Конфеты

      Она очень долго выбирала эти конфеты. Ее бюджет был ограничен — карманные деньги на этот месяц пришлось потратить на новые гитарные струны, у родителей просить не решилась, ведь начали бы спрашивать, на что ей, а врунья из Пик была очень скверная. Девочка исходила не один магазин, прежде чем нашла что-то более-менее подходящее и похожее на любимые сладости Зика, а главное — вполне укладывающееся в имеющуюся сумму.       После долгого поиска следовало долгое сомнение. Какая могла быть у него реакция? Понравятся ли ему эти конфеты? Всю ночь напролет перед злополучным Днем Святого Валентина Пик просидела в раздумьях на балконе. Собственно, она бы не стала этого делать, у нее сердце уходило в пятки только при одной мысли о том, чтобы заговорить с предметом обожания. Все дело было в глупом споре, успешно ею проигранном. Даже в двенадцать ночи, во время телефонного разговора, она попыталась еще раз попросить подругу Лиль изменить свое желание, но та наотрез отказалась.       Поэтому девочка не придумала ничего другого, кроме как решительно настроить себя на то, чтобы завтра подойти к Зику Йегеру и подарить ему коробку конфет, пускай довольно дешевых, но все же вкусных.       Наверное.       Это не точно.       Пик посмотрелась в карманное зеркальце. В таком виде идти дарить что-то своему возлюбленном не пришло бы в голову ни одной девочке, но все, что она могла сделать со своим внешним видом — причесать растрепавшие волосы, что она и делала, старательно проводя гребнем по темным мягким прядям, параллельно с этим обдумывая, собрать ли волосы в хвост или оставить распущенными. — Пикушка, ну ты идешь? — Энни раскрыла дверь кабинета настежь и уставилась на подругу своими холодными голубыми глазами, — А почему ты без гитары? — Она-а в разде-ева-алке-е, — растягивая гласные, как будто неуверенная в том, что действительно оставила свой музыкальный инструмент именно в том месте, которое назвала лучшей подруге, произнесла Пик. — Кстати, Энни, у меня к тебя просьба. Скажи учителю, что я опоздаю, потому что ушла в мед.пункт. — В мед.пункт? Тебе плохо? — Леонхарт тут же заподозрила неладное, но виду не подавала. — Не совсем так, — девочка достала из портфеля красную коробку сердцевидной формы с розовым бантом и демонстративно показала подруге. — Ох, только не говори, что ты собираешься подарить их Зику! — выпалила Энни, подлетая к подруге. — Пик, ты можешь не выполнять это глупое желание Лиль! Он старше тебя, на четыре года, а тебе всего тринадцать, на что ты вообще рассчитываешь? — лишь на мгновение поддавшись эмоциям, сейчас светловолосая девочка уже вновь смотрела на нее холодным взглядом. — Энни, ну кому, как не тебе меня понимать? Ты ведь тоже влюблена в старшеклассника… — Но я же не бегу сломя голову ему в этом признаваться. — А кто сказал, что я собираюсь признаться? Я просто подарю ему конфеты. Так многие делают, так почему я не могу? — Конфеты в День Святого Валентина — знак симпатии. Это все очень глупо. Ты толком не знаешь, что из себя представляет Зик, от чего ты свято веришь, что он такой прекрасный, как в твоих фантазиях? — Мои фантазии подкреплены фактами. Эрен говорит, что Зик очень хороший. Редко младшие братья отзываются о старших хорошо, как человек, у которого есть невыносимый старший брат, это говорю.       Пик с привычной полуулыбкой провела пальцем по атласной ленте розового цвета, которая была украшением ее скромного маленького подарочка. Она перевела усталый взгляд на подругу, но тут же закатила глаза и отвернулась, пряча в рюкзак коробку — недовольное лицо Энни легко сбивало боевой настрой девочки. Подруга не просто не одобряла того, что планировала совершить Пик, она была готова подраться с ней, лишь бы коробка с конфетами не дошла до человека, которому предназначалась. Пик не злилась, нет, ведь Леонхарт просто заботится о ней. — Ай, делай что хочешь! — махнула рукой Энни и решительными широкими шагами направилась к выходу. На несколько секунд она замерла в дверном проеме и через плечо посмотрела на подругу. — Волосы распусти. Так лучше.       Девочка улыбнулась вслед подруге и тоже покинула класс, намериваясь направиться на излюбленное старшеклассниками место — небольшая площадка, выложенная плиткой, находящаяся за школой. Там собирались многие ученики на переменах, включая Зика и нескольких его друзей.       Пик выглянула из-за стены, наблюдая за Йегером и его друзьями. Она прижала к себе коробку и глубоко вздохнула. Страшно. Как будто на смертную казнь ведут. Ноги не слушались ее, а в горле стоял ком, и казалось, что даже начинало тошнить. — Давай, Пик, ты сможешь. Или не сможешь?.. — девочка прикусила губу и снова выглянула из-за угла. — Сейчас или никогда! — заявила она сама себе и направилась в сторону нескольких молодых людей, сбившихся в стайку.       Но, как только она приблизилась к ним так близко, что могла коснуться Зика, просто вытянув руку, замерла, продолжая прижимать к себе эти дурацкие конфеты. — Малая, тебе чего? — один из парней, высокий и тощий, обратил на нее внимание, а затем на коробку конфет и хихикнул. Кажется, он уже сообразил, к кому и зачем пришла Пик. — Смелые нынче мелкие пошли, — уже тише добавил парень, чтобы девочка не услышала его. — Зик Йегер, — у нее пересохло в горле и всю грудную клетку как будто сдавили тисками, голос звучал хрипло и тихо, как будто она была готова в любую секунды разрыдаться. — Да? — блондин повернулся к ней и улыбнулся, поправив очки. — М-меня зовут Пик, я учусь с твоим младшим братом… э… это не столь важно… в общем, не суть, я… вот! — она протянула ему коробку и зажмурилась. В это мгновение ей стало так стыдно, что захотелось убежать как можно дальше и стереть себе память, чтобы никогда не вспоминать этот позор. — Спасибо.       Странное ощущение, появившееся от секундного прикосновения его пальцев к ее трясущимся рукам, напоминало ей о зимних холодных ночах и тому теплу, которое приносит горячий чай в ненастную погоду и заставило вновь открыть глаза, но все равно дальнейшие события были как в тумане. Стойкий запах мужского одеколона и легкий поцелуй в щеку — ей показалось, что она просто во сне.       Девочка закрыла раскрасневшееся лицо руками и наконец смогла вернуть себе контроль над ногами. Так быстро она еще никогда не бегала. Оказавшись снова за углом, где никто ее не видел, Пик села на землю и обняла колени, прислушиваясь к тому, о чем говорили сейчас Зик и его друзья. — Йегер, на молоденьких потянуло? — смеялся один из его друзей. — Брось, Рей, она просто влюбленный ребенок, — отмахнулся Зик и сам рассмеялся. — Ее лицо было весьма забавным!..

