Орден Феникса меняет историю

Сириус осторожно вышел из гостиной и стал спускаться вниз. Он не понимал, кто мог войти в его дом? К тому же, защита не была снята и раскрыта, и чары Дамбдора в порядке. Родственник? Невозможно. Он, кроме Андромеды, ни с кем не общается, а она сейчас здесь. Сумасшедшая Беллатриса сюда не сунется, остаётся только… Вспыхнул свет от волшебный палочки.       — Цисси?!       — Сириус?! В коридоре стояла высокая статная женщина с волшебной палочкой в руке, а рядом с ней стоял бледный блондинистый юноша.       — Что ты здесь делаешь? — Сириус был мягко говоря удивлён.       — Приходила к Вальбурге, а теперь, пожалуй пойду, — она повернулась к двери и взялась за ручку. Дверь не открывалась.       — Что за шутки? — спросила миссис Малфой. — Выпусти меня!       — Э-э-э… — замялся Блэк, — видишь ли… Вы не сможете сейчас отсюда уйти.       — Что? Блэк это не смешно! Выпусти меня!       — Ты можешь попробовать все отпирающие чары, они не сработают. Раз уж вы сюда пришли, вы останетесь здесь. К тому же, я думаю вам тоже будет полезно кое-что узнать, — серьёзно сказал Сириус.       — Я не понимаю. Что тут происходит?       — Пойдём. Сами увидите. Нарцисса поманила Драко и они пошли следом за Сириусом в гостиную, где все уже были готовы читать дальше. Перед дверью Сириус на мгновение замер и судорожно вздохнув вошёл в комнату.       — У меня не очень хорошие вести.       — К нам едет ревизор? — спросил Джеймс, вспомнив фразу которую часто говорила Лили.       — Нет. Уже приехал, правда не совсем ревизор. В прямом смысле этого слова. Все замолчали и удивлённо посмотрели на Сириуса.       — Сириус, мальчик мой, сейчас подобные шутки крайне не уместны, — сказал Дамблдор. Сириус фыркнул и отошёл от двери пропуская вперед Нарциссу и Драко.       Прибывшие с удивлением смотрели на собравшихся в комнате людей. Когда Нарцисса заметила чету Поттеров её брови совсем не по аристократически взлетели вверх, а рот образовал букву «о». Северус тут же наколдовал стакан воды и подал его миссис Малфой.       — Что здесь происходит? — спросила она, осушив стакан.       — Мы читаем книги, — ответил Снейп. И чуть подумав дополнил. — О Поттере.       — О шрамоголовом ещё и книг написали? — фыркнул Драко.       — Вы говорите о моем сыне, молодой человек, — произнёс Джеймс с крайне пугающими нотками в голосе.       — Простите, сэр, — потупился Драко. Нарцисса, тем временем, читала письмо с того света. Закончив, она вздохнула и уселась в кресло.       — Ну, значит и нам ничего не остается, кроме как читать. Драко, садись.

***

Как только все разместились поудобнее, читать вызвалась Гермиона. Глава 6. Путешествие с платформы номер девять и три четверти       — Это там, где мы познакомились, — радостно сказал Рон.       — Многие знакомятся на этой платформе, — улыбнулись Сириус и Джеймс.       — И вы? — спросил Гарри.       — Мы на ней подрались. А потом познакомились, — рассмеялись Мародёры.       — Подрались?       — Ага. Но уже не помню причину, — задумался Сириус. Тот август, что Гарри прожил у Дурслей перед тем, как уехать в Хогвартс, нельзя было назвать особенно веселым.       — Да они и слова такого не знают — «весело», — фыркнули близнецы. Нет, конечно же после знакомства Дурслей с Хагридом их поведение изменилось. Дадли теперь так боялся Гарри, что опасался находиться с ним в одной комнате. А тетя Петунья и дядя Вернон больше не осмеливались запирать Гарри в чулане, принуждать его к чему-нибудь или кричать на него.       — Мистер Поттер, вас запирали в чулане? — удивилась Нарцисса.       — До одиннадцати лет я жил в чулане, мэм, — отозвался Гарри. Драко как-то странно посмотрел на него, но промолчал. Если честно, они вообще с ним не разговаривали. Они были ужасно напуганы и одновременно злы на Гарри и вели себя так, словно его не замечали. Конечно, это было значительно лучше, чем раньше, но Гарри радовался таким переменам только поначалу, а потом стал тосковать.       — Общение нужно каждому. — сказала Молли. Гарри почти не выходил из своей комнаты, тем более что теперь ему было с кем поговорить — у него была сова. Гарри решил назвать её Букля, это имя он нашел в «Истории магии». Этот учебник, как и все другие, оказался жутко интересным.       — Ты читал учебники?! — Рон уставился на Гарри, а потом на Гермиону. Гермиона рассмеялась.       — Опережая тебя скажу. Я не могла его покусать, так как тогда мы ещё не были знакомы. Целыми днями Гарри лежал на кровати и читал до поздней ночи,…       — Это в тебе от Лили, — взъерошил волосы сына Джеймс. …а Букля развлекалась, время от времени вылетая на охоту. К счастью, тетя Петунья перестала заходить к нему в комнату — ей бы не понравилось, что Букля приносит с охоты дохлых мышей.       — Это ещё мягко сказано. — заметила Лили. — Тунья ужасно любит порядок. Каждую ночь перед тем, как лечь спать, Гарри рисовал еще одну палочку на специальном листке, который он приклеил к стене. Так было легче считать, сколько дней осталось до первого сентября.       — И я так же делал. — вздохнул Сириус. В последний день августа Гарри подумал, что ему следует поговорить с тетей и дядей по поводу того, что завтра ему надо быть в Лондоне на вокзале, и он спустился в гостиную, где Дурсли смотрели телевикторину. Гарри прокашлялся, чтобы они обратили на него внимание. Заметивший его Дадли тут же с криком выбежал из комнаты       — Великий и ужасный Гарри. — рассмеялись близнецы. — Э-э-э… Дядя Вернон, — робко произнес Гарри. Дядя Вернон промычал что-то, показывая, что он слушает. — Э-э-э… Завтра мне надо быть на вокзале «Кингс Кросс», чтобы… чтобы ехать в Хогвартс. Дядя Вернон снова промычал — по-видимому, это означало, что Гарри может говорить дальше. — Вы не могли бы меня отвезти? В ответ раздалось мычание — Гарри предположил, что это знак согласия. — Спасибо, — поблагодарил Гарри       — Гарри! Ты еще и язык троллей знаешь?       — Не, я же не Крауч. — ответил Гарри намекая на то как Перси говорил, что его начальник знает язык троллей. и уже выходил из гостиной, когда дядя Вернон подал голос. — Путешествие на поезде — странный способ добираться до школы волшебников. А что, все волшебные ковры-самолеты съедены молью?       — В Британии они запрещены, так как являются магловским изобретением с чарами летучести. — отозвалась Амелия Боунс. Гарри предпочел промолчать. — А где, кстати, находится эта школа? — Не знаю, — честно ответил Гарри, впервые задумавшись над тем, что и вправду не знает адреса Хогвартса.       — В Шотландии, — с любовью в голосе произнесла Минерва. Она как и многие другие, очень любила свою родину. Он вытащил из кармана билет, который купил ему Хагрид. — Мне просто надо сесть на поезд, который отходит в одиннадцать часов утра от платформы номер девять и три четверти, — произнес он, оторвав глаза от билета. Тетя и дядя посмотрели на него как на ненормального. — Какой платформы? — Девять и три четверти. — Не говори ерунды, — резко оборвал его дядя Вернон. — Платформы с таким номером нет и быть не может. — Но так написано на моем билете, — возразил Гарри.  — Психи, — покачал головой дядя Вернон. — Самые настоящие психи. Все они       — Сами вы психи. Дурацкие маглы. — фыркнул Драко.       — Драко! Манеры. — укоризненно сказала Нарцисса. Подожди, сам это увидишь. А насчет вокзала — ладно, мы тебя отвезем. Тебе просто повезло, что нам всё равно надо в Лондон, иначе бы тебе пришлось добираться туда самому. — А зачем вам в Лондон? — поинтересовался Гарри, хотя ему было всё равно, зачем Дурсли едут в город. Он просто хотел, чтобы разговор закончился мирно. — Отвезем Дадли в больницу, — прорычал дядя Вернон. — Ему придется удалить этот проклятый хвост, прежде чем он отправится в школу.       — Как они его удалили? — спросила Джинни.       — Сделали операцию и отрезали.

