Римские каникулы

Наташу все бесит. В пору вспомнить труса Беннера, с его «я всегда зол». Но Наташа старается не вспоминать, мысли о нем тоже бесят. Она оправдывает себя тем, что просто плохо привыкает к переменам. Слишком долго была одиночкой, первое время работа с напарниками давалась ей сложно. Даже Клинт раздражал по началу. Потом Стив и эта его команда... «Мстители». Кому? За что? Насколько уместна месть, если вы тут все, вроде как, на страже добра? Наташе сложно впускать людей в свою жизнь. Сложно быть частью целого. Теперь еще эта девчонка. С ней что-то никто так не носился, когда она решила сменить сторону. «Отработаешь ущерб» и весь тебе восторг от раскаяния Романофф. Ванда - это совсем другое. У Ванды хрупкие запястья, у Ванды тихий голос, у Ванды огромные глаза со вселенными на донышке зрачка. У Ванды трагедия - погиб брат (Наташа недобро усмехается, глядя на персональное кладбище), у Ванды тяжелое детство (Наташа хихикает, вспоминая Красную комнату), у Ванды в голове личный ад (Наташа смеется в голос). Наташа правда не хочет быть злой. Она хочет поддержать девочку, хочет сказать, что понимает ее, что она не одна, но стоит открыть рот - сыплются остроты и гадости. Стив глядит на нее с недоумением, Клинт неодобрительно хмурится. Они злят Романофф еще сильнее. Она опять говорит не то, что думает и уходит из комнаты. Наташа хотела бы обвинить себя в обычной бабской зависти, но вынуждена признать - не все так просто. Роль голоса здравого смысла в команде приучила ее быть критичной к себе. Она никак не поймет, за что так сурова к Ведьме. - Не вини себя. - Сурова, например, за то, что на базе супергероев невежливо подкрадываться! Наташа пытается сделать вид, что слышала, как Максимофф вошла в комнату. Может, она, как ее дружок Вижн сквозь стены просачивается, а не ходит вовсе?! - Иногда люди так на меня реагируют, это не их вина, просто я не контролирую свои силы. Они на всех по-разному влияют... - Ведьма продолжает говорить, так, будто не слышит и не видит реакции собеседника, смотрит через него. Она всегда так делает. - Вот Вижн и твой друг Клинт реагируют иначе. Они думают, что оберегают меня. Они ищут этому логические оправдания. Бартон повторяет про вину перед Пьетро... - тут она впервые запинается, и Наташе правда ее жаль - а Вижн про изучение человечности. Но я думаю, это тоже мои силы. Они на них влияют. Они на всех влияют. Только они поддаются, а ты - нет. - Ванда впервые смотрит на Наташу. Не просто на нее, а В нее. Ей в глаза и, кажется, куда-то внутрь мозга. Как-будто впервые ее заметила. Романофф хочется потрясти головой, что бы снять наваждение, но, кажется, это не поможет. - Мне на разведку в Рим. Хочешь? - Вдова замирает сразу договорив. Она и секунду назад не планировала никого с собой брать. Уж тем более эту чокнутую. - Я никогда не была в Риме... - Ведьма опускает глаза и слегка улыбается, как-будто Вдова ее на свидание пригласила. Что только в голове у этой девчонки?! Ванда чудесно выглядит в белом легком платье с голой спиной и широкополой шляпе. Наташа в этот раз даже не жалуется, когда Чудачка без спроса берет ее пиджак. Снова. А еще Ванда совершенно не умеет не привлекать внимание. Кажется, на них оглядывается каждый проходящий. На второй день Романофф плюет на конспирацию, и меняет неприметные джинсы и футболку на белый льняной брючный костюм. Теперь они обе выглядят, как героини фильмов Уайлера. Они едят мороженное, гуляют по улицам, а Наташа, говорливая против обыкновения, травит байки о шпионском прошлом вперемешку с историческими фактами о вечном городе. Романофф думает, что на базе на нее, наверное, просто давили стены. Она не злится. Она даже почти счастлива. Не смотря на такую очевидную несобранность и непрофессиональное поведение, Тони бы ей такого не спустил, думает Вдова, дело понемногу двигается. Правда, как-то нестандартно. На прием в Марокканское посольство проникать ползком, как должно было быть по первоначальному плану, не придется. Их пригласил крупный импозантный мужчина, с которым они столкнулись вчера в ресторане. Романофф два часа убила на его проверку, но, похоже, ему правда просто приглянулись красивые иностранки. На приеме Наташа дважды мысленно дает себе пощечину. Первый раз, когда видит, как Ванда заходит в зал, в этом ее красном шелковом платье, струящемся вокруг нее, как потоки ее собственной силы. Платье ничего не открывает, ничего не облегает, но каким-то образом ничего не скрывает. Теперь Романофф понимает, почему у Ванды ушло столько времени на его выбор, что им пришлось раздельно приехать на прием. А еще сомневается, так ли она устойчива к чарам Ведьмы. Второй раз, когда уже открывает сейф, и вместо поиска флешки с секретной информацией, отвлекается на красивую безделушку, обдумывая, понравится ли она Ванде. Вдова думает, что стареет, и сосредоточится на деле становится все сложнее. Похоже, пора отходить от дел. Внизу, в зале, никто не заметил отсутствия Романофф, как и проникновения в их сверхзащищенную систему. Зал увлечен Ведьмой, которая меняет партнеров по танцам одного за одним. Наташа ловит ее за руку между раундами и предлагает: - Тут жарко, может, на веранду? Максимофф молча устремляется за ней, не выпуская ее руки. Наташа как раз хочет сказать что-то о прекрасном пейзаже, открывающемся с веранды виллы, что бы намекнуть на то, что дело сделано и им пора уходить. Как Ванда стремительно приближается к ней и целует. Вдова уверена, что слышит, как за ее спиной, в банкетном зале, бьется, упущенное кем-то, стекло, и пару десятков мужских сердец. Но ей совершенно все равно. Ванда целует ее так, что Наташе кажется, она больше никогда не сможет испытывать ничего, кроме этого сумасшедшего восторга. Но тут к звуку бьющегося стекла присоединяется сирена тревоги. Их проникновение обнаружили. - Придется прыгать, Чудачка. - Наташа перегибается через перила. Метров 5, невысоко. - Не боишься? - С тобой - ничего. - Ванда смотрит ей в глаза и улыбается так, что Романофф забывает о погоне, спешке, задании и их общих бедах. Забывает про злость, раздражение, про то, что не умеет быть частью команды, и не хочет быть частью целого. Магия Ведьмы действует на всех. Просто, на каждого по-разному. Они прыгают. И Вдова думает, что не зря прихватила безделушку из сейфа. Будет Ведьме сувенир на память из Рима.