Too Real

Она не могла выкинуть его из головы. Ни его губы, которые были такими мягкими, податливыми, нежными и легкими на ощупь, ни вкус его языка, ни ощущение его зубов на ее коже. Мысли об этом заставляли ее нервничать. По коже бегали мурашки каждый раз, когда ее ноги касались друг друга. Возникало это жгучее и ненасытное желание прикоснуться к тому месту, где он касался ее, и вновь пережить это обжигающее чувство. Вот из-за чего она лежала на кровати глубокой ночью, уставившись в потолок с зудящей кожей и мокрыми шортами. «Я не сделаю это, я не буду этого делать, я не смогу, я не позволю ему засесть в своей голове, я такая глупая…» Маринетт застонала, прижав подушку к лицу, и, вскрикнув от досады, перевернулась на живот. Футболка задралась вверх. Даже ткань простыни дразнила кожу, касаясь ее обнаженных рук, щекоча ее обнаженный живот. Она чувствовала, как соски прижимаются к тонкой ткани футболки. С каждым вздохом по телу пробегала дрожь. Чувства обострились, она ощущала свое тело как никогда раньше. Сердце колотилось, дыхание было тяжёлым… Все это из-за Кота, из-за его дурацких мягких губ, красивого лица и твердого члена. — Агх! — заворчала она, когда сама только мысль о его эрекции, прижимающейся к ней, послала дрожь по телу и заставила ее сжать ноги. Ощущение влаги дошло до ее сознания. — Маринетт? — донёсся сверху тихий голос. Она подняла голову и встретилась глазами с Тикки. Когда девушка не ответила, квами сочувственно посмотрела на нее и мягко спросила: — Оставить тебя одну? Щеки Маринетт вспыхнули, она судорожно пробормотала: — Ч-что?! Нет! Я… мне не нужно… этого. Мне… мне просто нужен холодный душ. И ещё возможно какая-то магия для стирания памяти, чтобы я могла выкинуть Кота из головы. Тикки хихикнула и погладила ее по щеке: — Ты не первая ЛедиБаг, которая чувствует что-то подобное, Маринетт. Это вполне естественно, и я постоянно сталкивалась с этим. Просто ложись, узнай свои возможности, а я тем временем спущусь к столу и буду наслаждаться печеньем, пока ты решаешь свою проблему. Маринетт тут же взвизгнула и подавилась собственной слюной. Прежде чем она успела ответить, Тикки умчалась прочь, оставив ее одну на слишком большой кровати. Навязчивый голосок где-то в глубине ее сознания напомнил ей о Нуаре, так что это уже не казалось таким страшным. Но Маринетт отбросила эти мысли, чуть не опустившись на подушки. Может Тикки была права. Возможно, это поможет ей избавиться от этой ужасной болезненной потребности, о которой тело просто умоляло ее. «Сделай первый шаг, — говорил настойчивый голос. — Сделай это, — мурлыкал он тоном, поразительно похожим на тембр Кота. — Сделай себе так же хорошо, как это делал он.» Судорожно сглотнув, Маринетт перевернулась на спину и приняла окончательное решение. «Только один раз», — сказала она себе. Но, по правде говоря, она поняла, что солгала, когда кончики ее пальцев начали нежно поглаживать обнаженную грудь и потирать затвердевшие соски сквозь тонкую ткань футболки. «Всего один раз, и я больше никогда не вспомню об этом». Маринетт настолько сильно погрузилась в собственные ощущения, что не услышала, как кто-то приземлился на балкон.

