Я встретил ангела

      У Лэнса жутко болела голова. Перед глазами темнота, кромешная темнота. Его слух улавливал лишь какое-то пищание прибора.       Все тело болело. Шатен попытался пошевелить рукой, но та лишь отозвалась неприятной болью. Лэнс решил открыть глаза, но это было не так просто. Парню казалось, что веки склеены, и открыть их — задача не из простых.       Лэнс услышал приближающиеся шаги. Он попытался заново распахнуть глаза, но у него не получилось. Он издал приглушенный стон, что не укрылось от приближающейся медсестры. — Доктор! — её голос был наполнен одновременно и тревогой, и радостью. — Он очнулся! Доктор Когане! Скорее!       Суета заполнила палату Лэнса. Казалось, все были обеспокоены им. Для парня это было чем-то новым. Кто-то беспокоился о нём…       Он все время пытался обратить на себя внимание. Пытался все время шутить, улыбаться, делать всё, что могло привлечь внимание на одинокого паренька. Но никто не находил его шутки остроумными, а компанию интересной. Поэтому такое внимание заставляло Лэнса чувствовать себя немного не в своей тарелке.       Шатен услышал приближающиеся шаги: теперь людей было двое, как он предположил. Парень собрал всю свою волю в кулак и опять попытался распахнуть глаза. И на этот раз ему это удалось.       Вначале все было слишком расплывчатым, но потом предметы начали обретать форму и контуры. И перед собой Лэнс увидел красивого парня лет двадцати пяти. Его фиолетовые глаза, в которых читались боль и одиночество, подчеркивались черными, как сама тьма, волосами. Белый халат придавал лишь определенную контрастность всему образу молодого доктора.       Лэнс пытался сфокусировать взгляд на человеке, который предстал перед ним. А доктор, в свою очередь, приблизился к пациенту ближе и, достав фонарик, начал делать свою работу: он посветил им в каждый глаз шатена и спокойно выдохнул.       Лэнс внимательно следил за движениями этого незнакомца. Глаза были такими знакомыми, но он ничего не мог вспомнить. Совершенно ничего. Пустота. Пустота была в его памяти и душе. На мгновение Лэнс испугался и посмотрел в глаза доктора, будто прося помощи. Брюнет стоял в недоумении. Он знал, что надо узнать, кто этот больной, как его зовут и прочее. Но что-то в его синих, как сам океан, глазах не давало покоя. Доктор сразу вспомнил ту ужасную картину: окруженный толпой парень, лежавший без сознания, и огромная лужа крови, которая медленно растекалась в разные стороны.       Воспоминания брюнета перебил голубоглазый пациент. — Почему у Вас чёрные волосы?       Вопрос поставил в недоумение и доктора, и медсестру, стоявшую позади него. Но Лэнс спрашивал серьёзно. Парень понимал, что он потерял память, но что-то ему казалось таким знакомым в этом необычном докторе. Единственное, что помнил Лэнс — это своё имя и неизменное чувство юмора. — Что? — удивился врач, приподнимая левую бровь на пару сантиметров выше. — Я думал, что у ангелов только белые волосы. — Не отрывая глаз от доктора, серьезным тоном ответил Лэнс, но с широкой улыбкой на лице.       Сказать, что брюнет удивился — ничего не сказать. Его переполняли различные чувства: начиная от радости и заканчивая недоумением.       «Ангел» влепил нехилую пощечину пациенту и, повернувшись к медсестре, строго проговорил: — Сестра, пациент еще не пришел в себя. Ему нужен отдых. — парень повернулся к больному и раздраженно на него посмотрел. — А Вы… отдыхайте.       Брюнет развернулся и собрался покинуть комнату вслед за медсестрой, но его окликнул всё тот же странный пациент. — Если Вы не ангел, то кто?       Врач развернулся, зло сверкнув своими очаровательными, как заметил Лэнс, глазами. — Я доктор. Доктор Коганэ. — Моя жизнь в ваших руках, доктор Коганэ. — Чувственно сказал пациент, отчего сам немного удивился, но потом с ехидной улыбкой добавил: — А может, и не только жизнь…       Врач резко вылетел из палаты и шумно захлопнул дверь, заставив всех в коридоре обратить на него внимание. Опустив голову, он направился в ординаторскую, чтобы успокоиться и после продолжить своё прерванное дежурство.

