Когда совсем не ждешь

Уставшая, после напряженного рабочего дня, я сидела и смотрела на себя в зеркало. Мешки под глазами, на голове — не прическа, а воронье гнездо. Кстати, о вороньем гнезде! Пора бы выкрасить волосы, уже видно начинающуюся седину. — Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи! Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее? А мне зеркальце в ответ — офигела? В 40 лет?! — рассмеявшись собственной шутке, я стала собираться домой. Мне 37 лет, но иногда я чувствую себя гораздо старше своего возраста. Пора домой. — Ирина Александровна, зайдите, пожалуйста, к Волошину. — попросила меня по телефону Даша — наш секретарь. — Хорошо, Даша. — ответила я и пошла к генеральному. Проходя мимо секретаря, я посмотрела на девушку. — У себя? — спросила я. — Да, ждет Вас. — ответила мне она. Постучавшись, я зашла в кабинет. — Просили зайти, Вадим Юрьевич? — Да, Ирина Александровна. Проходите. — ответил мне генеральный директор. — Ира, я хотел попросить тебя, не в службу, а в дружбу. Возьми девочку под крыло. Заканчивает универ, диплом писать у нас хочет. Я когда-то дружил с ее матерью. Она нашла меня и попросила. Не могу отказать ей. — Вадим, я и так зашиваюсь, отчетность, а ты мне еще девочку подсовываешь. Преддипломная практика — это серьезная вещь. У меня просто нет времени. — Посади ее с бухгалтерами и пусть учится. — улыбнулся мне гендир. — Ну да, еще и отдел подпрячь. А ты не думал о том, что им некогда нянчиться с девочкой твоей? Сколько ей лет? Специальность какая? — Бухучет и аудит! Как раз, твое! — Лет сколько? — 22 года, Ирин. Возьмешь? Буду должен! — Ладно, приводи свою девочку. Посмотрю завтра, чего она стоит. Если умненькая, после диплома к себе возьму. Мне на материалы, как раз, человек нужен будет. Аня в декрет уйдет к тому времени. Ну, а если учили ее чему-нибудь и как-нибудь, то уж извини, Волошин, будешь нянчиться с ней сам. — Спасибо, Ирин, ты лучшая. — Не за что пока, Вадим. Ты домой едешь? — Да, собираюсь уже, а что? — Подкинешь до дома? Моя машина в ремонте, я на своих двоих. — Конечно, поехали, все же январь на дворе. Особенно не погуляешь! — улыбнулся мне Вадим, собираясь. С Вадимом мы знакомы давно. Лет 15 знаем друг друга. Близкими друзьями мы никогда не были, но часто пересекались по работе и в кругу знакомых. Два года назад он пришел к нам генеральным, развивать фирму, так сказать. Сработались мы быстро, он не лез в мои дела, доверяя мне, а я подсказывала ему лазейки в законодательстве и помогала. Дела фирмы, и правда, пошли лучше после его назначения. Прошлый гендир был у нас скользким типом, пытаясь перекладывать работу на всех и вся. А перед учредителями прижимал хвост и обвинял всех, кроме себя. С Вадимом дела пошли в гору, он отстаивал позиции фирмы, объясняя и доказывая свою точку зрения. Его уважали и сотрудники, и поставщики. — Устала? — спросил Вадим, подъезжая к моему дому. — Угу. В последнее время какой-то необъяснимый напряг. То одно, то другое. То налоговая долбала своими камералками, теперь отчетность началась. После годового опять камералить начнут. У них теперь бзик, после того, как выездные проверки убрали. И, естественно, к НДС они придираются так, будто из своего кармана отдают. — Миллионов десять вырулишь у них? — За прошлый квартал? Да. Около двенадцати там по нулевой будет. Постараюсь вернуть. — Отлично, Ирин. — Спасибо, что подвез, Вадим. — Не за что, обращайся! — улыбнулся мне гендир. — Завтра девочку приведу к тебе. — Договорились. Пока, Вадим. — До завтра, Ира. Зайдя в квартиру, я разделась и пошла в комнату к своему двенадцатилетнему сыну. — Привет, мам! — Привет, Костя. Как дела? — спросила я у сына, целуя его в макушку. — Хорошо. У нас новый учитель по английскому. Ничего, такая. — Хорошо преподает? — Пока не знаю, но относится к нам нормально, не орет, как старая. — Пойдем ужинать? Сейчас я что-нибудь приготовлю. — Я сейчас мусор вынесу, днем забыл. — улыбнулся мне сын и побежал одеваться. — Костя, хлеб купи, я не заходила в магазин. — Денег только дай, у меня нету. Я сегодня в школе на питание отдал до конца месяца. — Возьми у меня в сумке. — улыбнулась я Косте. За пару лет Костя вытянулся, стал самостоятельным и рассудительным. Живем мы с ним вдвоем. Я безумно люблю и балую сына. Он — моя радость и гордость. Поужинав, я закинула посуду в посудомоечную машину и, пообщавшись немного с сыном, легла спать.