I love/hate you

На весь отель штата Техас раздавались громкие крики сестры архистратига, которая была разочарована в себе и не могла сдержаться, когда перед глазами проносились убитые в баре жертвы, лица которых были искажены болью и ужасом одновременно. От шума другие постояльцы затыкали уши наушниками, закрывали ладонями или уходили из номера на незапланированную прогулку. — Нет! — в сотый раз прокричала Лора, со слезами на глазах сидя на кровати и скрестив ноги под собой. — Нет, нет, нет. — Лора, хватит это повторять! — не выдержал Люцифер, ударяя по столу так, что на нем появилась трещина. — Ты ничего не изменишь своими криками раскаяния! Дело сделано! — Тебе легко говорить, пытаешь постоянно грешников в Аду, привык уже к их стонам боли и выражениям лиц мучеников. — Послушай сюда. — Нет! — девушка отпрянула от архангела, который хотел приобнять ее за плечи. — Ты ужасен! Отвратителен! — начала и вовсе бить его кулаками по груди и рукам шатенка, выражая недовольство. — Послушай сюда! — повторил Светоносный, поднимая архангелессу на колени на постели и заставляя смотреть в свои голубые глаза. — Прекрати уже вспоминать тот бар, мне надоело после каждого массового убийства сюсюкаться с тобой, будто с ребёнком лет пяти. Просто забудь, — настала тишина, сопровождаемая тяжелыми вздохами Лоры и шумными выдыхами Люцифера. Однако шатенка, не видя ни капли сожаления в пустом взгляде возлюбленного, не сдержалась, наградив его звонкой пощёчиной. Дьявол тут же разозлился от поступка соратницы, не стерпев такой выходки, и, недолго думая и смотря в ее глаза, в которых читались испуг и презрение, ответил девушке тяжелейшей пощёчиной, из-за чего голубоглазая отлетела в стену, сильно ударившись спиной. Она медленно сползла на пол и осталась сидеть там, схватившись за щеку и уставившись в сторону остывающего от подступившего гнева Люцифера. Архангелесса была очень удивлена новым способом разговора от архангела и все же обессиленно опустилась всем телом на ковёр. — Лора, я… — придя в себя от неимоверной злости и поняв, какую боль причинил любимому существу, Светоносный подошёл и присел к ней. — Прости, я не хотел, но ты же знаешь, что бываю неуправляем. Но шатенка не ответила, пребывая в шоке от пощечины, которой ее Дьявол никогда боле не награждал. Она была подавлена внутри от осознания, что приветливый русый архангел во мгновение ока превратился в беспощадного ирода для неё. — Ты тиран, — с трудом выговорила девушка, не без помощи Люцифера садясь на полу, прижавшись спиной к стене. — Нет, Лора, не говори так, прошу. — Ты такой жестокий, бессердечный и властный. Мне страшно находиться в одном номере с тобой. Лора, обиженная до глубины души поступком возлюбленного архангела, продолжала приводить остальные его минусы, уже наплевав на реакцию и последующие карающие действия Светоносного, но в один момент русый закрыл уши руками и грубо открыл входную дверь, покидая номер, не в силах выслушивать упрёки шатенки и не желая причинять ей вреда из-за припадка ненависти ещё раз.       Люцифер вышел в коридор отеля, сразу заметив прижавшегося головой к стене и скрестившего руки у груди смотрящего на него Габриэля, чему архангел удивился, но спросил: — Это галлюцинация или настоящий ты? — Конечно, я. — Ну и зачем пришёл? — Нам надо поговорить, — Габриэль отодвинулся от опоры, начав изображать руками свои слова. — Знаешь так, обо всем. Давно не виделись. — Так говори. — Не здесь, — проказник щёлкнул пальцами, перемещая себя и брата в заброшенное помещение, где и собирался поговорить с братом.

***

Лора сидела на полу, обхватив колени руками и уткнувшись в них головой. В комнате было тихо после ухода Светоносного, поэтому она удивилась, когда услышала шелест крыльев и далее медленные шаги в комнате. Архангел настороженно подняла голову наверх, чуть хмуря брови. — Здравствуй, Лора, — произнёс до боли знакомый голос, из-за чего девушка встала на ноги и с некоторым страхом во взгляде уставилась на брата. Михаил же с волнением смотрел на сестру, не представляя, как она отнесётся к его появлению спустя долгое время, и учитывая факт, что шатенка помнила о страшном поступке родного существа, и архистратиг прекрасно понимал, что тихого разговора по душам не будет, когда во взгляде Лоры он прочитал недовольство вперемешку с обидой и злостью. — Ну… Привет, — с досадой в голосе произнесла архангельша, «сглотнув» подступившую ненависть. — Что хотел? — Во-первых, рад видеть тебя здоровой. — Хватит театра, Михаил, не разговаривай со мной, как с ребенком! — вышла из себя шатенка, подойдя к брату и занося руку для удара.