Танец, покоривший сердце

Прошло уже девятнадцать лет с тех пор как, Нура Рикуо появился на свет. Он вырос достойным приемником своего отца. Сильный, красивый, легко находящий общий язык с любым, у него были друзья как среди людей, так и аякаши. Но несмотря на то, что Рикуо уже был совершеннолетним - главой клана он не был, и причиной было во все не недоверие его отца. Как раз таки Нурарихен доверял своему сыну, и поручал разбираться с делами в клане. Причина же была в том, что он решил дать своему сыну побыть свободным, насладиться юностью, как говорится. Ведь после того как он станет главой клана, у него будет меньше свободного времени. И сейчас Рикуо отправился гулять по городу, он довольно часто пропадал на какое-то время. Но в клане не сильно тревожились, так как Рикуо регулярно присылал домой весточки, так как знал, что его мама волнуется. Рикуо нравилось гулять по Эдо, ему нравился этот город: всегда оживленный, жизнь кипит рекой. На улицах можно встретить, как людей, так и аякаши. Некоторые аякаши маскировались под людей и жили среди них, кто-то занимался торговлей одежды, еды, убранства, кто-то работал плотником, кто-то занимался рыбной ловлей. Видя, как люди и аякаши уживаются, друг с другом Рикуо был счастлив. Можно сказать, что для него Эдо был идеалом мира – мир, где аякаши и люди живут вместе. Ведь он сам был примером, того что человек и аякаши могут быть счастливы друг с другом. По правде, он завидовал своим родителям – ему хотелось бы встретить девушку, с которой он был бы счастлив, которая принимала бы обе его стороны: аякаши и человека. И он с нетерпением ждал, когда отец передаст ему титул главы клана, тогда он сможет защищать Эдо, защищать своих друзей, свой идеал мира. Гуляя по главной улице Эдо, Рикуо услышал, как его кто-то окликают. Повернувшись, он увидел Кану. Это был друг его детства, он познакомился с ней, когда учился в Теракойя. Кана была привлекательной молодой девушкой с карими глазами, каштановыми волосами. Сама девушка была сиротой, она лишилась родителей во время набега разбойников. И теперь жила в приюте, располагавшимся на окраине Эдо, рядом с храмом, который этот приют и основал. Сирот из этого храма часто нанимали на время на работу, как рабочую силу, в лавки, в богатые дома. Так эти дети могли где-нибудь освоится, и начать жить самостоятельно. Это действительно было хорошо, что в Эдо был такой храм, где заботились и помогали сиротам, ведь обычно на детей оставшихся без родителей никому не было дела. - Рикуо, подожди меня, - сказала подбежавшая Канна, - мне тебя не догнать. Рикуо с улыбкой посмотрел на девушку, и заметил за ее спиной котомку, указав на котомку, он спросил: - Ходила куда-то? - Ага, наш наставник в приюте попросил меня сбегать купить продукты для сегодняшнего вечера. - А, что сегодня? - В приют приведут новенького. Вот наставник и решил устроить ужин в честь его прибытия. - Ясно, а что кроме девушки некого было послать? Отлынивают парни. - Да нет, просто все сегодня заняты на работах, скоро ведь начнутся весенние фестивали, вот мы и на расхват. Улыбнувшись, Рикуо забрал у девушки котомку, хоть та и возражала. За разговором они дошли до приюта. Увидев, их к ним бросилась малышня: - Сестренка Кана, вернулась! - Сестренка вернулась. - Куда ты ходила? - Поиграй с нами? Рикуо с улыбкой смотрел, как носится ребятня вокруг Каны, сама девушка тоже смеялась и трепала их за волосы. Успокоив ребят, она забрала у Рикуо котомку. - До встречи, Рикуо мне пора готовить ужин. - Тогда пока. Попрощавшись с ребятней, он направился к дому. Кана была милой девушкой, Рикуо был рад что у него есть такой друг. Придя к дому, где он временно остановился, Рикуо поднялся на второй этаж и зашел в комнату, в которой жил. Во время своих гулянок по городу, он всегда останавливался пожить у различных людей и сейчас он остановился в небольшой закусочной. Во время таких остановок Рикуо всегда расплачивался с хозяевами деньгами или же выполнял работу, а некоторые и вовсе разрешали жить просто так. Так например, он пару раз останавливался в лавках, торгующих товарами для женщин, в результате, чего продажи возрастали, сами хозяева говорили, что будут рады видеть его у себя в любое время. Отдыхая у себя в комнате, он невольно улыбнулся, отец часто говорил ему, что он не обязан платить за ночлег. К чему екаю – это делать, тем более Нурарихену, который сам