Потерянные желания

От отчета отвлекает телефонный звонок - Приемная Джезебел Бельфлер, – рассеяно смотрю на монитор. - Соедините меня с Джезебел, – сразу узнаю этот голос. Внутри начинает все медленно закипать. - Эрика, мы кажется еще вчера все с вами выяснили, – слышу, как на том конце провода хрипло засмеялись. - А, так это маленькая приживалка Джезебел. Как там тебя зовут? Софи, кажется? - на лице сама по себе появляется хищная улыбка. - Да, Софи. Я, видимо, говорю со стареющей бывшей подружкой Джезебел. Прекратите сюда звонить! – слышу, как Эрика от негодования начинает шипеть. - Всего доброго, Эрика, – с грохотом кладу трубку на рычаг. Откинувшись в кресле, устало тру виски, закрыв глаза. Через секунду чувствую прикосновение к своему плечу. Открыв глаза, разворачиваюсь и задеваю ногами ноги Джезебел, она, не устояв на своих высоких каблуках, буквально вся оказывается на моих коленях. Наши лица оказываются буквально в сантиметре друг от друга. Вижу, что зрачки Джезебел расширены. Ее грудь прижимается к моей. И я понимаю, что приятная тяжесть внизу живота вызвана именно этой близостью. О, боже, о чем я думаю! - Простите, Джезебел. Вы не ушиблись? – в голосе внезапно появляется хрипотца. Джез отклоняется, положив свои руки мне на грудь. - Нет, я в порядке. А ты? – в ее голосе та же хрипотца что и у меня. - Я в порядке. Простите, – Джезебел находилась еще секунд пять в моих объятиях. Все эти пять секунд я буквально не дышала, наслаждаясь этими нечаянными объятиями. Внезапно мне становится плохо. Прикрыв рот рукой и отпихнув Джезебел от себя, бегу в туалет. Успеваю как раз вовремя. Рухнув на колени, отдаю свой завтрак унитазу. Кто-то держит мои волосы. В ушах шумит, перед глазами все плывет. Наконец, рвотные позывы прекращаются. Обессилено отодвигаюсь от унитаза. Чьи-то прохладные руки ложатся мне на лоб. Рассеянно улыбаюсь. Как хорошо... - Софи, как ты? – открываю глаза. Рядом Джезебел. Так это она только что держала мои волосы и успокаивала меня после все этого. О, Боже мой! Чувствую, что начинаю краснеть. - Простите. Все хорошо. Вроде бы все закончилось, – в глазах Джезебел стоит тревога. - Мой врач объяснил, что это нормально для беременных. Еще он обещал мне токсикоз. Страшное слово... – Софи заткнись! Прекрати нести чушь! Джезебел улыбается. Грациозно встав с колен, она протягивает мне руку. Берусь за нее. Она словно пушинку поднимает меня с пола. Мы снова прижимаемся друг к другу. Наши лица как десять минут назад очень близко друг от друга. Одна ее рука держит меня за руку, другая лежит у меня на талии. Утихшее желание разгорается вновь с еще большей силой. Да что со мной творится такое? Сглотнув, разрываю наши объятия. - Простите, Джезебел, мне нужно умыться, – она лишь кивает. Выхожу из кабинки и подхожу к умывальникам. Прополоскав рот и умыв лицо, осматриваю себя с ног до головы. Устало опираюсь на умывальники. Слышу щелчок. Открыв глаза, вижу в отражение позади себя Джезебел. Она стоит возле двери. Она закрыла дверь изнутри. Сердце начинает бешено биться. В глазах Джез открыто читается страсть. Она медленно подходит и обнимает меня сзади. Ее руки ложатся мне на талию, а потом медленно ползут вверх. Через пару секунд она добирается до места назначения. Накрыв мою грудь своими руками, она их легонько сжимает. У меня вырывается непроизвольный стон. Тяжесть внизу живота уже просто изводит. Мои соски уже твердые и видны через шелковую блузку. О, Боже, что я делаю?! Когда Джезебел начинает целовать изгиб моей шеи, я понимаю, что все это неправильно. И что я этого не хочу. Хотя тело хочет. Вырываюсь из ее рук и врезаюсь в стену. Вытянув руку, останавливаю Джезебел. - Прошу вас, не надо. Не сейчас и не здесь, – вначале она смотрит на меня затуманенными страстью глазами, и лишь через несколько секунд она понимает, что она чуть было не сделала. - Прости, Софи. Сама не знаю, что на меня нашло. Ты так красива, – в ее голосе слышится мечтательность. Она подходит ближе и лишь кончиками пальцев очерчивает мои скулы и опускается к моим губам. Наклонившись, она нежно целует меня. Без промедления отвечаю. Но через минуту все прекращается, и она исчезает. А я, безумно возбужденная, стою, прислонившись к стене туалета, все еще ощущая вкус губ Джезебел.