This shit can't kill us

      Машина, словно чувствуя настроение хозяина, последние несколько дней работала без проблем. Наловчившись при помощи шланга сливать из брошенных авто бензин, они смогли отъехать на приличное расстояние от Сеула. Урбанистически унылые пейзажи быстро сменились подобными заброшенными пасторальными картинами.        Притормозив немного на съезде с автострады, Чонгук глянул на мирно сопевшего рядом Чимина. Нужды в разговоре по душам не возникло. Три дня назад, как только альфа закинул в багажник полную сумку с оружием и патронами, омега ужом скользнул на пассажирское сидение. Продержавшись несколько минут после спешного отъезда от полицейского участка, он уронил первую слезинку на колени. Это стало началом бурной истерики, сопровождаемой всхлипами и сбивчивыми рассказами о том, как старший брат схватил омегу за шкирку в первые же минуты после начала конца и выволок прочь из быстро погружавшегося в хаос дома. Они запрыгнули на мотоцикл Бэкхуна, отпинываясь от особо резвых заражённых, и покатили на выезд из города. Очевидно, старший брат обладал нехилым хладнокровием и острым умом. Сразу сориентировавшись, они заскочили в супермаркет (видимо, тот, чья рухнувшая вывеска вывела Чонгука из панического ступора), смели с полок всё, что не забрали остальные, в диком ужасе хватавшие всё на своём пути. Почему-то мысли скооперироваться с кем-то не возникло, а потому братья покинули новое прибежище для мародёров вдвоём, двигаясь в сторону кольцевой автодороги. Что произошло в участке, который братья Пак навестили следующим, Чонгук уже знал.       Чимин долго оплакивал старшего брата – сначала истерично подвывая, а потом просто роняя тихие слёзы на колени. В первую ночь Чонгук не спал – уснуть было невозможно не только из-за страха оставить незамеченным приближение мертвецов, но и из-за всхлипов, раздававшихся из соседнего спального мешка.       Спустя пару дней омега по-прежнему был тих и подавлен, однако слёзы сменились апатией и бесконечно понурым разглядыванием меняющихся за окном пейзажей.       Чонгук осторожно похлопал Чимина по плечу. Тот подорвался, беспокойно оглядываясь, но, оценив обстановку, вернул голову обратно на холодное окно.       — Задержимся тут? – спросил альфа, кивая на уже мелькавшие впереди дома.       — Как хочешь, — пожал плечами омега, — без разницы ведь, где.       Чонгук хмыкнул. Он свернул с дороги, подъезжая к невысокому дому в три этажа. Мертвецов видно не было, впрочем, как и живых. Только собака бесконечно уныло завывала где-то впереди. Интересно, а животным этот вирус передавался?       — Пошли, — он уже по привычке не заглушал мотор, только проверил наличие двух пистолетов за поясом.       Чимин кивнул, сжимая тот старый нож, прихваченный Чонгуком из дома ещё в первый день, и открыл дверцу машины.       В доме было так же тихо, как и в городе. Но это напрягало альфу ничуть не меньше, чем хриплое дыхание и угрожающее рычание, которое они не раз слышали рядом с собой за последние дни. Перешагивая через поломанную мебель, обставлявшую раньше, видимо, какой-то офис, они осторожно пробирались вглубь.       Попытка отворить ближайшую дверь не увенчалась успехом – альфа почувствовал с той стороны ответное давление и услышал рык мертвеца, учуявшего ужин. Захлопнув дверь и заблокировав её с помощью ножки разломанного стула, Чонгук прислушался – шум в этой части здания, казалось, не вызвал ни единого отклика в других.       Альфа в судьбу и удачу не верил. Его страшила мысль о том, что сейчас они относительно легко получали и кров на ночь, и пропитание. Им не встречались подонки, почувствовавшие волю после конца света и желающие забрать их добро. Только такие же люди, как они, старались по возможности быстрее разминуться на дороге и не вглядываться в испуганные лица во встречных машинах. Всё было относительно неплохо, а потому Чонгук думал лишь о том, когда им придётся расплачиваться за эту малую толику спокойствия. Создавалось ощущение затишья перед бурей.       Оставив Чимина в первом осмотренном офисе, Чонгук быстро прошёлся по остальному зданию. Мертвец встретился только в уборной – кто-то безжалостно проткнул древком швабры живот ещё живого на тот момент человека, оставив того вертеться на полу туалета, будто на вертеле, навсегда.       Вернувшись обратно ко входу, альфа кивком показал, что да, можно забирать вещи из машины и глушить мотор. Чимин молча подчинился.

