Воля Силы

Вейдер сидел в своём кабинете и смотрел на звёзды, которые светились в иллюминаторе. Странное чувство беспокойства не покидало его весь день. Что-то похожее он чувствовал перед смертью матери. Тут вспомнились те дни когда он был десятилетним ребёнком, как мама защищала его от Уотто, была как щит, доброй, родной, любящей. Вспомнил, как он в последний раз обнял её, перед тем как уйти на десять лет, на долгих десять лет… А потом долго лежал без сна, вспоминая свои дни с ней. Как она успокаивала его, когда снились кошмары, нежно обнимала, когда мальчик был чем-то расстроен. Как он мог бросить её на десять лет?! Какое имел право ни разу не навестить?! Никто из джедаев не мог заменить ему матери. Вообще никто не смог бы. Ни Падме, ни Квай-Гон, ни уж тем более Кеноби, который только и делал, что критиковал. Незаметно прошёл год, другой, и он начал забывать свою мать, как бы сильно не хотел помнить. Ну конечно, миссии, бои, тренировки, приключения. Всё это отвлекало подростка. Только когда он держал на руках окровавленное тело своей матери, он понимал, как ужасно, что он так не разу и не приехал к ней, не обнял, не рассказал о себе, о заданиях… Но время было не вернуть. Он никогда не сможет исправить самую большую ошибку своей жизни. Вейдер вспомнил, как он уничтожил всех, кто был в том поселении. Как наслаждался яростью, запахом крови, криками других. Сделал первый шаг на тёмную сторону. Вейдер против воли усмехнулся. Какая ирония, главнокомандующий империи вспоминает детство голубоглазого мальчика, как бы не сжималось его сердце от этих воспоминаний. Он со вздохом надел маску и не торопливо вышел из кабинета. Из-за нарастающего чувства тревоги он не спал уже несколько ночей. Его чувства- это только отголоски воспоминаний, а не какое-то предупреждение. В этой галактике нет человека, который бы мог быть его родственником. Он сам помнил, как первый раз зашёл в гробницу Падме. Это, наверное, было хуже всего, смотреть на лицо любимой, на её волосы, в которые были ввиты белые цветы, осознавая, что это из-за тебя она умерла, вместе с твоим ребёнком. Чувствовать в силе еле заметный след от Падме и ребёнка. Видеть как на стенах плясали разноцветные солнечные зайчики, которые как-будто дразнили пришедшего. Да, это был один из самых худших дней. Мастер потом поддержал его, между ними была очень сильная связь. Но воспоминания всё ещё терзали и без того искалеченную душу. И вот теперь Сила издевалась над ним, давая очередное испытание. Зачем, зачем ему опять вспоминать мать? Тут к нему подошёл офицер и вытянулся по струнке, стараясь не выдавать своего страха. И спокойно сказал: -Милорд, император желает связаться с вами. И ушёл, не сказав больше не слова. Вейдер был немного озадачен. С чего бы это учителю разговаривать с ним? Он вошёл в чёрную дверь, попав в специальный отсек, где не было помех связи. Он подошёл к чёрному кругу в центре и преклонил колено. Через несколько секунд перед ним появилась голубоватая голограмма, во весь рост. Император, как всегда был в чёрном плаще. Немного скрипучим голосом он медленно проговорил: -Поднимись, друг мой. Я чувствую, тебя что-то беспокоит. — Он не спрашивал, он утверждал. Вейдер усмехнулся под маской. Учитель всегда мог угадывать, что у него на сердце, пусть не зная деталей. Стараясь, чтобы голос звучал как можно безразличней, он сказал: -Да, учитель. У меня бессонница, также мне все время кажется, что что-то случилось. Но я уверен, что это только воспоминания, ничего серьёзного.- Да, это только воспоминания, это его проблемы. Никто не сможет помочь ему. -Вейдер, если Сила хочет тебе что-то сказать, значит надо выслушать. Разве не этому тебя учили? — В его голосе зазвучало едва заметное недовольство. -Это не Сила, это только воспоминания, учитель.- Ну кто может быть близким Вейдера, тем более в опасности? Его начала заполнять ярость. Разве учитель не понимает, что ему тяжело вспоминать прошлое? -Вот что, ученик. Просто замолчи и послушай. Хватит отмахиваться от предупреждений Силы, лучше слетай проверь. Посиди в медитации и подумай. Даю тебе неделю… Отпуска, можешь это так называть. Если ты проверишь, хуже не будет. Запомни это. Конец связи. И голограмма пропала. Вейдер не был уверен, что это нужно, но как там сказал учитель? Хуже не будет? Ну что же, он проверит. Главнокомандующий вошёл в медитативную камеру. Он снял маску и сел в удобную позу. Сосредоточился, открылся Силе… Тут перед глазами начали появляться картинки из чужой жизни. Последнее, что он увидел была группа тускенцов. Затем он почувствовал чужую боль, страдания. И его вышвырнуло из видения. Интересно, как бы сказал император, очень интересно. Что же это было? Он помнит только несколько тускенцев в бардовых, грязных плащах, а ещё мальчика, на вид лет семнадцать, со светлыми волосами. Тут он услышал в Силе едва слышный зов. «Отец!.. Помоги!..» И почувствовал тонкую, но очень крепкую связь, ведущую на Татуин. «Сын? У меня есть сын?! Но это невозможно… Падме умерла вместе с ребёнком. Или нет? Сын…» И тут он понял, что если это действительно его сын, то он в плену у тускенцев, а возможно уже и вовсе мёртв, если вспомнить сколько времени он отмахивался от чувств. Он должен узнать, понять, проверить. Возможно ли такое? Вейдер не был уверен ни в чём. Но он обязательно узнает. Вейдер связался с командующим разрушителем и проговорил: — Курс на Татуин, командующий. И наблюдая, как звёзды превращались в расплывчатые пятна, он снова вспомнил мать, но теперь думал и о сыне…