***

— Так, как Вас зовут? — протараторила медсестра. — А где доктор Коганэ? — расстроенно спросил Лэнс.       Да, он не был против компании медсестры. Да еще такой привлекательной: смуглая кожа, серебристые длинные волосы, заплетенные в высокий пучок, две татуировки под нежными голубыми глазами. «Какая медсестра делает татуировки? Так ведь всех пациентов можно распугать!» — подумал Лэнс. — Доктор Коганэ сейчас занят. А теперь давайте продолжим. — А мы и не начинали. — парень улыбнулся и подмигнул девушке, а та, в свою очередь, изобразила, что её тошнит. — Как Вас зовут? — А почему Вы сделали татуировки? Что они значат? — Это тебя не касается, — грубо ответила медсестра.       Теперь она понимала, почему доктор Коганэ отказался делать такую простую, казалось, процедуру. Но с этим пациентом не соскучишься. — О! — удивился Лэнс, привстав с кровати. Он поднес палец к губам и приподнял одну бровь. — Мы уже на «ты»? Хорошо. Скоро и на свидание сходим. Вот выпишут меня… — Не выпишут до тех пор, пока не узнают Ваши личные данные. Повторяю последний раз… — она глубоко вдохнула и пыталась скрыть гнев и раздраженность. — Как Вас зовут? — Так мы же перешли на «ты», разве нет?       Девушка секунду смотрела на парня, а потом бросила бумаги и скрылась за дверью, не забыв при этом громко выругаться. А Лэнс ей только и кричал вдогонку: «Позовите доктора Коганэ!».       Пациент не мог понять, почему этот доктор его так заинтересовал. Единственное, что он понимал, так это то, что этот брюнет связан с его прошлым. И Лэнс поставил себе цель — выяснить и вспомнить. А важной деталью этого плана был выше упомянутый доктор Коганэ, чьи глаза так сильно привлекли внимание такого простого паренька — Лэнса.

***

— На Вас уже медсёстры жалуются. Говорят, что Вы, как бы выразиться помягче, бесите их. — доктор Коганэ не изъявлял желания приходить в эту палату. Однако после того, как три медсестры начали обходить эту палату, шарахаясь от каждого звука, врач решил принять меры. — Ну понимаете, доктор Коганэ, — пациент невинно посмотрел на брюнета, — я ничего не могу с собой поделать. Я ведь не виноват, что я такой привлекательный, что они даже выдумывают странные оправдания, лишь бы вновь меня не видеть и не наслаждаться такой красотой. Понимаете, у них разгорается внутри желание быть ближе ко мне, но они пытаются ему противиться. Поверьте, зря они так делают. Это им не поможет. — Лэнс одарил доктора своей чарующей улыбкой, на что последний лишь скривился. — Хватит. Мне надо задать Вам пару вопросов. Начнем… — А может, сразу на «ты»? — Нет. На «Вы» будет достаточно. Как Вас зовут? — совершенно серьёзно спросил доктор. — А Вы не знаете, доктор Коганэ? — он сделал акцент на слове « вы» и хитро прищурился. — Понятия не имею. — Безразлично ответил врач. — А зачем Вам это надо? — Лэнс продолжал делать акценты. — Для заполнения данных. — А я думал, вы просто хотите найти мою страницу в социальных сетях. О, — пациент подскочил на кровати и сел на колени, — или вы хотите сложить вместе наши имена в одно шикарное и так называть нашу парочку? Чур, я снизу!       На лице доктора Коганэ можно было различить множество эмоций, но вот презрительность, раздражительность и удивление были главными. — Что Вы тут устроили? — врач чувствовал, как его тоже начинают немного бесить. — Я? — удивился Лэнс. — Совершенно ничего. Я тоже хочу узнать Ваше имя, доктор Коганэ. — Нет. Хватит вести себя, как маленький ребёнок. — Может, я и есть маленький ребёнок в теле взрослого мужчины? — он приподнял бровь, будто заигрывал. Хотя, почему «будто»? — Давайте так, доктор. Вы мне скажете своё имя, а я Вам — своё. Договорились?       Брюнету не нравилась эта идея, и он неодобрительно смотрел на искорки в синих глазах. Однако он понимал, что иного выхода просто нет. Поэтому врач и согласился. Но в голове Кита созрел план: назовись он другим именем, то пациент даже ничего не поймет. — Хорошо, но Вы — первый. — Только называем настоящие имена, хорошо, доктор Коганэ?       Сомнения прокрались в голову врача незаметно. «А если он вспомнил моё имя? Да, мы пересеклись лишь однажды, но вдруг именно этот кусок памяти к нему и вернулся? — думал Кит. — Рисковать нельзя.» — Хорошо. — Единственное, что я помню, это… — пациент сделал небольшую паузу. — Ваши неотразимые глаза и своё имя. Меня зовут Лэнс. Это всё, что я могу Вам сказать на данный момент. Теперь Ваша очередь, доктор. — Что-нибудь еще помните? Семью? Друзей? — брюнет записал имя в свои бумаги. — Нет. Имя, доктор. — Напомнил шатен. — Хорошо, тогда отдыхайте. — Он развернулся и подошёл к двери. — А Вы играете не по правилам. Так нечестно. — Лэнс не обиделся, но голос его звучал, будто ему не купили очередную игрушку. Его это забавляло. — Кит. — Сказал доктор и захлопнул дверь. — Приятно познакомиться, доктор Кит Коганэ.