***

Кот вовсе не хотел подглядывать. Честное слово, он просто собирался ненадолго заглянуть в гости, купить немного печенья и продолжить дальше свой путь. Сегодня у него было особо хорошее настроение. Маринетт всегда старалась поднять его своей яркой улыбкой и милым смехом. Если бы он был честен с самим собой, то признал бы, что она красивая девушка и он, возможно, немного влюблен в нее. Но у него была его Леди, и она ответила ему взаимностью ночь назад. Он не мог поверить своему счастью. Летние каникулы были в самом разгаре, что давало ему возможность спокойно высыпаться днем. К счастью, его отец часто бывал в командировках, и фотосессии планировались редко, как и во время учебного года. Времени на отдых было так же много, как и для того, чтобы перевоплощаться в Кота. После событий со Злолюстратором Кота потянуло к Маринетт. В ней что-то было. Она была как свет в ночи, сияющий словно маяк для тех, кто потерялся. Она была приветливой, с ней было тепло, будто у камина зимой. Ее улыбка была похожа на одинокую звезду в темном небе. Хоть она и не могла сравниться с его Леди, когда дело касалось любви, было в ней что-то такое, что постоянно возвращало Кота назад. Он знал свою одноклассницу лучше, чем кого-либо другого. И ему нравилось, что его застенчивая в школе подруга ведёт себя дерзко и нахально по отношению к его образу Кота Нуара. Вот что привело его на этот балкон в эту душную летнюю ночь. Он просто должен был увидеть ее, рассказать ей новость о том, что он и ЛедиБаг наконец-то пересекли черту. Но не то чтобы он хотел рассказать ей какую именно черту они пересекли. Он мог только вообразить, как покраснеет ее лицо и как будет нервничать Кот, рассказывая ей столь интимные подробности. Он усмехнулся про себя, приземляясь на корточки. Он выпрямился и уже собирался постучать в ее окно, когда услышал ошеломляющий звук. Его рука застыла в воздухе прямо над открытым окном. Он прислушался. Голос был хриплым, достаточно тихим, чтобы затеряться в ночи, но Кот слышал его так, словно он раздавался прямо у него над ухом. Это была Маринетт, и голос ее звучал прямо как… вау. Он сглотнул, когда узнал этот звук. Ледибаг издавала такой же недавно ночью. — Ах… В горле Кота встал комок, сердце бешено заколотилось. Да. Ошибки быть не может. Маринетт определённо издавала те же хриплые стоны, что и ЛедиБаг. Это значит… Он сглотнул и тут же почувствовал, как реагирует его тело. Каждый из ее стонов звенел в ушах, члену становилось все теснее в обтянутом латексе. Его сердце колотилось от стыда и возбуждения. Интересная смесь, учитывая в какое затруднительное положение он себя поставил. Слишком погруженный в свои мысли о ЛедиБаг, он не заметил, как в комнате Маринетт погас свет и наступила тишина. Коту надо было уходить, но он был слишком взволнован, и ему просто необходимо было сказать кому-то, что его желание сбылось, и он наконец-то смог поцеловать свою Леди. И даже больше. Он понял свою ошибку только когда ее голос снова достиг его ушей. Но Кот был слишком занят своими мыслями, чтобы хотя бы подумать о том, чтобы развернуться и помчаться обратно в особняк Агрестов. Что-то удерживало его здесь, что-то в ее голосе притягивало его ближе к открытому окну. Не то чтобы он правда смотрел. — А-а-ах, Ко-о-от… Если сердце вообще имело свойство останавливаться, а затем быстро затрепетать словно крылья колибри, то Кот испытал сейчас именно это. Видела ли она его? Знала ли, что он где-то здесь? Она позвала его? Нет, Кот. Ты недавно обрёл вместе с ЛедиБаг нечто особенное. Не разрушай это только потому, что другая красивая девушка стонет твое имя посреди ночи, ублажая себя. Любопытство не давало ему покоя, и он не мог удержаться, чтобы не подсмотреть. Он повернул за угол, подключая свое ночное зрение, и чуть не задохнулся от открывшегося перед ним вида. Маринетт лежала на спине, прогнувшись дугой вверх. Одной рукой она обхватила свою грудь, сжимая сосок через ткань. Другая рука покоилась между ее бедер, пальцы быстро водили по промежности. Кот чуть не взвизгнул и повернул за угол. Сердце подступило к горлу, а желудок исполнял сальто. Это было, пожалуй, самое возбуждающее и прекрасное зрелище, которое он когда-либо видел в