Глава четвёртая
30 сентября 2017 г., 10:52
Весь путь домой я так и думала, что же случилось, печать была при Эмили, но что тогда могло произойти? Как много вопросов, какая путаница, неужели я, простая четвероклассница, имею честь ввязываться в дела стихий?
Я еле дошла до дома, стало безумно холодно, пошёл ливень, а Ветер носил туда-сюда обрывки рекламы, листья, ветки, на перекрёстке упал дорожный знак, а ведь обещали безоблачную погоду. Никогда раньше мне не было так страшно, как сейчас, наверное потому что я знаю или, по крайней мере, догадываюсь о причине происходящего. Однако меня это не успокаивало, совсем наоборот, я с тяжёлым вздохом закрыла дверь, должна признать, это дело было не из лёгких, сквозняк проникал в дом и переворачивал всё, что плохо лежит.
Когда я уже переоделась в домашнее, закрыла все окна, обратила внимание на часы — седьмой час, опять что-то странное происходит, время будто скачет, неравномерно двигается секундная стрелка, сначала я успокаивала себя тем, что батарейку, всё-таки, давно не меняли, а потемнело всё из-за туч, но абсолютно на всех часах был один и тот же сбой, даже в телефоне. И мама с папой ещё не вернулись. Моё волнение возрастало с каждым мигом. Я очень надеялась, что родители просто отсиживаются на работе, пока на улице жуткая непогода.
И тут у меня заурчал живот, я моментально почувствовала голод и пошла на кухню. Сейчас мне было не до мудрёных блюд, поэтому решила отделаться горячим бутербродом. Руки тряслись, даже чуть не поваляла хлеб на полу, но это, по сравнению со всем, что творится сейчас, полная ерунда.
Стоило мне чиркнуть спичкой по коробку, пламя резко вспыхнуло и стало огромным. Я так сильно испугалась, что по глупости бросила спичку на пол и забилась в дальний угол кухни. Слёзы потекли сами собой, возможно я даже кричала, но мои мысли зациклились лишь на желании, чтобы всё прекратилось. Я закрыла лицо ладонями, потому что брошенная спичка упала на махровый ковёр, хотя он не загорелся.
— Что ты такое? — я рискнула посмотреть сквозь ладони на ослепляющий огонь, увидев силуэт, я испугалась сильнее, но тут же вспомнила рассказ Эмили, — ты Нимфа Огня?
Огонь собирался в круг, а затем и вовсе исчез, блеснув напоследок на шее девушки, которая стояла рядом с той злополучной спичкой. Она молча подняла её, посмотрела на меня почти чёрными глазами, но не ответила.
Я не знала, чем прервать неловкое молчание, поэтому просто осмотрела незваную гостью. Совсем не похожая на Нимфу Ветра, девушка была облачена в тёмно-багряный плащ, который закрывал её тело с самого низа до шеи, на которой красовался медный или бронзовый ошейник. Он мне показался странным, как и его обладательница. Честно говоря, я представляла себе Нимфу Огня приятной, как Эмили, девушкой с длинными огненно-рыжими волосами, но, хотя её причёска — неровно стриженные по плечи тёмно-красные волосы — и взгляд перечеркнули все мои ожидания, я словно чувствовала, что передо мной именно она.
По сравнению с Эмили, у Нимфы Огня были довольно грубые черты лица, так что где-то внутри я её побаивалась, к тому же она строго осматривала кухню, пока её взгляд снова не пал на меня. Несмотря на её Огненное предназначение, по мне пробежали мурашки. Молчание тянулось так долго, что становилось не по себе, нарушали её только глухие удары за окном. Ветер стал ещё сильнее.
— Что происходит? — Мой голос прозвучал тихо и хрипло, я боялась сделать малейшее неправильное движение. В полумраке глаза Нимфы засветились, и она, неожиданно для меня, сделала испуганное лицо и отвернулась в сторону, а потом и совсем зажмурилась, сев напротив меня на пол и закрыв лицо чёрной рукой.
Ответа не последовало, я аккуратно, бесшумно потянула свою дрожащую руку к ней, и зря. Стоило мне дотронуться до её плеча, оно загорелось ярким светом, словно кипящая лава, и я обожглась. «Это не плащ» — пришло мне в голову. Кончики пальцев сильно болели, а плечо Нимфы «потухло».
Я не понимала, что мне теперь делать, стало всё равно на неловкое молчание, я злилась на себя за то, что ввязалась в это всё, переживала за родителей, но в то же время жаждала знаний по поводу всего этого. Но Нимфа неподвижно сидела на полу и молчала, не отрывая руки от лица. В какой-то момент мне стало её жалко, ведь, наверное, поэтому в её Обители нет никого живого — к ней нельзя прикоснуться.