***

      Он знал его, пускай и не долго, но знал. И тогда, когда он увидел его почти бездыханное тело в крови, всё внутри сжалось. Неужели всё случилось именно так?       У них были общие друзья, именно благодаря которым они и познакомились. Однако дальше приветствия диалог этих двоих не зашел. И вот тогда, в тот злополучный день… Он опять увидел его. Кит понимал, что при виде этого странного шатена все его внутренности начинали плавиться, а голова не могла нормально соображать. Но после того, как он увидел своего нового знакомого всего в крови, он забыл обо всём. Он забыл, что он доктор. Он забыл, что он спешил, так как опаздывал. Он забыл, куда он спешил. Всё остановилось при виде этого беспомощного парня. Кровь. Лужа крови.       Для Кита свойственно видеть кровь — он врач. К запаху и виду крови он привык. Но еще никогда она не вызывала у него такого отвращения и такой боли. И лишь крики какой-то пожилой женщины вывели его из своих мыслей. Он бросился к пострадавшему и громко кричал: «Расступитесь! Ему нужен воздух! Звоните в „Скорую“! Быстрее!».       Кит понимал, что от его действий зависит жизнь этого парня. Он не мог сдаться. Не сейчас.       Кит колеблется. Он не знает, как поступить правильно. Ему страшно. Он хочет помочь Лэнсу, но он боится, что память шатена вновь вернется. И тогда всё просто исчезнет. Он опять станет чужим человеком. А сейчас он, вроде как, ближе всех к нему.       Кит глубоко вздохнул и позвонил их общему другу. «А правильно ли я делаю? Может, не надо так торопиться?» — Привет, братишка! — все же Киту ответили. — Привет, Ханк. — Печально сказал парень, но потом натянул на себя свою обычную эмоцию — безразличие. — Что-то случилось?       Говорить или нет? Этот вопрос стоял перед Китом. Он понимал, что с друзьями Лэнс вспомнит все намного быстрее, и шанс брюнета пропадет. Но он и не мог умолчать о происшествии. Кит колебался. Его руки начали дрожать. — Ки-ит? — Да, я здесь. — Что-то случилось? Ты какой-то странный… — Нет, Ханк, всё в порядке. Я случайно набрал тебя, извини. — О, да ничего страшного. — Прости, мне надо идти. — Хорошо, пока. — Он бросил трубку.       Кит соврал. Соврал своему другу. Он чувствовал себя предателем, но он не мог просто так сказать. Он понимал, что друзья только помешают. Но… — Нет, я так не могу. — Сказал сам себе Кит и опять набрал номер Ханка. — Ты меня начинаешь уже пугать. — Друг был встревожен поведением брюнета. — Ханк, тут… — Я слушаю, братишка, говори. — Помнишь, на вечеринке у Пидж был паренёк… Лэнс его звали. Вы нас тогда познакомили… — Да, помню. Славный парень, только вот чувства юмора хромает. — Друзья одновременно улыбнулись, ведь знали, что это чистая правда. — Понимаешь, Ханк, он сейчас в больнице. В моём отделении. Он попал в аварию, и его память… — он глубоко вздохнул. — Он потерял свою память. — Ты не шутишь? — голос на том конце был очень взволнован и шокирован. — Нет, Ханк. Он никого не помнит. Его родственники не появлялись. Вот я и подумал, может, они и не знают, что с ним произошло. — Господи, Кит, они ведь не смогут приехать. — Почему? — удивился брюнет. — Они в другой стране, за тысячи километров отсюда… Как он? — Стабильно. Жизни ничего не угрожает. Но вот потеря памяти… Чтобы вернуть её, нужно общение с родными или друзьями. — Когда его можно навестить? Мы приедем! — З-завтра. А лучше… — Кит замялся. — Послезавтра. — Хорошо. Мы приедем послезавтра. Спасибо. Пока. — Пока…       Кит решился. Он рассказал. Но… он умолчал о многом. К примеру, Лэнса можно было навестить и сегодня. Однако, что-то его заставило соврать.       Полтора дня. Всего лишь полтора дня есть у Кита, чтобы… А зачем ему? Он сам не понимал, чего он добивается. Это было для него очень странным. Он ничего не понимал… Кит провел рукой по волосам и тихонько прошептал: — Полтора дня…