своей жизни. Ее волосы разбросались по подушке, дыхание прерывалось, щеки пылали от удовольствия… Ее приоткрытый рот напоминал ему Ледибаг, чьи возбуждающие и горячие стоны обдавали теплом его лицо, пока их обоих окутывала волна наслаждения. У него закружилась голова от одной только мысли заняться этим с обеими девушками. Он не мог себя контролировать, дыхание стало прерывистым, брюки стали такими же неудобными и тесными как в прошлый раз. Её стоны становились всё громче и Кот понимал, что рано или поздно кто-то другой может услышать её. Что ему сделать? Прервать и вести себя так, словно он не знал чем она занималась? Постучать в ее окно и признаться, что он повёл себя как извращенец и тут же приготовиться испытать на себе гнев девушки? Оставить все и позволить кому-то еще заметить ее? Нет. Со вздохом Кот поднял руку и трижды легонько постучал костяшками пальцев в ее окно. Он услышал, как она вскрикнула и скатилась с постели, как она вскочила на ноги и побежала к окну. Когда люк на крыше открылся и в него просунулась ее голова, Кот почувствовал, как у него перехватило дыхание при виде нее. Волосы ее слегка растрепались, обрамляя ее раскрасневшееся лицо и почти закрывая остекленевшие от возбуждения глаза. Дыхание было учащенным, грудь тяжело вздымалась. Потрясающий вид. Она так сильно напоминала ему ЛедиБаг после их последнего свидания. — К-кот? — она несколько раз моргнула и скрестила руки на груди, но Нуар успел заметить ее торчащие соски сквозь тонкую ткань. — Ч-что ты здесь делаешь? Уже поздно. Кот пожал плечами и неторопливо подошел, пока не оказался прямо перед ней. В эту секунду он молился, чтобы было слишком темно и она не смогла увидеть его эрекцию. Но ее глаза, к счастью, не отрывались от его лица. Он небрежно ответил: — Я просто решил навестить свою принцессу. Маринетт усмехнулась и закатила глаза: — Вряд ли это веская причина. Я пыталась заснуть. Ну да, конечно. Кот что-то промурлыкал ей в ответ, затем наклонил голову и оказался на одном уровне с ее глазами. Он почувствовал запах чего-то пьянящего и сводящего с ума, его сердце встрепенулось, когда он понял, что это был ее запах. Он судорожно сглотнул: — Прости, если я тебя разбудил. Я подумал, что мы могли бы немного поболтать. Но если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду. Она несколько раз моргнула, а потом покачала головой: — Прости. Все нормально. Только дай мне переодеть шорты. Мои слишком коротковаты, чтобы болтаться здесь. В голове Кота уже закипала шутка по этому поводу и, должно быть, что-то вспыхнуло в его глазах, потому что глаза Маринетт расширились. Она вспыхнула и нырнула обратно в свою комнату. Не прошло и минуты, как она вернулась с более целомудренными шортами и стаканом воды. Они вместе сели на диван, едва касаясь друг друга коленями. Кот почувствовал неконтролируемое желание прижаться к ним ещё ближе. Положить руку ей на бедро и нежно провести ею вверх до тех пор, пока не достигнет ее лона, провести рукой по мокрым… Что же он творит? Он трахнул ЛедиБаг на крыше буквально два дня назад, а теперь мечтает сделать тоже самое с Маринетт? Ему нужно было либо уйти, либо взять себя в руки. Но в данный момент ни то, ни другое не представлялось возможным. Какой же он извращенец. — Та-ак… — протянула Маринетт, показывая некоторое смущение в его присутствии. — О чем ты хотел поговорить? Кот моргнул и быстро пожал плечами: — О, ни о чем особенном. Я хотел посмотреть, как проходит твое лето. Просто решил проверить как ты тут, так как давно не видел свою прекрасную мурцессу. Маринетт застонала и закрыла лицо руками, потом покачала головой, тихо посмеиваясь: — На самом деле ничего интересного. Я много бездельничаю, помогаю в пекарне, создаю новые дизайнерские проекты. — Похоже на то, — ответил Кот. Звук ее мягкого смеха и румянец ее раскрасневшихся щек были такими очаровательными. Зачем он прервал ее? — Ну, а как насчет тебя? Что-нибудь интересное случилось? Кот ухмыльнулся, вспомнив, как тяжело дышала ЛедиБаг у него на руках. Он заметил, как глаза Маринетт слегка расширились, глядя на выражение его лица. Он прочистил горло и облизнул губы, прежде чем ответить: — О, да. До сих пор у меня было чудесное лето. Думаю, что