***

      — Как думаешь, когда мы найдём что-нибудь? Какое-нибудь долговременное укрытие? – омега уныло ковырял рыбные консервы, сидя на полу.       — Не знаю, — Чонгук напряжённо вглядывался в окно, ощущая, как внутренний сигнал тревоги беспрестанно орал о приближающейся, но пока ещё неизвестной опасности, — но найдём точно.       — Я знаю, — на удивление твёрдо сказал Чимин, поднимаясь на ноги и подходя к альфе.       Он едва касался его плечом, но Чонгук чувствовал исходящее от чужого тела тепло. На секунду он задумался о том, что ситуация вполне подходящая: горящие свечи, найденные в одном из домов, тишина, достаточно мягкие спальные мешки. Можно было коснуться маленькой ладони омеги, провести рукой по прямой спине и зарыться пальцами в чёрных волосах, притягивая к себе. Можно было, но от одной мысли об этом Чонгука передёрнуло – Чимин виделся ему в качестве попутчика, друга, максимум брата, но никак не любовника.       Альфа усмехнулся в темноту ночи – не время быть разборчивым, ой не время. Но инстинкты не обманешь: сущность альфы не принимала сладкий запах Чимина даже в условиях апокалипсиса.       — Иди, поспи, — он подтолкнул омегу в сторону спальных мешков, — я разбужу тебя через несколько часов.       Тот рассеянно кивнул и направился в сторону спального места, туша на ходу все свечи, кроме одной.

***

      Ночи уже становились прохладнее, и в доме с отключённым отоплением ходил сквозняк. Чонгук поёжился, ощущая на шее прикосновения холодных пальцев ветерка, и отошёл к другому окну. Где-то на востоке занимался рассвет, а значит, пора было будить Чимина, чтобы тот заступил на вахту, а сам альфа смог урвать хотя бы пару часов сна.       Внезапно выхваченная взглядом качающаяся тень, идущая прочь от розоватого света поднимающегося солнца, привлекла его внимание. Прильнув к окну, Чонгук замер, а после тихо выругался сквозь зубы. Один мертвец – не так страшно. Напряжённо следя за перемещениями нетвердого тела, парень слегка успокоился, когда увидел, что оно сворачивает на соседнюю улицу.       — Хён, вставай, — он мягко потрепал спящего по плечу.       Тот продрал глаза, сел на сбившемся спальнике и потянулся:       — Сколько будешь спать? — деловито спросил омега.       — Часа три, не больше. Я видел мертвеца, — со вздохом альфа упал на нагретое другом место, — одного, но всё равно, будь настороже.       — Вас понял, — хмыкнул новый наблюдатель и пристроился на подоконнике.       Спасительные темнота и спокойствие накрывали быстро — только голова коснулась тонкой подушки, как альфа уже погрузился в полудрёму. Окончательно провалиться в сон ему не дал дрожащий голос:       — Чонгук-а, — омега метался от окна к окну, заламывая руки, — вставай, пожалуйста!       Младший мгновенно подорвался, понимая, что Чимин не будет просто так отнимать у него крупицы драгоценного отдыха.       Улица быстро заполнялась трупами. Некоторые расходились на перекрёстках, как их одинокий предшественник несколько минут назад, но довольно внушительная толпа собралась в том тупичке, где располагалось их укрытие.       — Блять, — выругался альфа, лихорадочно соображая.       — Может, если подождать, они уйдут?       — Вряд ли, — мотнул головой Чонгук и попытался припомнить, не видел ли он запасной выход, — здесь тупик, а они слишком безмозглые, чтобы просто развернуться. Твою ж мать!       Он запустил пальцы в волосы и судорожно их сжал — сумка с оружием и остальные припасы остались в машине, которую любовно облепили мертвецы.       — Что же делать, Чонгука-а, — прошептал омега и зажмурился от страха, прижимаясь к плечу друга.        — Вы совсем дебилы или да? — как гром среди ясного неба раздался позади парочки хриплый голос, который испугал их не хуже толпы мертвецов за окном.