***

-…а потом пришла какая-то рыжеволосая девушка, а Йегер ушел, и его друзья все рассказали этой девушке и они все надо мной смеялись, — Пик хотелось заплакать. — Я тебя предупреждала, — Энни, сидевшая напротив, мысленно торжествовала. — Могла бы и поддержать, — Пик еще сильнее расстроилась от того, что подруга злорадствовала, когда ей было так плохо. — А я что делаю? Я сижу в твоем любимом кафе, кормлю тебя твоим любимым мороженым и даже перенесла ради тебя встречу с Бертом, Райнером и Гильярдами. Если это не поддержка, то я не знаю, что это, — Леонхарт лениво зачерпнула ложкой мороженное. — А пошли с нами мяч гонять, а? Вид ссорящихся Порко и Райнера поднимет твое настроение. У тебя ведь с собой кеды? — Наверное, ты права… Да вроде бы… надо глянуть, — Пик, не отводя от подруги тоскливого взгляда, залезла рукой в спортивную сумку и удивилась тому, что помимо кед и спортивных штанов, которые лежали там всегда, нащупала что-то еще. Она ничего больше никогда в этой сумке не носила...       Прямоугольным вытянутым предметом оказалась ничто иное, как самая обыкновенная шоколадка. С прикрепленной к ней запиской. — Энни, я не иду сегодня с вами! — девочка вся просеяла и вся грусть словно испарилась. — Чего это тут? — Леонхарт протянула руку через стол и забрала у подруги лист бумаги.       Сегодня в шесть в центральном парке, надеюсь, ты придешь. P.S. Конфеты были очень вкусными. - П-погоди, Пик, а если он хочет опять над тобой посмеяться?       Но девочка уже не слушала подругу и мечтательно вздыхала, глядя в окно. Посмеяться - не посмеяться... ему конфеты понравились!..