оно одно из лучших. — Это… хорошо, — что-то было не так в ее голосе, и Кот это заметил, но прежде чем он успел что-то сказать, Маринетт встала и фальшиво зевнула, потягиваясь, словно стараясь не заснуть. Взору Кота открылась ее обнаженная кожа живота, и ему пришлось сдерживать себя, чтобы не смотреть или не протянуть к ней руку, и… О Боже, я снова чувствую ее запах… — Прости, но я не могу больше говорить, котёнок, уже поздно, и я очень устала. Может в другой… раз? Кот снова моргнул, отрывая взгляд от ее живота и поднимая его к лицу. Ее испуганные глаза сказали ему все. Она знала, что он пристально смотрел на нее, поняла, что он знает чем она занималась, прежде чем он постучал в ее окно. Ее поймали. Что-то животное вспыхнуло в животе Кота, вновь разжигая этот пылающий огонь в его венах, блокируя любую трезвую мысль в его голове. Он медленно встал, поднял руку и слегка надавил большим пальцем на кожу ее живота, вызвав у нее короткий стон. Она прикрыла глаза и Кот, не теряя времени, другой рукой обхватил ее шею. Он наклонился вперед, ее губы слегка приоткрылись, она смотрела на него с предвкушением. Он не мог удержаться, чтобы не сказать ей те же самые слова, которые он говорил ЛедиБаг: — Скажи это еще раз… — Только если ты продолжишь делать это, — тут же тихо ответила она. Это знакомое чувство в глубине его сознания вспыхнуло снова, как только Маринетт повторила ответ, который, задыхаясь, говорила ему ЛедиБаг. Это было так неожиданно, что его сердце ударилось о грудную клетку, и этот взрыв желания перекрыл все остальное. Кота прорвало словно плотину под слишком сильным давлением. Он сократил расстояние между ними, прижавшись губами к ее губам. Было что-то до боли знакомое в том, как ее губы прижимались к нему. Кот перестал думать об этом, как только ее руки обхватили его спину и зарылись в волосы в мягкой, но настойчивой ласке. Он может подумать об этом потом. Его рука лежала на ее животе, водя круги по обнаженной коже, в то время как другая гладила ее волосы. Он мечтал о том, чтобы его руки не обтягивал материал латекса, чтобы он мог чувствовать каждый дюйм ее прекрасной и гладкой кожи, но, увы, единственное что было открытым, это его лицо. Что-то развратное нашло на него и Кот, не теряя времени, потянул ее одежду, чтобы она больше не мешала ему. Одна рука потянула ее футболку вверх, другая начала стягивать шорты. Он обхватил ладонями ее голые ягодицы, когда она прикусила его нижнюю губу и прижалась к нему ещё сильнее. С его губ сорвался приглушённый рык, который перешёл в мурлыканье, когда она скользнула языком в его рот. Ее стон подавил поцелуй, когда его рука обхватила ее грудь через тонкую ткань бюстгальтера. Размер и форма были такими… идеальными. Мягкими… Знакомыми. Кот попытался откинуть эти странные подозрения в сторону. Его большой палец задел дерзко торчащий маленький сосок. Маринетт застонала. Кот прервал поцелуй и посмотрел в затуманенные глаза Маринетт. Он помнит этот стон… Ему казалось, что он знал эти губы и это тело… Маринетт остановила этот ход мыслей еще одним жадным поцелуем. Кот нежно поцеловал ее в плечо, притягивая к себе. Он обхватил ее ягодицы и начал массировать грудь. Она не переставала стонать, ее тело дрожало от прикосновений Кота и не могло насытиться ими. Он должен был попробовать ее на вкус. Кот быстро оторвал свои губы от ее губ и приподнял ее лифчик над грудью. Бюстгальтер был задран так, что ее груди были открыты ночному воздуху. Кот едва успел полюбоваться их гибкими формами. Его рот быстро обхватил ее сосок, проводя по нему языком, затем он начал нежно его посасывать. Маринетт прижалась грудью к его губам, ее руки запутались в его волосах, не давая ему отстраниться. — К-кот… — выдохнула она. Он что-то промычал ей в ответ. Он был голоден ее присутствием, он нуждался в ней. Его руки теперь скользили вниз по ее талии, огибая стройные бедра, ноги. Шорты оказались на полу. Маринетт вздрогнула от своей внезапной наготы, но Кота Нуара это не волновало. Было в нем что-то такое, что не позволяло ему остановиться. Да и сама Маринетт тоже не сопротивлялась. Он просто должен был попробовать каждую частичку ее тела. Его направляли инстинкты. Он провёл губами вниз