***
– Наше дело усложнилось, потому что главная подозреваемая вчера попала под машину, - сказала Рогозина, хмуро глядя на Майского. – Ну кто знал, что она побежит?! Я совершенно ничего сделать не успел! – Ладно, не будем об этом, что сделано - то сделано. Получается, снова возвращаемся назад. Будем думать дальше.***
Ваня сидит в кабинете. Майский отправился к брату убитой девушки. Звонит телефон, это Антонова. – Ванечка, зайди ко мне пожалуйста, я тут кое-что обнаружила на теле жертвы. Ванечка. Как в старые времена. Тихонов заходит в секционную. Самого помещения он не боится. Не любит трупы, лежащие на столе. Но сейчас у него настроение отличное. – Весь цветешь и пахнешь! Не то что вчера. - улыбается Валя. – Ну да, ты знаешь, он вчера сам ко мне пришел. Позвонил и пришёл. – Я так и подумала. В общем, смотри: у неё вот тут крошечный след от инъекции, сделан аккуратно, явно хотели скрыть. – О, я вспоминаю органиста. - при этом Тихонов поежился. 18 детей! – Да, я тоже вспомнила это, однако ее не отравили, а просто усыпили - в крови я нашла снотворное, причем доза не смертельная. Мне кажется, что с делом может быть связан анестезиолог. – Да, возможно. – Ну ладно.. Вань, ты куда?! Тихонов сорвался с места, озарённый идеей. – Потом! - кратко ответил тот.***
Прибежав в лабораторию он решительно достал сумочку убитой, как он раньше не догадался?! Снял отпечаток. Подкатился к компьютеру. В этот момент на плечи ему легли руки в перчатках без пальцев. Сережа. – Работаешь, гений? А я вот соскучился по тебе, вызвался выяснить, что ты там придумал. - Майский нежно сжал плечи Тихонова. – С-слушай, красавец ты мой, м-мы на работе. - выдохнул Тихонов. – Ути-пути, какие мы скромные! Ладно, пошутил я, пойду, а начальству доложу, что ты не выходишь на связь с этим миром. Ваня ответил что-то невнятное. А Майский пошел ждать. Он дождется вечера, непременно.