Любовь так манит...

POV Акихико «Сколько сейчас времени? Почему так холодно и мокро? Аааа, это что кровь на моей руке? И вообще, что произошло? Чёрт, щипит.» Кровь стекала из порезов на пол, оставляя на бежевом ковролине маленькие бурые капельки. Боль, тоска и полное отсутствие понимая происходящего сбивали с и без того беспорядочных мыслей. «Видимо я вырубился от боли или от шока в ванной, благо ненадолго, иначе бы точно умер от потери крови.» Выворачивая аптечку, и находя исключительно таблетки широко спектра применения, единственное, что блуждало в бегающих и горящих глазах-недопонимание реальности. «Будто всё в тумане». Наконец спасительные хирургические пластыри, перекись и обыкновенные бинты были найдены. Кровь остановить было проще, чем осознать происходящее. Еле как, дойдя до кровати, он сел рядом, на пол, и закрыв глаза, стал вспоминать вчерашние события и осознавать своё состояние. Тишина. В квартире очень пусто, всё вокруг пустое и даже он «Пустой». «Я не понимаю, что мне делать, как я мог? Зачем? Глупый, глупый…» Постукивая себя запястьем по лбу, он уходил глубоко в мысли о грядущем и о прошлом. Что же будет дальше? Возможно, ли дальше жить в принципе? На его руках отразились эти самые мысли. «Видимо возможно», подумал он, взглянув на свои руки. Аки встал, немного падая и помогая себе лишь правой рукой, на которой не было порезов. На часах, которые громко тикали на стене, под самым потолком, было 5 часов утра. Депрессия поглощала его мысли, апатия подступала всё ближе и ближе, наконец, он сдался. Ему нужна была помощь, но обратиться он мог только к себе. «Бл*ть, какой же я дебил». Прокручивая раз за разом ту сцену у себя в голове, он начал вспоминать много мельчащих деталей, много слов и упущенных сцен. Улыбку друга, его башенные глаза, наполненные ужасом и страхом смерти. «Интересно на что было похоже моё лицо? Я такой бездушный, раз думаю о своём лице во время убийства!». Следующий смешок был скорее отчаянный. Он снова плюхнулся на пол рядом с кроватью и закинул голову назад, рассматривая люстру на потолке. «Лицо, лицо… Наверное, оно было похоже на лицо Ян-чан. Стоп». Неожиданно он вскочил и побежал в гостиную. В детстве Аки очень любил один фильм, который однажды увидел по телевизору, на местном канале о расследованиях, убийствах и новостях криминального мира. Старший брат Аки частенько смотрел этот канал, жадно поглощая различную информацию о повадках убийц, о работе судмедэкспертизы, расследованиях и т.д. И на одной из серий программы, которая шла на этом канале, об убийцах, маленький Аки впервые увидел, как ведут себя преступники, на месте преступления. Обезумевшие глаза, широченная улыбка, лопнувшие сосуды и растрёпанные волосы. ЭТО оно, то, что так сильно испугало маленького Аки в пошлом, и уже взрослого Аки, когда он впервые встретил Ян-чан на улице, или возле класса Осаны. Вот что тогда его и насторожило, вот почему по телу пробежался холодок, вот почему Аяно так странно себя вела в тот день, прямо как он, но более сдержаннее что ли. В гостиной Аки взял зарядку для телефона, ведь там оставалось всего несколько процентов, и вновь побежал в комнату. «Быстрее, быстрее, это необходимо, я знаю, что нам нужно, я знаю чего мне не хватает прямо сейчас». Поставив телефон на зарядку, парень ловкими движениями пальцев ввёл пароль, разблокировав телефон, зашёл в соц. Сеть «Вродственнике» и дрожащими руками набрал текст в личные сообщения Аяно. «Я это знаю. Я понял. Ты должна быть по этому адресу: ****, **** ул., ** дом. Пожалуйста, мне нужно заглянуть в твои глаза, я хочу разобраться с этим дерьмом, но не хочу один. Умоляю, мне нужна поддержка, а ты, видимо, способна меня понять как никто другой. Можешь после школы, можешь сейчас, но приди!». Телефон выскользнул из рук и упал на пол. Всё перед глазами поплыло, и тиканье часов стало прерывистым и нечётким. Пот катился со лба и падал на съезжающую по ноге руку. Потемнело и начало тошнить. Стрелки на часах показывали 6.28, и глаза медленно закатились. Вновь распластавшись на полу, он был без сознания, от печали или скорее шока. Боюсь, что узнать его истинные чувство трудновато за пеленой сомнений и противоречий, даже ему самому.