Рука помощи

Руки Пенни опасны для него самого. Это какая-то карма, что само по себе расистская шутка. Его дар опасен для него, то сводит с ума голосами, то забрасывает куда угодно без системы и логики. Его девушка опасна для него, и потому бросила его. Его мечты опасны для него, один раз в жизни пошел за ними и потерял конечности. А теперь уже его руки опасны для него. Психоаналитик, которых Пенни на своем веку повидал немало, сказал бы, что это суицидальные наклонности. Пенни, может, ворчун и язва, он вечно всем недоволен, но жить он хочет. В этом он уверен. Ритуал от профессора Сандерленд помогает. Цепочки не позволяют его рукам придушить его, или разбить ему голову об столб, неконтролируемыми перемещениями. Только вот к вечеру третьего дня чары на них слабнут, и их надо обновлять. Как бы заманчиво это не было, Пенни не может сидеть в кабинете Сандерленд безвылазно. Ему не хочется показаться Перл навязчивым, особенно после того, как она его отшила. Это было даже не обидно, но внесло некоторую натянутость в их отношения. Тут Адиёди смеется, какие уж тут отношения, легкий флирт. С отношениями у него не ладится. Как и со всем остальным. Эта ситуация приводит Пенни к неприятнейшей необходимости - просить об услуге. Уильям терпеть не может быть обязанным, или просить о чем-то, или извиняться. Это просто не его. Но выбора нет. Он уже думал о том, что бы нанять проститутку, которая бы растирала ему руки волшебным маслом по вечерам, но не уверен, что ему удастся найти среди ночных бабочек хотя бы слабенькую ведьму. Конечно, если бы его не бросила его девушка, ему было бы кому помочь. Мысль о Кэди отдается в сердце. Вместе с ней все это могло бы быть даже забавным. Но она смоталась, предпочтя ему уличную самоучку Джулию. Так что Пенни придется выбрать из его недо-друзей кому быть должным. Он отметает Элиота, с побочными действиями этого масла, ситуация может оказаться двузначной. Он уверен, что высокомерный гад не сделает ничего такого, но потешаться будет еще долго. Приблизительно по той же причины он отметает и Марго. Ее помощь была бы дважды приятна, но расплата может показаться ему слишком высокой, он в этом уверен. Если бы здесь была Элис, он бы, конечно, выбрал ее. Но Элис больше нет, и у него снова сжимается сердце. Пенни совершенно противопоказано думать о своей жизни, так недалеко до аритмии. Остается Квентин. Задрот, конечно, бесит, но, как ни крути, самый безопасный вариант. Все эти «пожалуйста», «мне нужна помощь» и описание ритуала Пенни чуть не выплюнул, думал, увязнут в зубах. Но, в тоже время, то, как легко согласился Квентин, каким очевидным и необременительным для него это оказалось, делало все немного более сносным. Кью, видимо, тоже просто надо было чем-то себя занять. Как-то отвлечься, от жизни, которая просто затеялась возить их лицами по асфальту. Пенни еще раз повторяет ему все детали ритуала, что бы тот, по рассеянности, не привязал его руки к стулу навечно. Кью кивает и берется за дело с излишней сосредоточенностью. Первое прикосновение рук с волшебной мазью к открытой коже, как шок. Полностью сносит крышу, будто его касаются в совершенно других местах. Пенни крепче сцепляет зубы, что бы не стонать в голос, так это хорошо. Квентин делает это совершенно иначе, чем Перл. Его руки жестче, хватка совсем другая, он по-настоящему разминает мышцы, касается уверенно, и сама его магия другая, он как-будто пахнет мускусом, мхом и влажным лесом. Адиёди думает, что всегда слегка недооценивал Колдуотера. Ну чего ждать от этого вечно несчастного мальчика, с его сальными волосами, и верой в сказки. А вот сначала этот мальчишка отхватил красавицу и умницу Элис, потом затащил в кровать двух признанных секс-символов Брейкбеллис, потом стал королем Филлори, и теперь вот Пенни на себе чувствует, что его магия совсем не такая жидкая и неуверенная, как он сам себе представлял. Уильяма всего лихорадит, он чувствует, как поднимается температура, и вместе с ней что-то другое неуместно поднимается в его штанах. - Этого не было в ритуале, - сдавленно произносит он сквозь зубы. - Я решил добавить кое-что от себя, думаю, так эффект продлится дольше, - Квентин кажется, в свойственной ему манере, не замечает всей двусмысленности поведения Пенни. Адиёди ерзает, пытается сменить позу, что бы стояк не был таким очевидным. Он так сосредотачивается на этом, что крепкая хватка Кью, на его сведенных плечах, застает его совершенно внезапно. Он не успевает сдержать стон. Стон звучит полной капитуляцией. Руки Кью чуть замедляются. Он, как на пробу, повторяет движение, и Пенни понимает, что плотину прорвало, у него совершенно нет сил сдерживаться. Через марево совершенного удовольствия (какой же кайф, не сдерживаться!), он понимает, что Кью дочитал заклинание, но почему-то не прекращает его касаться. Он хочет спросить почему, но слишком сложно собрать мысли вместе, что бы заставить речевой аппарат издавать связные звуки. Кью обходит его кругом, что бы оказаться перед его лицом, продолжая касаться его плеч одними пальцами (какие же у него длинные и сильные пальцы! и как стыдно потом будет Пенни за этот восторг, он почти счастлив, что не может сейчас говорить). У Колдуотера горят уши, он делает это свое смешное движение, что бы закрыть лицо волосами. - Я могу прекратить сейчас... - его голос звучит неуверенно, но Пенни почти захлестывает паника. Прекратить? Как? Ведь ему так хорошо! За долгое время впервые так хорошо! Ни мыслей, ни чувств, только хорошо... - но я мог бы продолжить. - Квентин заканчивает так, будто на что-то решился. Пенни очень хочет ответить. Он силится спросить, что это значит, и согласиться, и отказаться, сказать хоть что-то, но получается что только несвязно мычит и машет головой. Кью кажется растерянным, видимо, реакция Адиёди выглядит совсем уж запутанной. Пенни собирает всю, оставшуюся у него, волю в кулак и произносит почти не запинаясь: - Мы могли бы продолжить... если ты хочешь. Кью слегка смущенно улыбается, и плечом отбрасывает прядку у себя с лица, одной рукой он зачерпывает на пальцы волшебную мазь, и второй рукой расстегивает ширинку Пенни. Руки Адиёди все еще связаны за спиной, и он почти уверен, что у использования волшебной мази просто для удовольствия будут последствия, но по мере того, как голова Колдуотера приближается к его паху, все связные мысли окончательно покидают его голову....