по ее напряженному животу. Здесь ее запах был сильнее всего, он исходил от нее, как нежный аромат духов. Кот был опьянен ими. Он вдохнул ее, прежде чем осторожно поцеловать ее в бедро. Маринетт глубоко вздохнула и крепко схватила его за волосы, но не отстранила и даже не попыталась остановить. Кот правда не знал, почему он не останавливался. Разве он не хвастал про себя, что был с ЛедиБаг прошлой ночью? А теперь он уткнулся лицом в бедра своей одноклассницы, которая, кстати, не была ЛедиБаг. Но по крайней мере есть вероятность, что она может ею быть. Она была слишком похожа на его Леди: в своих вздохах и прикосновениях, в том, как изгибалось ее тело или как выпячивалась грудь. Он был очень близок с ЛедиБаг в их последнюю встречу. Просто в Маринетт было что-то такое, что напоминало ему о ней. Он провел языком по ее промежности, ее бедра задрожали и слегка прижались к его рту. Она была такая сладкая на вкус и такая влажная, что его рот почти скользил по ней, когда он ласкал ее губы интимным поцелуем. Может он представлял себе ЛедиБаг вместо Маринетт, когда его язык ласкал ее клитор. ЛедиБаг была недосягаемой, девушкой-загадкой. Но Маринетт была здесь и сейчас. Сравнивать их так глупо, как и допускать малейшую мысль о том, что Маринетт это ЛедиБаг. Сейчас он был с Маринетт, а не с Леди. И, он был готов поклясться Богом, его мысли будут сосредоточены на ней и на том, как доставить ей удовольствие. Что-то в его голове заставляло хотеть этого больше всего на свете. Когда его губы обхватили ее лоно и начали слегка посасывать, колени Маринетт подогнулись, и она тихо застонала. «Боже мой…» Кот ухмыльнулся, уткнувшись в ее кожу, и принялся лакать ее словно сливки на блюдце. Каждое движение его языка заставляло ее прижиматься к нему бедрами. Если бы не темнота ночи, Кот бы видел ее прекрасный румянец, приоткрытый ротик. Он упивался ею, пока она издавала тихие стоны, которые усилились когда она обхватила ногами его голову. Он чувствовал, как она вся дрожит под его языком и, воспользовавшись этим моментом, подводил к кульминации. Она стонала, скулила, извивалась в его объятиях. Все закончилось тем, что она чуть не рухнула на пол, хватая ртом воздух. Кот Нуар гордился собой, что именно из-за него красивая и застенчивая Маринетт Дюпен-Чен прямо сейчас испытывала этот оргазм на балконе своего дома. Пока она приходила в себя, Кот облизал губы и вытер подбородок, вбирая в себя ее соки. Он улыбнулся, поцеловал ее живот, затем грудь, когда ее дыхание выровнялось. Он потянул упавшие шорты вверх, закрывая ее тело. Целуя ее шею, он медленно опустил футболку вниз и положил руки на ее бедра. — Я… — она вздохнула и повернула голову, глядя ему глаза. Кот застыл, удивлённый красотой этой девушки. Ее глаза сияли. Улыбка была нежной, любящей. Она наклонилась и целомудренно поцеловала его в губы. У него закололо в сердце, Нуару было просто невыносимо снова думать об этом. Когда она отстранилась, то снова улыбнулась и выдохнула: — Спасибо. Он криво усмехнулся и уткнулся носом в ее шею: — Мне только в удовольствие, точнее тебе. Она весело рассмеялась, обняла его за плечи и крепко прижала к себе. На Кота снова накатило дежавю из-за ее тела, которое было сейчас так близко. Но он отогнал эти мысли, чтобы просто насладиться моментом. Вскоре, слишком рано на его взгляд, он почувствовал, что ему пора уходить и отстранился. Он нежно поцеловал Маринетт, прежде чем отправить ее обратно в постель, затем спрыгнул с балкона в ночь. Все то время, пока он бежал домой с этой ужасной болью от возбуждения, он снова почувствовал холодный укол вины и стыда. Он фактически предал ЛедиБаг, оказавшись сегодня с Маринетт. Но он и ЛедиБаг ничего не обещали друг другу, значит это не было предательством, верно? И вообще он не собирался этого делать, просто так получилось. ЛедиБаг ничего не узнает, если только он сам не расскажет ей об этом. И он не собирался делать этого. Потому что, как бы ему не было неприятно это признавать, поначалу, когда он целовался с Маринетт, в голове у него была только ЛедиБаг. Но потом дочь пекаря была единственной, о которой он думал. И Боже, как же его терзало чувство вины из-за этого. Ему срочно нужен был холодный душ.