркий и в тоже время мягкий, словно морской бриз и сосна были смешаны в одном флаконе, и так хорошо подходил к естественному запаху феромонов статного мужчины как Габриэль.       Андре как всегда сделал самое вкусное мороженое для девушек, дамы сели на лавочку на берегу Сены и наслаждались прекрасным вечером поедая мороженое. Луна была полной и её серебристый свет отражался от реки также красиво, как и огни Эйфелевой башни. По реке плыли лодки с влюблёнными, где-то в дали уличные музыканты пели свои незамысловатые песни и развлекали проходящий мимо народ. На улице была романтическая атмосфера. Хотелось гулять с любимыми людьми всю ночь, хотелось вместе петь песни о любви, хотелось танцевать и веселится с любимыми. Хотелось смотреть романтические фильмы в кинотеатре под открытым небом, чтобы сидеть где-то в конце и вкушать сладость страстных и любящих губ, чтобы руки блуждали по телу заставляя тысячи мурашек пробежать стадом под кожей, до дрожи, и, чтобы аж волосы встали дыбом от нахлынувших чувств. Просто хотелось, чтобы эта ночь была длиной, и можно было бы её всю провести с любимыми людьми.       Но время прогулки подходило к концу. На ночном небе ярко светила луна, и россыпь звёзд уже была лучше видна, ночь с каждой минутой становилась всё глубже и глубже. Большинство людей уже давно ушли домой, уличные музыканты тоже собрали свои инструменты и петляли по улочкам. В тихой ночи бегали по улице только бродячие коты и собаки, где-то в тёмных углах района гуляли или спали бездомные люди. Единственным шумом были только иногда проезжающие машины, свистящий ветер и животные, которые лазят по мусорным бакам в поиске еды и укрытия от ночного холода.       Девушки шли домой, весело дурачась и смеясь. Ветер иногда задирал платье Хлои, чем вызывал игривое настроение у Мари, девушка кружила в объятиях блондинку, иногда целуя её. Вскоре это было похоже на романтичный белый вальс под звёздным небом, в тишине ночного города, когда мир сужается, и в нем есть только они двое и больше никого. Ещё немного повеселившись, девушки всё же решили спокойно идти домой, и просто в тишине наслаждаться ночным Парижем, городом любви.       Как только девушки дошли до перекрёстка, где нужно было расходится в разные направления, дамы крепко обнялись, и посмотрев ещё раз на красотку луну, собрались прощаться. Мари развернулась и пошла в свою сторону, Хлоя немного посмотрела вслед уходящей девушки, тоже пошла домой. Завернув за дом, по шее девушки ударили тяжёлым металлическим предметом, сознание начало плыть и понемногу покидать тело девушки. Напоследок она смогла выдавить из себя протяжный крик, а после обессиленно упала на грязный и холодный асфальт. Мари услышала крик и помчалась на его источник. Она боялась, что он мог принадлежать её любимой, девушка только молилась, чтобы это была не Хлоя. Завернув за дом брюнетка обнаружила девушку без сознания, лежащую на асфальте и парня возле неё, на вид в деревянной чёрной маске и с металлической битой в руках. Маринетт застыла в страхе смотря на возлюбленную, и не могла ни пошевелится, ни что-то сказать, кажется, она даже не дышала. Она очнулась только тогда, когда парень, который уже каким-то образом стоял сзади неё, замахнулся битой и хотел ударить, девушка быстро сорвалась с места. Но парень быстро ударил её по ногам битой, и та упала не далеко от блондинки. Пронзающая боль в ногах была невыносимой, но девушка пыталась ползти, она пыталась из-за всех сил уйти с этого места, позвать кого-то на помощь, чтобы спасти себя и любимую, хоть и понимала, что это невозможно. Парень медленно подошёл к брюнетке и толкнув её ногой перевернул набок, после пару раз ударил девушку ногой под рёбра, выбивая из лёгких весь воздух, заставляя сплёвывать кровь и желчь. Маринетт потеряла сознание и лежала таким же жалким и обездвиженным телом как и блондинка.       Глубоко вздохнув прохладный ветер, парень довольно улыбнулся, убедившись, что девушки без сознания, достал с рюкзака верёвки, связал дам и включив телефон сделал пару фото связанных девушек, после закинул их в багажник украденной машины. В телефоне был только один контакт, и открыв его, он прикрепил сделанные фото и написал:       «Они теперь у меня. А ведь я тебя предупреждал, теперь попробуй найти нас если, конечно, сможешь».       — Пока я их не убил. — Тихо произнес парень с довольной улыбкой.