I am hers, she is mine

Когда Хосок на Kakao приходит сообщение не от кого-то, а от Чимин, первой красавицы университета и вообще отличницы, она не знает как себя вести. На экране единственное «хочу к тебе», а у Хосок горят щеки и в груди бешено бьется. Рядом сидящая Юнджи на это отвечает простым «она сука». Объяснений, почему сука, не следует. Но у Хосок уже воздушные замки и счастливое будущее с Чимин под боком. С Чимин, которая, как оказалось, тоже к ней испытывает симпатию. И никакая Юнджи с её ненужными комментариями не разрушит её представлений, разве что следующее сообщение. «В танцевальную группу». Ну что за привычка писать частями. Юнджи откровенно ржет, даже не старается быть потише. Хосок обижается, пинает под столом ногами, бьет кулачками, повезло ей с лучшей подругой. Профессор их, конечно, выгоняет с пары. Как ни странно, сдружились они быстро. Неужели правду говорят, что танцы сближают. Хосок учила её своему стилю, а Чимин в свою очередь учила её гибкости. Прижавшись к спине и положив одну руку ей на живот, а другую на грудь, она делала невероятные волны свои телом, заставляя повторять за собой. В такие моменты Хосок готова была умереть, потому что слишком близко, слишком интимно. Это всё СЛИШКОМ. Особенно когда губы Чимин в паре сантиметрах от её уха, и дышит она глубоко. И Хосок готова поклясться, она её тогда поцеловала. Чимин двигается легко, плавно. Чем бог её точно не обделил, так это сексуальностью. От каждых её телодвижений во рту высыхает и ноги подкашиваются. Хосок не железная. В один из подобных занятий она развернула её к себе лицом и поцеловала в губы. Коротко, быстро, простой чмок, но лицо не отстранила. Ударит или наорет, вопрос пары секунд. Но чего Хосок точно не ожидала, так это неловких касаний рук, застенчивого взгляда и ответного поцелуя, осторожного, а потом бесстыдного возле дома. И еще множества других, тайком ото всех. Юнджи догадалась сразу, по «дебильной улыбке». Согласилась дать своё благословение, если Хосок не будет доставать её своими рассказами. Но, ночуя друг у друга, всё же выслушивала и даже спрашивала каково это. С Чимин просто непередаваемо. Чимин – это каждый день новые сюрпризы, новые капризы. Чимин – это бабочки в животе, крылья за спиной. Чимин – это радуга после дождя. Чимин – это солнце из-за туч. Спящую Чимин Хосок изрисовала бы на всех листках тетради, если бы умела. Она настолько прекрасна, до спазмов в груди. Хосок любит просыпаться пораньше и наблюдать за ней. Как её ресницы подрагивают, как она сладко причмокивает, а иногда вздыхает с досадой. В такие моменты Хосок закрывает ладонями рот и буквально хватается за сердце. Это самое милое зрелище, что можно увидеть. Сама Чимин не помнит, что ей в этот момент снилось. Перебирая рыжие волосы, Хосок улыбается. Чимин всегда их тщательно укладывает, выпрямляет. А когда они попадают под дождь, то страшно злится. Прямые гладкие волосы становятся пушистыми и вьются как стебель одуванчика под водой. Хосок это кажется до ужаса милым, особенно сведенные брови и поджатые губы. Но смех сдержать не может. Чимин до ужаса обидчива, если дело касается её внешности. Поэтому она бросается вперед, вырывая руку, и всю дорогу молчит. Но дома под душем горячие поцелуи растапливают весь холод внутри, смывая все обиды вместе с водой. Спит Чимин всегда с приоткрытым ртом. По утрам её пухлые губы, такие алые, гладкие, увеличиваются в размерах, и Хосок всегда удивляется - куда еще больше. Желанные. Их хочется облизнуть, посасывая нижнюю, и оттянуть, легонько кусая. Но так Чимин быстро проснется. Помимо любования, Хосок любит и помучить. Простынь осторожно убирается, и совершенная голая под ней Чимин вся в её распоряжении. Песочного цвета кожа покрывается мурашками, когда Хосок, едва касаясь, проводит подушечками пальцев по предплечью. Грудь у Чимин красивая, небольшая, легко помешается в ладонях. Хосок обдает её теплым дыханием, а затем дует тонкой струйкой. Коричневый сосок от контраста набухает и покрывается пупырышками по краям. Сама Чимин никак не реагирует, продолжая сопеть, хоть бы пошевелилась. Но когда Хосок проводит пальцами по её взлетно-посадочной, она дергает ногами, сгибая их в коленях и поворачивая на бок. Щекотно, но всё ещё не просыпается. Раздвинув ей ноги, Хосок садится напротив и, облокотившись, несколько раз проводит языком по промежности. Становится как-то подозрительно тихо. Подняв взгляд, она замечает пару сонных глаз, с интересом наблюдающих за ней. - Ты опять за своё? – с хрипотцой, но на губах довольная улыбка. - Тебе же нравится, когда я тебя так бужу. Держась своими маленькими ладошками за руки Хосок, Чимин поднимается и садится напротив. - Конечно, нравится. И тянется за поцелуем. Тела постоянно сближаются, и к концу поцелуя они сидят уже вплотную. Хосок проводит большим пальцем по влажным ярким губам. Чимин всё это время следит за ней томным взглядом. Глаза у неё большие, карие, светлые такие, на солнце переливаются медовым. А потом берет этот палец в рот, лаская языком. У Хосок звездочки перед глазами, когда ладони ложатся на поясницу и давят навстречу. Движения бедер неторопливые, плавные. С каждым касанием становится всё горячее, слаще. Голые тела прилипают друг к другу, руки скользят по спине, путаются в волосах. Освободив рот, Хосок целует страстно, как и планировала. Чимин бормочет что-то невнятное, но Хосок различает самое важное. Вскоре комнату наполняют сладостные стоны, от которых мурашки по коже, а так же влажные звуки снизу. Оргазм накрывает их одновременно, и они вспотевшие валятся на кровать. Хосок прижимается сильнее и утыкается носом в шею Чимин, вдыхая родной запах, и шепчет «я тебя тоже». С Чимин головокружительно, ярко, пьяняще. Хосок бы хотелось рассказать Юнджи каково это, но одними словами этого не передать. Это надо почувствовать.