Потерянные желания

Прошло две недели после того, как Эрика ворвалась в редакцию. Все было тихо и спокойно. Джезебел выписали на следующий день после инцидента. Она пару дней не появлялась, а затем позвонила мне и предложила выпить по чашечке кофе утром. Я согласилась. Встретившись, мы разговаривали о том, о сем. Я заметила, что ее отек спал, и она могла открывать левый глаз, правда с трудом, но могла. Это было хорошо. Я не до конца понимала смысла этой встречи, пока Джезебел все же не решила сказать главное. Мы какое-то время сидели молча, каждая думая о своем. Я смотрела на людей, бегущих по своим делам. Скоро новый год, и все спешили купить подарки для родных и друзей. Снежинки лениво падали на спешащих людей, а я сидела в кафе с женщиной, которая мне не безразлична, попивая горячий шоколад. Все было до безумия романтично. Я повернула голову к Джезебел, когда почувствовала прикосновение к своим рукам. Джезебел взяла каждую мою руку в свои и с нежностью их поглаживала большими пальцами. Эти движения значили для меня нечто большее. Они успокаивали меня и заставляли чувствовать себя защищенной. Я перевела взгляд с наших рук на лицо и глаза Джезебел и улыбнулась ей. Вот тогда она и сказала, что любит меня. Что она любит меня уже очень давно, просто она боялась мне это сказать, а сейчас она поняла, что если она сейчас не скажет, то не скажет никогда. Я помню, как у меня перехватило дыхание, и я не могла вымолвить ни слова. Я не могла ответить ей четким отказом, но я не могла дать и положительного ответа. С каждой секундой моего молчания Джезебел все мрачнела и мрачнела. Через минуту она резко встала и, накинув пальто и сказав «пока», ушла из кафе. А я сидела и смотрела в одну точку, из оцепенения меня вывел звонок сестры. И я, рыдая, попросила ее приехать за мной. Она пыталась узнать, что случилось, но я на все отвечала молчанием. Я позвонила Джесс, сказала, что меня не будет неделю, и просила не беспокоить меня. А Кейтлин каждый день все больше и больше беспокоилась за меня. Я целыми днями лежала в постели и не двигалась. Редко вставала в туалет, попить и все. Я понимала, что это плохо для ребенка, вот так не есть целыми днями, но у меня не было никакого желания жить, ни для себя, ни для кого-либо еще. А потом на пятый день моего добровольного заточения появилась Джез. Она была восхитительна. И даже избитое лицо не делало ее страшнее. Я помню, как она подхватила меня на руки и понесла на кухню, как готовила и как заставила меня поесть. Заставила съесть все до последней крошки. И все это она делала молча. Пока я ела, она куда-то уходила. А потом вернулась, внимательно наблюдая, как я ем. После всего этого она вновь подхватила меня на руки и понесла в спальню. Теперь мне стало ясно, куда она уходила. Она поменяла постельное белье. Аккуратно положив меня на кровать, она легла рядом и нежно обняла. За весь вечер она сказала единственные слова: - Я буду ждать столько, сколько это понадобиться. И прошу тебя, больше так никогда не делай. Я не смогу без тебя, – улыбнувшись, я провалилась в блаженный сон. Проснувшись на следующий день, я увидела Джезебел, все еще обнимающую меня, крепко, словно боясь, что я исчезну. И в тот момент я не могла себе врать, что я не хочу быть с ней. Я просто не могла этого делать. Не могла отрицать, что я любила ее. Я со всей нежностью, которая была во мне, поцеловала свою любимую женщину. Она тут же проснулась и с нежностью ответила на мой поцелуй. - Вот бы так всегда просыпаться, – улыбаюсь Джезебел и вспоминаю свои слова, когда она так же разбудила меня в больнице. - Это можно будет устроить, - вижу замешательство, боль и страх в глазах Джезебел. С нежностью глажу ее по лицу, опуская руку на ее шею. Чувствую, как бешено бьется ее жилка на шее. - Прости меня. Я идиотка. Ты можешь потерпеть еще чуть-чуть, пока я разберусь в себе? – несколько секунд Джезебел молча лежала и смотрела мне в глаза. Я чувствовала, как все ее тело было напряжено, а потом она улыбнулась мне и расслабилась. - Я же сказала, что буду ждать столько, сколько нужно. Ради тебя я готова потерпеть, – не знаю почему, но я расплакалась. Она растерянно обняла меня и качала в своих объятиях, пока я снова не уснула.