берет все, что ему нужно. Но Рикуо в этом вопросе был не согласен с отцом, да и мама его поддерживала. Поэтому во время таких разговоров отец предпочитал замолкать, так как двое на одного было нечестно. Все таки маму папа боялся, она не раз устраивала ему нагоняи, а иногда екаи могли видеть улепетывающего со всех ног Главу, и бегущую за ним Ехиме со сковородкой или скалкой вруке. Вот тогда доставалось всем екаям, которые по судьбе своей нелегкой оказывались у этих двоих на пути. Вспоминая об этих моментах, Рикуо улыбнулся, и решил наведаться домой, тем более он уже давно не тренировался, а дома есть додзе. Все-таки, если он решил защищать свой Эдо он должен стать сильнее. Сильнее своего отца. А с тренировками ему помогут Кубинаши, Куротабо, Аотабо – все эти екаи присягнули на верность ему, а не отцу. Ведь именно он нашел и привел их в клан. Ему нравились эти ребята, ведь они были из тех, кто уважал и людей и екаев, и не делали разницы между ними. На следующее утро, заплатив хозяйке за ночлег, он отправился домой. Придя домой, он заметил, что было необычайно тихо, а ведь в доме обычно царила суета, екаи все время бегали по дому. Покачав головой, Рикуо отправился в Главный зал, где он обнаружил причину тишины, в зале обычно царил его отец, но сейчас там был другой правитель, а точнее его мама. Сам же его отец с провинившимся видом сидел перед мамой. Решив не испытывать свою удачу, Рикуо решил тихо ретироваться, что бы ему также не досталось от мамы, но увы его заметил отец. - Йо, Рикуо. Ты, наконец, вернулся? – в его голосе отчетливо слышалась радость. - Да, прив! Ехиме повернулась к сыну и нежно улыбнулась. - С возвращением, Рикуо. Я рада, что ты, наконец, решил заглянуть к нам. - Ага, мам! – Рикуо на всякий случай держался возле двери, так на всякий случай. Прежде, чем обнять сына, которого она не видела уже месяц, Ехиме своим кулачком врезала Нурарихену по голове, затем с чувством выполненного долга подошла к сыну. И крепко обняла его, все-таки она волновалась, ее малыш месяц отсутствовал. Затем она ласково потрепала его по голове. - Мама, прекращай. Я уже не маленький. - Да знаю, просто для меня ты всегда будешь моим маленьким мальчиком. Рикуо недовольно поморщился, его мама до сих пор вела себя с ним так словно он маленький. Краем глаза Рикуо заметил, что отец довольно улыбается. - Мама, а что папа на этот раз натворил? - спросил Рикуо. На его слова взгляд мамы стал недовольным, а отец испуганно вздрогнул. - Да все как обычно,- вздохнула его мама. - … - Может, спросишь своего отца? Уверена, что он очень хочет об этом поговорить, - Ехиме кинула на Нурарихена недовольный взгляд. - Просто я решил потренироваться с Гьюки, - тут голос Нурарихена дрогнул. Рикуо недоуменно посмотрел на отца. - И мы разрушили одну из стен дома. Рикуо удивленно смотрел на отца. - Как вы могли разрушить стену, у нас ведь есть додзе под домом?. Нурарихен кинул полный опасения взгляд на Ехиме. Та уже стояла возле мужа, а в руках непонятно откуда взялась сковородка. - Ну, просто мы немного выпили и устроили тренировку во дворе. Услышав ответ, Рикуо тяжело вздохнул. Ничего удивительного, что в доме тишина, теперь все екаи попрятались, как минимум до вечера или же до завтрашнего утра. Сам же он был благодарен всем Богам, какие только есть, что он не пришел домой пораньше. -Рикуо, ты пойди, поешь. На кухне еще должен быть рис с красными бобами. - Ага, перекушу и на боковую, - на этих словах его отец вздрогнул. Рикуо быстро выскользнул за дверь, оставив маму с папой и дальше выяснять отношения, а для себя решил держаться от них подальше. На всякий случай. И не увидел, как Ехиме злорадно посмотрела на дрожащего Нурарихена. Сидя на кухне, он думал, что тренировку пока стоит отложить. Хотя бы пока стену не починят и мама не успокоится. Поев, он решил отправиться к себе в комнату. Вот тут-то его и ожидал сюрприз. Его комнаты просто не было, точнее она была, но в комнате царил разгром, а стенки и вовсе не было. Теперь он понял, почему вздрогнул его отец, когда он сказал про боковую. И теперь Рикуо молча смотрел на то, что осталось от его комнаты. - Старик!!!!!!!!!! Услышав вопль Рикуо, Нурарихен задрожал еще сильнее, а Ехиме довольно улыбнулась. В этот день Глава Клана Нура прятался уже не от жены, а от разгневанного сына, который, ища отца, обещал ему все кары небесные, какие только есть на этом свете.