***

На следующее утро Гарри проснулся в пять часов и уже не смог заснуть, он был слишком взволнован. Многие заулыбались вспомнив себя в первый день отправления в школу волшебников. Он встал и влез в джинсы — наверное, не стоило ехать на вокзал в мантии волшебника, проще было переодеться в поезде. Он тщательно изучил присланный ему список необходимых книг и вещей, чтобы убедиться, что ничего не забыл, запер Буклю в клетку и начал ходить взад-вперед по комнате, дожидаясь, пока проснутся Дурсли. Два часа спустя дядя Вернон запихнул огромный чемодан Гарри в багажник своей машины, тетя Петунья с трудом уговорила Дадли сесть на заднее сиденье рядом с Гарри, и они поехали. На вокзале «Кингс Кросс» они были ровно в десять тридцать. Дядя Вернон перетащил чемодан Гарри на тележку и сам отвез её на перрон.       — С чего это он такой добрый — удивился Джим и посмотрел на Римуса.       — Не знаю. — пожал плечами тот. Гарри шел следом, думая о том, что дядя Вернон необычно добр к нему. Но всё стало ясно, когда дядя Вернон наконец остановился и огляделся по сторонам, издевательски усмехаясь. — Ну что ж, мальчик, вот ты и на месте. Вот платформа девять, а вот платформа десять. Твоя платформа, по идее, должна быть где-то посередине. Но, судя по всему, её еще не успели построить. Разумеется, он был абсолютно прав. Над одной платформой висела большая пластиковая табличка с цифрой девять, а над другой — такая же табличка с цифрой десять. Посередине ничего не было. — Ну что ж, счастливой учебы. — Улыбка на лице дяди Вернона стала еще злораднее. Дядя повернулся и ушел, не говоря ни слова. Гарри обернулся и увидел, как машина Дурслей отъезжает от вокзала, а дядя Вернон, тетя Петунья и Дадли смотрят на него и смеются.       — Но Тунья же знает где платформа! — воскликнула Лили. — Она была там, когда я уезжала в Хогвартс! — миссис Поттер всё никак не могла поверить в то, что её родная сестра может быть так жестока к её сыну.       — Она не только про платформу знала. — вздохнул Гарри, но говорить ничего не стал, объяснив всё тем, что в пятой книге всё узнают. У Гарри пересохло во рту. Он совершенно не представлял, что делать. Его волнение усиливалось с каждой минутой, потому что стоявшие на платформе люди начали бросать на него странные взгляды — наверное, всё дело было в Букле. Всё, что Гарри мог придумать — это спросить у кого-то, где находится нужная ему платформа. Но у кого?       — Можно было бы и табличку какую ни будь придумать, видную только магам, — предложила Гермиона, — или поставить дежурного колдуна.       — Обычно, всем говорят как попасть на платформу, — развела руками Амелия.       — Вот вам и исключение, — указал на себя Гарри.       — Гарри ещё повезло, что Молли была там и смогла ему помочь, — сказал Артур.       — А так, он мог вообще не попасть на платформу, — подытожила мысль Гермиона.       — Вы правы, — кивнула Амелия. — Мы вынесем этот вопрос на обсуждение в Министерстве, — согласилась мадам Боунс. Гарри помахал рукой проходившему мимо полицейскому, дежурившему на вокзале, но когда тот остановился, так и не решился упомянуть платформу номер девять и три четверти, опасаясь, что полицейский примет его за сумасшедшего. Выяснилось, что полицейский никогда не слышал о школе Хогвартс, а Гарри даже не мог объяснить ему, в какой части страны находится школа, потому что сам этого не знал. В конце концов полицейский начал раздражаться. Наверное, ему показалось, что Гарри просто дурачится. Уже отчаявшись, Гарри спросил, какой поезд уходит в одиннадцать часов, и услышал в ответ, что такого поезда не существует. Полицейский ушел, бормоча что-то про бездельников, отнимающих у людей время, а Гарри прикладывал все силы к тому, чтобы не запаниковать. Если верить большим вокзальным часам, у него оставалось десять минут на то, чтобы сесть на поезд и отправиться в Хогвартс, а он не представлял, как ему это сделать. Он стоял посреди платформы с огромным чемоданом, который с трудом мог оторвать от земли, с карманами, полными волшебных денег, и с клеткой, где сидела большая сова. Наверное, Хагрид забыл сказать ему, что надо будет сделать, когда он окажется на вокзале, — что-нибудь вроде того, что Хагрид проделал, чтобы попасть в Косой переулок, постучав по третьему кирпичу слева. Гарри уже подумывал о том, чтобы вытащить из чемодана волшебную палочку и начать постукивать ею по билетной кассе между платформами девять и десять.       — Я ещё поговорю с Хагридом. У него не память, а решето, — Фыркнула Минерва. В этот момент мимо него прошла группа людей, и до Гарри донеслись обрывки разговора. — Я так и думала, что тут будет целая толпа маглов…       — Так незаме-е-е-е-етно. — протянул Малфой.       — Заткнись! — прорычал Рон. Гарри резко повернулся. Эти слова произнесла пухлая женщина, разговаривавшая с четырьмя огненно-рыжими мальчиками. Каждый вез на тележке чемодан тех же размеров, что и у Гарри, и у них была сова. Гарри почувствовал, как сильно забилось его сердце, и изо всех сил толкнул вперед свою тележку, стараясь не упустить их из виду. К счастью, они вскоре остановились, и он тоже остановился, оказавшись достаточно близко для того, чтобы услышать, о чем они говорят. — Так, какой у вас номер платформы? — поинтересовалась женщина.       — Зачем ты это спрашивала? Платформа у нас не меняется. — удивилась Лили.       — Просто, когда близнецы первый раз ехали в школу, они не смотрели на номера платформ и врезались не в тот барьер, тем самым привлекли внимание маглов. Поэтому я каждый раз спрашиваю.       — Но мы уже знаем, где она, — запротестовали Фред и Джордж под дружный смех остальных.       — Это не столь важно, мальчики, — сказал сыновьям Артур. — Один раз, я, курсом перед шестым, считал себя очень самостоятельным и, в результате, второпях, перепутал место. И попал на платформу не девять и три четверти, а на семь и одну вторую.       — Поспешишь, людей насмешишь, — подытожила общую мысль Гермиона и продолжила читать игнорируя, что близнецы уже хотели задать отцу вопросы о другой платформе. — Девять и три четверти, — пропищала маленькая рыжеволосая девочка, дергая мать за руку. — Мам, а можно, я тоже поеду… — Ты еще слишком мала, Джинни, так что успокойся. Ну что, Перси, ты иди первым.       — Предатель, — дружно сказали все дети Уизли. Перси, который пришёл с Фаджем и сидел сейчас рядом с ним, покраснел как рак. Один из мальчиков, на вид самый старший, пошел в сторону платформ девять и десять. Гарри внимательно следил за ним, стараясь не моргать, чтобы ничего не пропустить. Но тут рыжеволосого мальчика загородили от него туристы, а когда они наконец прошли, Перси уже исчез. — Фред, ты следующий, — скомандовала пухлая женщина. — Я не Фред, я Джордж, — ответил мальчик, к которому она обращалась. — Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью? Разве ты не видишь, что я — Джордж?       — Старый добрый розыгрыш.       — Никогда не устареет. — согласился с братом Фред.       — Ничего себе шуточки. — покачала головой Андромеда. — Джордж, дорогой, прости меня, — виновато произнесла женщина. — Я пошутил, на самом деле я Фред, — сказал мальчик и двинулся вперед. Его брат-близнец крикнул ему вслед, чтобы он поторапливался. И через мгновение Фред исчез из виду, а Гарри никак не мог понять, как ему это удалось?       — Магия. — улыбнулась Тонкс. Теперь пришла очередь третьего брата. Он тоже пошел вперед и исчез так же внезапно, как и первые двое. Ситуация снова оказалась безвыходной. Гарри собрался с силами и подошел к пухлой женщине. — Извините меня, — робко произнес он. — Привет, дорогуша. — Женщина улыбнулась ему. — Первый раз едешь в Хогвартс? Рон, мой младший, тоже новичок. Она показала на последнего из четырех мальчиков. Он был длинный, тощий и нескладный, с большими руками и ступнями, а лицо его было усыпано веснушками.       — Ну спасибо за описание друг. — нахмурился Рон.       — Напоминаю, что не смотря на то, что книги показаны с моей точки зрения, но всё-таки… Не я писал эти книги!       — Я вообще удивлён, что ты умеешь писать, — фыркнул Драко.       — Заткнись, Малфой! — одновременно сказали ему Гарри, Рон и Гермиона. — Да, — подтвердил Гарри. — Но дело в том… дело в том, что я не знаю, как… — …как попасть на платформу, — понимающе закончила за него пухлая женщина, и Гарри кивнул. — Не беспокойся. — Женщина весело подмигнула ему. — Всё, что тебе надо сделать, — это пойти прямо через разделительный барьер между платформами девять и десять. Самое главное — тебе нельзя останавливаться и нельзя бояться, что ты врежешься в барьер. Если ты нервничаешь, лучше идти быстрым шагом или бежать. Знаешь, тебе лучше пойти прямо сейчас, перед Роном. — Э-э-э… ладно, — согласился Гарри, хотя на душе у него скребли кошки.       — Какая-то незнакомая женщина говорит тебе, что надо пройти прямо через стену и ты такой, ну ладно чё. И кто ты после этого? — спросила Гермиона.       — Гриффиндорец!       — Гриффиндурок. — фыркнул Малфой.       — Слизебил, — не остался в долгу Поттер. Он толкнул вперед свою тележку и посмотрел на барьер. Барьер показался ему очень и очень прочным.       — Он на самом деле такой, — сказали Гарри и Рон вспомнив случай с барьером на втором курсе. Гарри двинулся по направлению к барьеру. Двигаться быстро было нелегко — его постоянно толкали снующие мимо люди, к тому же тележка была очень тяжелой. Но страх не попасть в Хогвартс оказался сильнее, и Гарри ускорил шаг. Он был уверен, что сейчас врежется прямо в билетную кассу и на этом всё закончится, но, вспомнив слова пухлой женщины, налег на поручень тележки и тяжело побежал. Барьер всё приближался, и Гарри понимал, что остановиться уже не сможет, потому что ему не удастся удержать разогнавшуюся тележку. Оставалось каких-то два шага. Гарри прикрыл глаза, готовясь к удару       — Давай Сохатик, ты сможешь! — воскликнул Сириус. Удара не произошло, и он, не замедляя бега, открыл глаза. Гарри находился на забитой людьми платформе, у которой стоял паровоз алого цвета. Надпись на табло гласила: «Хогвартс-экспресс. 11.00». Гарри оглянулся назад и увидел, что билетная касса исчезла, а на её месте находится арка с коваными железными воротами и табличкой: «Платформа номер девять и три четверти». Значит, он смог, значит, у него всё получилось.       — Конечно у тебя получилось, ты же волшебник, мой хороший, — ласково проговорила Лили и погладила сына по голове. Над головами собравшихся на платформе людей плыли извергаемые паровозом клубы дыма, а под ногами шмыгали разноцветные кошки. До Гарри доносились голоса, скрип тяжелых чемоданов и недовольное уханье переговаривавшихся друг с другом сов. Первые несколько вагонов уже были битком набиты школьниками. Они высовывались из окон, чтобы поговорить напоследок с родителями, или сражались за свободные места. Гарри двинулся дальше, заглядывая в окна вагонов в поисках местечка. — Бабушка, я снова потерял жабу, — растерянно говорил круглолицый мальчик, мимо которого проходил Гарри. — О, Невилл, — тяжело вздохнула пожилая женщина.       — Только Невилл, — хором сказали присутствующие гриффиндорцы. Через несколько метров дорогу Гарри преградила толпа, сгрудившаяся вокруг кудрявого мальчика. — Ну покажи, Ли, — громко просили несколько голосов. — Ну давай, чего ты… Кудрявый приподнял крышку коробки, которую держал в руках, и все стоявшие вокруг него отпрянули с криками ужаса. Гарри успел заметить, что из коробки высунулась длинная волосатая лапа.       — О Мерлин! Надеюсь его уже нет в замке? — ужаснулась Макгонагалл.       — Э-э-э… По-моему, Ли потерял его где то в подземельях, — протянул Джордж.       — В подземельях!?       — Страшно, Малфой? — злорадно поинтересовался Рон.       — Замолчи Уизли. Я ничего не боюсь.       — Ну-ну… Гарри продолжал протискиваться сквозь толпу и наконец нашел пустое купе в вагоне, находившемся почти в самом хвосте состава. Сначала он занес в вагон клетку с Буклей, а потом попытался загрузить туда свой чемодан. Однако ему никак не удавалось поднять его на нужную высоту, и дважды чемодан падал и больно бил его по ноге. — Помощь нужна? — обратился к нему рыжеволосый мальчик. Это был один из тех близнецов, чья мать подсказала Гарри, что нужно делать. — О, спасибо. — Гарри тяжело перевел дыхание. — Эй, Фред! Иди сюда и помоги мне! Близнецы затащили чемодан в купе и поставили его в угол. — Спасибо, — улыбаясь, произнес Гарри, отбрасывая назад мокрые от пота волосы.       — Лучше бы не делал так. Бесит этот шрам. — Что это у тебя? — внезапно спросил один из близнецов, заинтересовавшись шрамом на лбу Гарри. — Будь я проклят! — выдохнул второй. — А ты, случайно, не… — Это он, — уверенно заявил первый близнец. — Это ведь ты? — Кто — я? — не понял Гарри. — Гарри Поттер — это ты? — хором спросили близнецы. — А, вот вы про что, — уклончиво произнес Гарри, немного стесняясь. — Ну, в смысле, да, это я. Близнецы смотрели на него, выпучив глаза и раскрыв рты. Гарри покраснел. Но тут, к его облегчению, откуда-то донесся женский голос.       — Спасён женским голосом, — улыбнулась Джинни. — Фред? Джордж? Вы здесь? — Мы идем, мам. И, с трудом оторвав взгляд от Гарри, близнецы вылезли из вагона. Гарри сел к окну и, надеясь, что его не видно с улицы, наблюдал за рыжеволосым семейством       — А подглядывать не хорошо, — поцокал языком Драко.       — Это ты мне говоришь? — удивился Гарри. — Сам то, сколько раз за нами подглядывал?! Пухлая женщина внезапно вытащила из кармана носовой платок. — Рон, у тебя что-то на носу. Самый младший из мальчиков попытался увернуться, но она схватила его и начала тереть платком кончик его носа. — Мам, отстань! — запротестовал мальчик, но высвободиться ему удалось, только когда мать сама его отпустила. — Ой-ой-ой, у маленького Ронни грязненький носик, — насмешливо пропел один из близнецов.       — Что вы прицепились к моему носу? — Заткнись, — бросил в ответ Рон. — А где Перси? — спросила мать. — Вон он идет. Старший мальчик, о котором шла речь, подошел к остальным. Он уже переоделся, и на нем была черная школьная форма, а на его груди Гарри заметил блестящий серебряный значок с буквой «С». — Я всего на секунду, мам, — произнес он. — Я там, в самом начале поезда, — там выделили вагон для старост… — Так ты теперь староста, Перси? — жутко удивился один из близнецов. — А что же ты не сказал, мы ведь и не знали. — Перестань, он, кажется, что-то нам говорил, — встрял в разговор второй близнец. — Как-то раз… — Или два, — подхватил первый. — Или три, — продолжил второй. — Или всё лето…       — Хей! Мне нравятся эти парни!       — И мне!       — А как вы им будете нравится, когда они узнают кто вы, — улыбнулся отцу и крёстному Гарри. — Да заткнитесь вы. — Перси махнул рукой. — А почему это, собственно, у Перси новая форма, а у нас старая? — спохватился один из близнецов. — Потому что он теперь староста. — По голосу матери чувствовалось, что она гордится сыном       — Было бы чем, — фыркнул Рон. — Променял семью на высокую должность.       — Рон, хватит! Гермиона, продолжай, — сказал Артур. — Ну, иди, дорогой, желаю тебе хорошей учебы, и пришли мне сову когда доберетесь до места. Она поцеловала Перси в щеку, и он ушел. А женщина повернулась к близнецам. — Так, теперь вы двое. В этом году вы должны вести себя хорошо. Если я еще раз получу сову с известием о том, что вы что-то натворили — взорвали туалет или…       — Нет! — воскликнул Римус. — Молли, слышишь меня? Никогда не давай шутникам идеи для розыгрышей! Даже намёков не делай.       — Уж Рим то как никто усвоил этот урок, — рассмеялись Сириус и Джеймс. — Взорвали туалет? — изумился один. — Мы никогда не взрывали туалетов. — А может, попробуем? — хмыкнул второй. — Отличная идея, спасибо, мам.       — Вот об этом я и говорил, — обречённо вздохнул Римус.       — Ты слишком правильный, Луни. Так нельзя, — заметил Сириус.       — Да, ладно? Я много раз вас покрывал, а сейчас просто дал совет. — Это не смешно, — отрезала мать. — И приглядывайте за Роном. — Не бойся, мы не дадим крошечку Ронни в обиду… — Заткнитесь вы, — снова пробурчал Рон. Хотя он и был младше близнецов, но роста все трое были примерно одинакового. Кончик носа у Рона заметно покраснел — видимо, мать, вытирая его платком, немного перестаралась. Молли густо покраснела, а Артур заботливо обнял её. — Да, мам, ты себе и представить не можешь, — начал один из близнецов. — Угадай, кого мы только что встретили в поезде? Гарри быстро откинулся назад, чтобы его не заметили. — Помнишь черноволосого мальчишку, который стоял рядом с нами на вокзале? — спросил женщину второй. — Знаешь, кто он? — Кто же? — Гарри Поттер! До Гарри долетел тонкий голос девочки. — Ой, мам, можно, я залезу в вагон и посмотрю на него? Мам, ну, пожалуйста…       — Мерлин! — Джинни покраснела и спряталась за спину Фреда.       — По моему это мило, — проговорил Гарри, но тут же сам покраснел и спрятался за Джеймса. — Ты его уже видела, Джинни. И вообще не надо пялиться на бедного мальчика, как на животное в зоопарке. Так это действительно он, Фред? Откуда ты это знаешь? — Я его спросил, — пояснил Фред. — Увидел его шрам и спросил. А шрам на самом деле такой, как говорят, — похож на молнию.       — Дурацкий шрам, — прорычал Гарри прикрывая шрам чёлкой.       — Тебя и без шрама легко узнать, — улыбнулись близнецы.       — По очкам…       — По вечно лохматым волосам!       — Вы точно не Джеймса описали? — спросил Сириус и тут же получил подушкой в лицо. Гарри и Джеймс рассмеялись смотря на красного, как помидор, Блэка. — О, бедняжка, неудивительно, что он был один! — воскликнула женщина.—Я все еще думала: почему его никто не провожает? Он такой вежливый, такой воспитанный.       — Вежливый Поттер? Воспитанный? — Драко фыркнул, но заметив грозный взгляд матери замолчал. — Да ладно, не в этом дело, — перебил ее один из близнецов. — Как ты думаешь, он помнит, как выглядит Ты-Знаешь-Кто?       — Не очень тактично спрашивать его об этом, — упрекнула братьев Андромеда.       — Мы не спрашивали, — отозвались близнецы. Мать внезапно посуровела. — Я запрещаю тебе спрашивать его об этом, Фред. Даже и не думай. Неужели ему нужно напоминать об этом именно сегодня? — Да ладно, ладно, не буду. Прозвучал громкий свисток — Давайте, поживее! — произнесла женщина, и трое рыжеволосых мальчишек влезли в вагон и, оставшись в тамбуре, посылали сестре и матери воздушные поцелуи. Девочка неожиданно расплакалась. — Перестань, Джинни, мы завалим тебя совами, — утешил ее один из близнецов. — Мы пришлем тебе унитаз из школьного туалета, — пообещал второй.       — Вы так и не прислали, — состроила недовольное лицо младшая Уизли.       — Исправим! У нас ещё полгода, дабы решить эту досадную оплошность. Джинни шутливо погрозила братьям и произнесла:       — Ловлю на слове! Читай, Гермиона. — Джордж! — возмущенно воскликнула женщина. — Да я шучу, мам. Поезд двинулся с места. Гарри увидел, как женщина машет сыновьям рукой, а маленькая девочка, то ли смеясь, то ли плача, бежит за вагоном. Но вскоре она отстала, потому что поезд набирал скорость. Поезд чуть вильнул вправо, и платформа пропала из вида. За окном замелькали дома. Гарри ощутил прилив возбуждения. Он еще не знал, что ждет его там, куда он едет, но он был уверен: это будет лучше, чем-то, что он оставлял позади.       — Так и есть. Хогвартс мой дом. Лили выразительно посмотрела на директора.       — Ну? Теперь вы поняли, что ваша защита гроша не стоит?       — Лили, я признаю, что допустил ошибку передав твоего сына твоей сестре, но тогда, я считал это наилучшим решением, — директор жестом остановил готовую взорваться ведьму. — Я не снимаю с себя вины за то, что понадеялся, что Петунья будет заботиться о нём должным образом и из-за этого ни разу не проведал его. Но, он был в абсолютной безопасности от любого, кто пожелал бы ему зла. Да и к тому же, тогда и альтернатив то толком не было. Сейчас же, я полностью согласен, что Гарри будет лучше и безопаснее жить с Сириусом.       — В каком смысле, не было альтернатив? — с недоумением спросил Джеймс. — А где он тогда был?       — Узнаешь из третьей книги, — поспешил сказать Гарри и сделал знак Гермионе, чтобы она продолжала читать Дверь в купе приоткрылась и внутрь заглянул один из рыжих мальчиков. — Здесь свободно? — спросил он Гарри, указывая на сиденье напротив. — В других вообще сесть некуда.       — Врешь и не краснеешь, Уизли. В поезде всегда есть свободные места. Особенно, в наше время. В школе сейчас недобор, — произнёс Драко. Рон заметно покраснел и Гарри ткнув его в бок сказал.       — Я рад, что ты сел ко мне.       — Спасибо, — искренне произнёс Уизли.       — А за недобор нужно сказать спасибо Волдику, — ехидно посмотрел на Нарциссу и Драко Сириус. Гарри кивнул, и рыжий быстро уселся. Он украдкой покосился на Гарри, но тут же перевел взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном. Гарри заметил на носу у мальчика черное пятно, которое матери так и не удалось стереть.       — Опять этот нос! — воскликнул Рон под дружный смех остальных.       — Нос как нос. Очень даже неплох, — чуть слышно проговорила Грейнджер и поспешила продолжить чтение. — Эй, Рон! — окликнули его заглянувшие в купе близнецы. — Мы пойдем. Там Ли Джордан едет в двух вагонах от нас, он с собой гигантского тарантула везет.       — Тарантула?! — ахнула Минерва. — И он потерял его в подземелье?       — Будем надеется, что он сбежал в лес к Арагогу, — прошептал друзьям Рон.       — Думаю, раз за пять лет его до сих пор не нашли, то это один из наиболее вероятных вариантов, — подметила Гермиона и продолжила. — Ну идите, — промямлил Рон. — Гарри, мы так тебе и не представились. — Близнецы улыбались. — Фред и Джордж Уизли. А это наш брат Рон. Еще увидимся. —До встречи, — почти одновременно произнесли Рон и Гарри. И близнецы ушли. — Ты действительно Гарри Поттер? — выпалил вдруг Рон, и сразу стало понятно, что его распирало от желания задать этот вопрос. Он ради этого и подсел в купе Гарри, хотя в вагоне была куча свободных мест.       — И я очень этому рад. Ты мой лучший друг, — сказал Гарри.       — Спасибо, — Уизли обнял одной рукой за плечи. — А ты мой.       — Как это мило, — картинно вытирая глаза произнесли близнецы. Гарри кивнул. — О, а я уж подумал, что это очередная шутка Фреда и Джорджа, — выдохнул Рон. — А у тебя действительно есть… ну, ты знаешь… Он вытянул палец, указывая на лоб Гарри. Гарри провел рукой по волосам, открывая лоб. Рон, увидев шрам, не сводил с него глаз. — Значит, это сюда Ты-Знаешь-Кто… — Да, — подтвердил Гарри. — Но я этого не помню. — Совсем ничего не помнишь? — судя по голосу, Рон надеялся на обратное. — Ну вообще ничего?       — Рональд Биллиус Уизли! Я же запретила спрашивать об этом!       — Ну-у-у… ты запретила только Фреду, — промямлил Рон, отчаянно стараясь слиться с креслом.       — За что мне это? — пробормотала Молли хлопнув себя по лбу.       — Ну, Молли, формально ты только Фреду и запретила, — заметил Джеймс. — Я помню лишь много зеленого света, и все.       — Бедный мой мальчик. — прошептала Лили обнимая сына. — Ух ты, — качнул головой Рон. Он сидел и смотрел на Гарри, не отводя глаз, как зачарованный, но потом спохватился и уставился в окно. — У тебя в семье все волшебники? — спросил Гарри. Рон был ему интересен в той же степени, насколько он был интересен Рону. — Э-э-э… да. Думаю, да, — после некоторого раздумья выдал Рон. — Кажется, у мамы есть двоюродный брат, он из маглов, бухгалтер, но мы о нем никогда не говорим.       — Почему? — поинтересовалась Тонкс.       — Он сквиб и очень этого стесняется. Ушёл в магловский мир и оборвал все связи с семьей, — грустно вздохнула Молли. Вполне очевидно, что Уизли были из тех настоящих семей волшебников, о которых говорил бледный мальчик в магазине, где Гарри купил школьную форму.       — Так и есть. Только мы не разделяем большинство взглядов чистокровных семей, — сказал Артур и бросил взгляд на Нарциссу и Драко. — Я слышал, что ты жил у маглов. — В глазах Рона светилось жуткое любопытство. — Какие они вообще? — Ужасные… хотя, наверное, не все. Но мои тетя, дядя и двоюродный брат — они ужасные. Я бы хотел, чтобы у меня было трое братьев-волшебников, как у тебя. — У меня их пятеро. — Голос Рона почему-то был совсем невеселым.—Я шестой. И мне теперь придется сделать все, чтобы оказаться лучше, чем они. Билл был лучшим учеником школы, Чарли играл в квидцич, носил капитанскую повязку. А Перси вот стал старостой. Фред и Джордж, конечно, занимаются всякой ерундой, но у них хорошие отметки, и их все любят.       — Кого-то мне это напоминает, — фыркнул Снейп со злостью смотря на тройку Мародёров.       — Закрой. Свой. Грязный! Рот! НЮНИУС! — прорычал Джеймс       — Джим, хватит, — хлопнула мужа по плечу Лили.       — Как скажешь дорогая, — не отводя от школьного врага ненавистного взгляда произнёс Джеймс совершенно спокойным голосом. А теперь все ждут от меня, что я буду учиться не хуже братьев. Но даже если так и будет, это ничего не даст, ведь я самый младший. Значит, мне надо стать лучше, чем они, а я не думаю, что у меня это получится. К тому же когда у тебя пять братьев, тебе никогда не достается ничего нового. Вот я и еду в школу со всем старым — форма мне досталась от Билла, волшебная палочка от Чарли, а крыса от Перси. Рон запустил руку во внутренний карман куртки и вытащил оттуда жирную серую крысу, которая безмятежно спала. — Ее зовут Короста, и она абсолютно бесполезная — спит целыми днями. Отец подарил Перси сову, когда узнал, что тот будет старостой, и я тоже хотел, но у них нет де… я хотел сказать, что вместо этого получил крысу. У Рона покраснели уши. Казалось, он решил, что сказал много лишнего, поэтому замолчал и стал смотреть в окно.       — Вы не должны этого стесняться. Зато у вас добрая и дружная семья. А деньги это не главное, — Лили нежно улыбнулась Молли, и та с благодарностью кивнула. Гарри с любовью посмотрел на маму. Теперь он понимал, почему все говорили, что он такой же добрый, как мать. Гарри подумал, что не стоит стесняться того, что у твоих родителей нет денег, чтобы купить сову. В конце концов, у него никогда в жизни не было денег—до начала прошлого месяца, — и он рассказал об этом Рону. И о том, как донашивал за Дадли старую одежду и никогда не получал нормальных подарков на дни рождения.       — Они мне ещё за это заплатят, — в один голос сказали Лили, Джеймс и Сириус. Рон немного приободрился. — А пока Хагрид мне не рассказал, я даже не знал о том, что я волшебник, — продолжал Гарри. — И ничего не знал о своих родителях и о Волан-де-Морте… Рон отпрянул от него, вцепившись в сиденье. — Ты что? — удивился Гарри. — Ты назвал по имени Ты-Знаешь-Кого! — В голосе Рона звучали испуг и уважение.       — Его имя — Волан-де-Морт, — четко и громко сказал Гарри. — Я вовсе не пытался казаться храбрецом, — пояснил Гарри. — Просто я не знал, что это имя нельзя произносить. Теперь ты понял, о чем я говорил? Я еще столько всего не знаю, мне еще столько предстоит выучить… И боюсь… Боюсь, что я буду худшим учеником в школе-Гарри выразил мысль, которая уже давно его тревожила — Не бойся, — обнадежил его Рон. — В школе много учеников, которые выросли в семьях маглов, и они довольно быстро всему учатся.       — Малыш Ронни умеет подбадривать! — удивились близнецы.       — Заткнитесь! — буркнул отмахнувшись Рон. — Я сказал правду. Пока они болтали, поезд выехал из Лондона и сейчас несся мимо полей и лугов, на которых паслись коровы и овцы. Гарри и Рон примолкли, глядя в окно. Примерно в половине первого из тамбура донесся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке. — Хотите чем-нибудь перекусить, ребята? Гарри не ел со вчерашнего вечера и поспешно вскочил, услышав заманчивое предложение. У Рона снова покраснели уши, и он пробормотал что-то насчет того, что прихватил с собой сандвичи. Так что в коридор Гарри вышел один. Когда он жил с Дурслями, у него никогда не было в карманах денег, а следовательно, и возможности покупать себе сладости. Но сейчас его карманы были полны золотых и серебряных монет, и он был готов купить столько батончиков «Марс», сколько сможет унести.       — Марс? Планета? — удивился Римус.       — Шоколад и нуга, — облизываясь протянул Гарри. — Одна из вкуснейших сладостей. Глаза Люпина загорелись.       — Обязательно попробую, — заявил он, — люблю шоколад.       — Рим, оборотень наш шоколадный, — рассмеялись Сириус и Джеймс.       — Вы так-то его все уже пробовали, — напомнила им Лили. — Когда приезжали ко мне в гости. Летом, перед седьмым курсом.       — Так это он был? — удивился Римус.       — Цветочек, наши восспоминания были затёрты истерикой твоей сестры, — напомнил ей Сириус. — Причём даже не на одну из наших шалостей, а на волшебные сладости. Но у женщины не было батончиков «Марс»       — Потому что это магический мир, — фыркнул Драко на тупость Поттера. На ее лотке лежали пакетики с круглыми конфетками-драже «Берти Боттс», которые, если верить надписи на пакетиках, отличались самым разнообразным вкусом. Еще у нее была «лучшая взрывающаяся жевательная резинка Друбблс», «шоколадные лягушки», тыквенное печенье, сдобные котелки, лакричные палочки и прочие сладости мира волшебников, которых Гарри никогда не видел и не пробовал. Чтобы ничего не упустить, он набрал всего понемногу и заплатил женщине одиннадцать серебряных сиклей и семь бронзовых кнатов.       — Не хило, — подмигнула Гарри Тонкс. Рон удивленно смотрел, как Гарри возвращается на свое место с полными руками и сваливает покупки на свободное сиденье. — Ты такой голодный? —Я умираю с голоду, — ответил Гарри, разворачивая тыквенное печенье и откусывая сразу половину.       — Сладостями ты точно не наешься, — сказала Гермиона. — Почему нельзя продавать в поезде нормальную еду? Мы едем целый день, логично что мы можем проголодаться!       — Согласна с вами, мисс Грейнджер. Мы обсудим и это, — кивнула Минерва делая ещё одну запись в своём блокноте. Рон вытащил откуда-то бумажный пакет и вынул из него четыре сандвича. — Она всегда забывает, что я не люблю копченую говядину, — грустно произнес он.       — Ох, точно, — прошептала сама себе Молли. — Меняю на свое. — Гарри протянул ему печенье. — Давай присоединяйся… —Да нет, тебе эти сандвичи не понравятся — мясо сухое, и соуса никакого нет, — покачал головой Рон и вдруг напрягся. — Мама просто забыла — нас же у нее много…       — Ты очень вкусно готовишь, Молли, — заверили Молли практически все члены ОФ. — Давай ешь. — Гарри кивнул на свои сладости, у него никогда не было того, чем можно было бы поделиться с другими. А если честно, делиться тоже было не с кем. Так что он испытывал очень приятное чувство, сидя напротив Рона и вместе с ним поедая купленные припасы. Про сандвичи они так и забыли. — А это что? — спросил Гарри, беря в руки упаковку «шоколадных лягушек». — Это ведь не настоящие лягушки, правда? Следовало признать, что Гарри не удивился бы, если бы лягушки оказались настоящими. Ему вообще казалось, что теперь его ничем не удивишь.       — Я ошибался. До сих пор много чему удивляюсь в магическом мире, — отозвался Гарри. — Нет, не настоящие, они только сделаны в форме лягушек, а сами из шоколада, — улыбнулся Рон. — Будешь есть, вкладыш не выбрасывай — у меня Агриппы не хватает… — Что? — не понял Гарри. — А, ну конечно, ты не знаешь, — спохватился Рон. — Там внутри коллекционные карточки. Из серии «Знаменитые волшебницы и волшебники». Многие ребята их собирают. У меня их примерно пять сотен, только вот Агриппы нет и Птолемея, кажется, тоже.       — Я могу тебе дать, — сказал Сириус, — у меня три Агриппы где-то в комнате завалялось.       — А я могу поделиться Птолемеем, — поддержал инициативу друга Римус. — В своё время я столько лягушек съел, что, наверное, если сейчас собрать все мои карточки, то минимум три полных коллекции соберётся. Гарри развернул «лягушку» и вытащил карточку.       — И кто же тебе попался на твоей самой первой карточке? — поинтересовался Джеймс.       — Об этом сказано дальше, — интригующе протянул Гарри, копируя манеру отца. Гарри развернул «лягушку» и вытащил карточку. На ней был изображен человек в затемненных очках, с длинным крючковатым носом и вьющимися седыми волосами, седыми усами и седой бородой. «Альбус Дамблдор» гласила подпись под картинкой.       — Очень даже неплохо, оленёнок, — улыбнулся Сириус, — мне какой-то гоблин попался.       — А ты уверен, что это был не автопортрет, Блэк?       — Скорее твой, Нюньчик! Уж больно на тебя был похож.       — Хватит! — прикрикнул Дамблдор. — Продолжайте, мисс Грейнджер. — Так вот какой он, этот Дамблдор! — воскликнул Гарри. — Только не говори мне, что ты никогда не слышал о Дамблдоре! — запротестовал Рон. — Можно, я возьму одну «лягушку» — может быть, Агриппа попадется… Гарри перевернул карточку и прочитал: Альбус Дамблдор, в настоящее время директор школы «Хогвартс». Считается величайшим волшебником нашего времени. Профессор знаменит своей победой над темным волшебником Грин-де-Валъдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и своими трудами по алхимии в соавторстве с Николасом Фламе-лем. Хобби — камерная музыка и игра в кегли.       — Эта карточка очень помогла нам в том году, — улыбнулась друг другу золотая троица. Гарри снова перевернул карточку и с удивлением заметил, что картинка куда-то делась. — Он куда-то исчез! — завопил Гарри.       — Странно, да Гарри? — рассмеялись близнецы. — Но ты же не ждал, что он будет торчать тут целый день, — заметил Рон. — Он вернется. А вот мне опять попалась Моргана, а у меня таких уже шесть штук Может, возьмешь и начнешь собирать коллекцию? Рон как бы случайно окинул взглядом кучку «лягушек», которые дожидались, когда их развернут. — Угощайся, — предложил Гарри, проследив направление его взгляда. — Кстати, ты знаешь, что у маглов, если человека фотографируют, то он никуда не исчезает с фотографии? — Да ты что? — ужасно удивился Рон. — Что, они вообще не двигаются? Ну дела!       — Это так удивляет всех чистокровок, — подмигнула мужу Лили.       — Больше всего меня удивляешь ты, дорогая. — Джеймс нежно поцеловал жену. Снейп зло посмотрел на них и отвернулся. Его так и подмывало запустить в Джеймса чем-нибудь тяжёлым. Гарри смотрел на карточку до тех пор, пока на ней снова не появилось изображение Дамблдора, который неожиданно улыбнулся ему. Рон этого не заметил, вопреки заверениям, его вообще куда больше интересовал процесс поглощения шоколада, чем разглядывание карточек А Гарри глаз не мог от них отвести. Скоро, помимо Дамблдора и Морганы, в его коллекции появились Хенгист из Вудкрофта, Альберик Граннион, Цирцея, Парацельс и Мерлин. Прошло немало времени, прежде чем он отложил последнюю карточку, на которой неспешно почесывала нос жрица друидов Клиодна.       — Неплохо, — кивнул Билл, — я долго не мог найти Мерлина.       — Удача Гарри, — копируя голос Треллони произнёс Рон. Все, кто знал профессора и её манеру преподавания, рассмеялись. — Ты поосторожнее, — посоветовал Рон, заметив, что Гарри взял в руки пакетик с драже. — Там написано, что у них самый разный вкус, так вот, это истинная правда. Нет, там есть вполне нормальные вкусы — апельсин, скажем, или шоколад, или мята, но иногда попадается шпинат, или почки, или требуха. Джордж уверяет, что ему как-то попалась конфета со вкусом соплей. Рон выбрал зеленое драже, внимательно осмотрел его и откусил кусок — Фу! — поморщился он. — Брюссельская капуста! Они неплохо повеселились, поедая эти драже. Гарри попробовал конфеты со вкусом жареного хлеба, кокоса, фасоли, клубники, карри, травы, кофе и сардин. И даже смело откусил кусочек от серой конфетки, к которой Рон побоялся прикоснуться, — оказалось, что она была со вкусом перца. Местность за окном резко изменилась. На смену возделанным полям пришли леса, реки и зеленые холмы. Кто-то постучал в дверь купе. На пороге появился круглолицый мальчик, мимо которого Гарри проходил, когда шел по платформе. Выглядел он так, словно собирался вот-вот расплакаться. — Извините, — сказал мальчик — Вы тут не видели жабу?       — Невилл и его жаба. Бум нескольких лет, — протянули члены ОД. Рон и Гарри дружно покачали головами, и мальчик начал причитать. — Я потерял ее! Она вечно от меня убегает! — Она найдется, — заверил его Гарри. — Да, наверное, — грустно произнес круглолицый. — Что ж, если вы ее увидите… И с этими словами он ушел.       — Кто-то ещё возит жаб? Уже в наше время их ни у кого не было, так как они вышли из моды, — заметил Джеймс.       — Невилл исключение, — сказал Гарри. — Не пойму, чего он так волнуется. — Рон пожал плечами. — Если бы я вез с собой жабу, я бы потерял ее еще на платформе. Хотя моя крыса немногим лучше жабы, так что не мне об этом говорить. Крыса все еще спала, уютно устроившись у Рона за пазухой. — Может, она давно умерла, а может, и спит — разницы никакой. Выглядит одинаково, — с отвращением проговорил Рон. — Вчера я пытался ее заколдовать, чтобы она стала желтого цвета — я подумал, что так она будет выглядеть поинтереснее, — но ничего не получилось. Я тебе сейчас покажу, смотри…       — Лучше придуши её и всё, — кровожадно произнёс Сириус.       — Бродяга? Что такое? — прошептал Джим. Сириус только махнул рукой, и мрачно переглянулся с Гарри. Рон порылся в своем чемодане и вытащил оттуда потрепанного вида волшебную палочку. Она была выщерблена в нескольких местах, а на конце поблескивало что-то белое. — Шерсть единорога почти вылезла наружу, — смущенно заметил Рон.       — Даже палочки нормальные купит не могут, — пробормотал Малфой. Не успел он поднять палочку, как дверь купе снова открылась. На пороге снова появился круглолицый мальчик, но на этот раз с ним была девочка с густыми каштановыми волосами, уже переодевшаяся в школьную форму. Ее передние зубы были чуть крупнее, чем надо.       — А вот и наша Гермиона, — улыбнулась Тонкс, — ты была миленькая.       — Спасибо, — покраснела Гермиона и продолжила читать. — Никто не видел жабу? Невилл ее потерял, а я помогаю ему ее отыскать. Так вы ее видели или нет? — спросила девочка прямо-таки начальственным тоном.       — У меня не начальственный тон! — возмутилась девушка.       — Тогда был, — пожали плечами Гарри и Рон. — Он здесь уже был, и мы ему сказали, что не видели, — ответил Рон, но девочка, кажется, его не слушала, ее внимание было приковано к волшебной палочке в руках Рона. — О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим. Она опустилась на свободное сиденье, и Рон занервничал.       — Малыш Ронни не любит зрителей, — подразнили брата близнецы.       — Заткнитесь. — Э-э-э… — нерешительно протянул он. — Ну ладно. Он прокашлялся и снова поднял палочку: —Жирная глупая крыса, перекрасься ты в желтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. Он помахал палочкой, но ничего не произошло. Короста по-прежнему оставалась серой и все так же безмятежно спала.       — Мистер Уизли, такого заклинания вообще не существует. К тому же все заклинания произносятся на латыни, — сказала МакГонагалл.       — Сейчас я это знаю, — пробормотал Рон.       — Минерва, справедливости ради, нужно сказать, что не все заклинания произносятся на латыни. А, те что произносятся, почти всегда имеют альтернативную форму в других языках, зельях или же в направленном желании и видении результата. Так что, вполне вероятно, что у неудачи мистера Уизли была и друга причина о которой мы узнаем в будущем. — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и все получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грэйнджер, а вас?       — Кого-то мне это напоминает, — улыбнулся Джеймс и поцеловал Лили в макушку.       — Джим, ты в курсе что тут дети? — поинтересовался Сириус.       — Я да. А ты? Я вижу, как ты смотришь на Боунс, — подмигнул другу Поттер.       — Читайте, мисс Грейнджер. — прервала мужчин Минерва. Она говорила очень быстро, и все же Гарри уловил смысл сказанного и забеспокоился. Но, посмотрев на Рона, по его застывшему лицу убедился, что тот тоже не выучил учебники наизусть.       — Конечно. Сами вы видели только обложки этих учебников, — покачала головой Гермиона.       — Эм, я так-то читал их, — напомнил подруге Гарри.       — Видимо, не достаточно внимательно.       — Гермиона, просто не все обладают такой выдающейся способностью запоминать информацию, как ты, — улыбнулся ей Рон. Девушка слегка смутилась и вернулась к чтению. — Я — Рон Уизли, — пробормотал Рон. — Гарри Поттер, — представился Гарри. — Ты действительно Гарри Поттер? — Взгляд девочки стал очень внимательным. — Можешь не сомневаться, я все о тебе знаю. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и твое имя упоминается в «Современной истории магии», и в «Развитии и упадке Темных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке». — Да? — только и вымолвил Гарри. Он был слишком ошеломлен, чтобы сказать что-то более значительное. — Господи, неужели ты не знал? — удивилась девочка. — Если бы я была на твоем месте, я бы прочитала о себе все, что можно найти в книгах.       — Прости Гарри. Это было не очень вежливо.       — Ничего. Это в прошлом. Да, вы не знаете, на какой факультет попадете? Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо… Ладно, мы пойдем искать жабу Невилла. А вы двое лучше переоденьтесь, я думаю, мы уже скоро приедем. И она ушла, забрав с собой круглолицего.       — Хорошо, что ты перестала быть такой. — заметила Джинни. — Не знаю, на каком я буду факультете, но надеюсь, мы с ней окажемся на разных, — прошептал Рон и засунул волшебную палочку обратно в чемодан, -Ничего у меня не вышло, и все из-за этого глупого заклятия. Джордж меня уверял, что оно сработает, а теперь мне кажется, что он сам его придумал, чтобы надо мной подшутить.       — Долго же до тебя доходило. — Фред взъерошил брату волосы. — А на каком факультете учатся твои братья? — спросил Гарри. — Гриффиндор, — кивнул Рон, снова погрустнев. — мама и папа тоже там были. Не знаю, что будет, если я попаду на какой-нибудь другой. Неплохо было бы попасть в Когтевран, но не представляю, что будет, если меня определят в Слизерин.       — Мы бы очень удивились. Но всё равно любили бы тебя. — сказала Молли. — Это тот факультет, где учился Волан… Ты-Знаешь-Кто? — Ага, — кивнул Рон и замолчал. Вид у него был какой-то подавленный. — Знаешь, мне кажется, что усы у Коросты посветлели, значит, заклинание хоть немного подействовало, — произнес Гарри, чтобы отвлечь Рона от мрачных мыслей. — А твои старшие братья, которые уже кончили школу, они чем сейчас занимаются? Гарри было любопытно, ведь он плохо представлял себе, что делают волшебники, закончив школу. — Чарли в Румынии, изучает драконов, а Билл работает на банк «Гринготтс» и уехал в Африку по их делам, — пояснил Рон. — Ты слышал о «Гринготтсе»? А что там на днях случилось, слышал? «Пророк» об этом писал… хотя да, у маглов же другие газеты… В общем, кто-то пытался ограбить сверхсекретный сейф.       — Ограбление Гринготтса? — удивился Джеймс. Гарри вытаращил глаза. — На самом деле? И что случилось с грабителями? — Ничего. Вот почему об этом так много писали, не поймали. Папа говорит, что наверняка это был сильный темный волшебник, иначе бы ему не удалось пробраться в «Гринготтс» и залезть в сейф, а потом выйти оттуда целым и невредимым. Но самое странное, что грабители ничего не похитили. Конечно, все боятся, что за этим стоит Ты-Знаешь-Кто.       — Так и было. — шепнул друзьям Гарри. Гарри судорожно обдумывал услышанное. Теперь, когда кто-нибудь или даже он сам упоминал Вы-Знаете-Кого, ему становилось немного страшно. Наверное, так и должно быть, раз теперь он оказался в волшебном мире. Но лично ему было намного удобнее произносить имя Волан-де-Морт, потому что он не задумывался, произнося его, и оно совсем его не пугало.       — Нас пугало не имя. А табу на нём. — сказала Меда. — Ну, а про квиддич ты, конечно, слышал. — В голосе Рона была абсолютная уверенность. — Ты за какую команду болеешь?       — Какой же ты глупый, Уизли. Он жил в магловском мире! Откуда он знает команды по квиддичу?! — укоризненно воскликнул Драко.       — Ну да, а ты прямо вершина интеллекта. Каждый год издеваешься над Гарри, когда он чего-то не знает о волшебном мире, —не остался в долгу Рон. — Э-э-э… Вообще-то я не знаю ни одной команды, — признался Гарри. —Да ты что! — Рон выглядел потрясенным. — Это же лучшая игра в мире! И Рон начал объяснять Гарри, что в квиддич играют четырьмя мячами, что в каждой команде по семь игроков и у каждого есть свое место на поле и свои функции. Потом он начал описывать самые знаменитые матчи, на которых ему удалось побывать со своими братьями. Потом рассказал, какую метлу он бы себе купил, если бы у него были деньги. Рон объяснял Гарри тонкости правил игры, когда дверь купе снова открылась. Но это уже был не потерявший жабу Невилл в компании Гермионы Грэйнджер. В купе вошли трое мальчишек, и Гарри сразу узнал того, кто был в центре, — тот бледный мальчик из магазина мадам Малкин, где Гарри покупал школьную форму. Сейчас он смотрел на Гарри с куда большим интересом, чем тогда в магазине. — Это правда? — с порога спросил бледнолицый. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Потер. Значит, это ты, верно?       — Драко! Где твои манеры?! Заходя, ты должен сначала поздороваться, — возмущённая пренебрежением сына к правилам приличия сказала леди Малфой. — Верно, — кивнул Гарри. Те двое, что пришли с бледнолицым, были крепкие ребята, и вид у них был довольно неприятный. Стоя по бокам бледнолицего, они напоминали его телохранителей. — Это Крэбб, а это Гойл, — небрежно представил их бледнолицый, заметив, что Гарри рассматривает его спутников. — А я Малфой, Драко Малфой.       — Бонд. Джеймс Бонд, — проговорила Гермиона. Гарри и Лили рассмеялись. Рон прокашлялся. Гарри показалось, что он таким образом сдерживает смех. Драко Малфой неодобрительно покосился на Рона — Мое имя тебе кажется смешным, не так ли? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Мой отец рассказал мне, что если видишь рыжего и веснушчатого мальчишку, значит, он из семьи Уизли. Семьи, в которой больше детей, чем могут себе позволить их родители.       — Вернёмся домой, и я займусь твоим воспитанием, — пригрозила сыну Нарцисса. Выдав эту убийственную тираду, Малфой снова повернулся к Гарри: — Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться. Он протянул руку для рукопожатия, но Гарри сделал вид, что этого не заметил. — Спасибо, но я думаю, что сам могу понять, кто чего достоин, — холодно заметил он.       — Молодец Гарри. Ты правильно поступил, — похвалил сына Джеймс, — всегда стой за своих друзей.       — Доверяй, но проверяй, — с некоторым раздражением буркнул Сириус. Драко Малфой не покраснел, но на его бледных щеках появились розовые пятна. — На твоем месте я был бы поосторожнее, Поттер, — медленно произнес он. — Если ты не будешь повежливее, то закончишь, как твои родители. Они, как и ты, не знали, что для них хорошо, а что плохо. Если ты будешь общаться с отребьем вроде Уизли и этого Хагрида, тебе же будет хуже.       — Повтори, что ты сказал, — медленно произнёс Джеймс. От этого голоса Драко вздрогнул и постарался слиться с креслом. Гарри и Рон одновременно поднялись со своих мест. Лицо Рона стало таким же медно-красным, как и его волосы. — Повтори, что ты сказал, — потребовал Рон. — О, вы собираетесь с нами драться, не так ли? презрительно выдавил из себя Малфой. — Да, если ты немедленно отсюда не уберешься, — храбро заявил Гарри, хотя, если честно, голос его бьл куда смелее, чем он сам. Все-таки Крэбб и Гойл были намного крупнее, чем они с Роном. — О, мы вовсе не собираемся уходить, правда, ребята? — усмехнулся Малфой, поворачиваясь к своим спутникам. —А к тому же мы проголодались, а у вас тут куча еды. Гойл потянулся к лежавшим на одном из сидений «шоколадным лягушкам». Рон прыгнул на него, но, прежде чем ему удалось коснуться Гойла, тот издал ужасающий крик. На руке Гойла повисла Короста, впившаяся ему в палец маленькими, острыми зубами. Крэбб и Малфой попятились назад, а Гойл размахивал рукой, пытаясь стряхнуть крысу и завывая от боли.       — Хоть один нормальный поступок за всю его никчёмную жизнь, — проворчал Сириус.       — О ком вы говорите, мистер Блэк? — спросила Амелия.       — Третья книга. И как только Короста наконец разжала зубы и отлетела в сторону ударившись о закрытое окно, все трое молниеносно испарились. Наверное, они подумали, что в купе прячется еще множество крыс, а может, они услышали шаги, потому что через секунду в купе заглянула Гермиона Грэйнджер. — Что тут у вас происходит? — спросила она, глядя на разбросанные по полу сладости и Рона, державшего за хвост крысу. — Думаю, что она потеряла сознание, — произнес Рон, обращаясь к Гарри. А потом повнимательнее присмотрелся к Коросте. — Нет… не могу поверить! Представляешь, она снова уснула. Короста на самом деле спала. — Ты раньше встречался с Малфоем? — поинтересовался Рон. Гарри рассказал об их встрече в Косом переулке, — Я слышал о его семейке, — мрачным тоном начал Рон. — Они одни из первых перешли обратно на нашу сторону, когда Ты-Знаешь-Кто исчез. Они сказали, что он их околдовал. А мой отец в это не верит. Он сказал, что отцу Малфоя не нужно было даже повода для того, чтобы перейти на Темную сторону. Гермиона все еще стояла на пороге купе, и Рон повернулся к ней: — Мы можем тебе чем-нибудь помочь? — Вы лучше поторопитесь, иначе не успеете переодеться. Я только что была в кабине машиниста и разговаривала с ним. Он сказал, что мы уже почти приехали. А вы тут что, дрались? Хороши, нечего сказать. Еще не доехали до школы, а уж попали в неприятную историю!       — Теперь понятно, почему тебя сделали старостой, — заметила Нимфадора. — Это Короста дралась, а не мы. — Рон сердито посмотрел на девочку. — Может быть, ты выйдешь и дашь нам переодеться? — Разумеется. Я вообще-то зашла к вам просто потому, что во всех вагонах жуткая суета, все ведут себя как маленькие дети и носятся по коридорам. — Гермиона презрительно хмыкнула, как бы говоря, что не одобряет такого поведения.—А у тебя, между прочим, грязь на носу, ты знаешь?       — Опять нос, — фыркнул Рон. Рон проводил ее свирепым взглядом, а Гарри уставился в окно. За окном, там, где высились горы и тянулись бесконечные леса, начало темнеть, а небо стало темно-фиолетовым. Поезд замедлил ход. Гарри и Рон быстро сняли куртки и натянули длинные черные мантии. Мантия Рона была ему немного коротковата, из-под нее высовывались спортивные штаны. «Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнесся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно». Гарри так разнервничался, что у него даже живот скрутило, а Рон сильно побледнел, и веснушки на его лице стали еще ярче.       — Все нервничают. Это нормально, — поддержала Рона Меда. Они рассовали остатки сладостей по карманам и вышли в коридор, где уже толпились остальные. Поезд все сбавлял и сбавлял скорость и, наконец остановился. В коридоре возникла жуткая толчея, но через несколько минут Гарри все-таки оказался на неосвещенной маленькой платформе. На улице было холодно, и он поежился. Затем над головами стоявших на платформе ребят закачалась большая лампа, и Гарри услышал знакомый голос: — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, у тебя все в порядке? Над морем голов возвышалось сияющее лицо Хагрида.       — Милый, добрый Хагрид, — улыбнулись Мародёры и Лили. — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной! Поскальзываясь и спотыкаясь, они шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что Гарри показалось, будто они пробираются сквозь лесную чашу. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине, только Невилл, тот мальчик, который все время терял свою жабу, пару раз чихнул.       — Как можно смотреть под ноги в непроглядной тьме? Поставили бы фонари, — возмутилась Гермиона.       — Мы бы с удовольствием, мисс Грейнджер. Но Министерство не может договориться с Хогсмидом, так как половина дороги принадлежит ему, — объяснил Дамблдор.       — Политика, — фыркнула девушка и продолжила читать. — Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда! — О-о-о-! — вырвался дружный, восхищенный возглас. Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд       — Захватывающее зрелище, — с восторгом произнесли как дети так и взрослые. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега. Гарри и Рон оказались в одной лодке с Гермионой и Невиллом. — Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперед! Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому как стекло озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утесу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними. — Пригнитесь! — зычно крикнул Хагрид, когда они подплыли к утесу Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в темный туннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни. — Эй, ты! — крикнул Хагрид, обращаясь к Невиллу Хагрид осматривал пустые лодки и, видимо, что-, то заметил. — Это твоя жаба? — Ой, Тревор! — радостно завопил Невилл, протягивая руки и прижимая к себе свою жабу. Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Еще один лестничный пролет—и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. — Все здесь? — поинтересовался Хагрид. — Эй, ты не потерял еще жабу? Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал в дверь замка.       — Конец главы. — сказала Гермиона и передала книгу Джинни.