Мои размышления прервал резкий звук разбитого стекла и дикий вой. Двухкамерное пластиковое окно выбило Ветром. В комнатах и на кухне всё сметало порывами, столы, полки и табуреты дрожали. Нимфа не шелохнулась. Я поползла в сторону двери, в коридорчик, где нет окон, пока там безопасно. В голове был такой же хаос, как и на улице. Над головой пронеслись настенные часы и разбились прямо об стенку, я старалась не порезаться, и тут где-то на метр выше пронеслась тёплая волна воздуха, как на побережье летом, когда мы были с родителями на Чёрном море. Через несколько секунд я уже добралась до угла, где могла отдохнуть пока в безопасности. И увидела Нимфу с раскалённым ножом для разделки мяса в руке. Я почувствовала фантомную боль в затылке, что могло произойти, если бы не она, страшно подумать!
Всё, что летело в спину Нимфы, или сгорало или раскаливалось, а ей будто и ничего от этого не было. Её глаза больше не светились, но она не смотрела на меня. Тёмное лицо снова приобрело строгое выражение. Только сейчас я поняла, что мне очень тяжело дышать, я сидела на полу, пыталась не слышать звуки бьющейся посуды и ломающейся мебели, но всё летело в стенку передо мной и осколки осыпа́ли моё тело. Передо мной лежал циферблат от разбившихся часов, но стрелки шли, удивительно, что батарейка не выскочила при таком ударе. Но шли — не то слово. Они летели, прыгали, то вперёд, то назад, то замирали. Я пыталась заставить себя думать, что это из-за удара. «Это нормально, что они ходят не так, как нужно, после такого-то!».
Но нет, это было ненормально. Всё это, что началось вокруг. Ветер стал ещё сильнее, стены вибрировали, пол сильно дрожал. Нимфа Огня стояла ближе к входной двери, которую шатало на петлях, словно за ней стоит великан и трясёт весь дом. Багровые волосы изредка вспыхивали местами той же лавой, как на кухне, если от неё хоть что-то осталось. Я не представляла, как теперь выбираться, как искать родителей, если в доме так опасно — как тогда на улице? А Нимфа молчала, у меня вырвалось:
— Ну почему ты стоишь? Помоги мне, прошу, мне страшно! — у меня скатились слёзы отчаяния, я посмотрела прямо в глаза Огненной, её волосы на миг вспыхнули светом, и она снова отвернулась, хотя радужка оставалась чёрной. Мне вдруг стало очень холодно, заурчал живот. Конечно, сейчас было не до еды, но нам всегда говорили, что в холод, чтобы согреться, нужно побольше есть. Сзади что-то очень громко упало, вещи в комнате, верно, кончились, теперь летело всё, что попало с улицы — птицы, разорванные провода, куски рекламных баннеров, в стене образовалась огромная трещина. Тело содрогалось от холода, страха и плача. В голову не приходит ни одной мысли о том, как выбраться, что делать.
Я подползла к краю, чтобы посмотреть на бывшую кухню, и ужаснулась. Это не что-то упало — а верхние этажи соседней многоэтажки, тут мне повезло, что живу на втором этаже. Но можно ли это назвать везеньем вообще?
— Мама! — сипло и пискляво вырвался мой голосок, который мне и самой-то было еле слышно. Я с каплями надежды, смешанной со слезами, которые уносило с лица Ветром, посмотрела на Нимфу, она неподвижно стояла, в её взгляде не было ни сожаления, ни грусти, ни страха. Редкие всплески «лавы» на её теле освещали тёмное лицо, которое выражало лишь строгость и непричастность. «Зачем она вообще тут появилась, если не может или не хочет помочь?»
Почувствовав, что стена позади меня начала нехорошо трещать, я попыталась встать, чтобы уйти, но ноги затекли, и дом сильно шатало, держась за стены, я подошла к Нимфе и почувствовала её горячее дыхание, теперь я не так мёрзну хотя бы.
— Зачем ты пришла? Помоги мне, я умоляю, что происходит, скажи что-нибудь! — Я кричала, но горло болело, я готова была броситься к ней, но знала, чем это кончится. Моя безысходность пробуждала во мне маленькую пятилетнюю девочку, которой хотелось звать маму и папу. Хотя я всё равно ребёнок, когда вспоминаю, как отважно я пошла в Ветреный Сад, даже после слов того полоумного мужика, а теперь — хоть бы и не ходила, хоть бы пошла в школу, хоть бы сейчас гуляла бы с Лили, мы бы смотрели фильмы и ели пиццу, как обычно делаем на выходных. Тёплые воспоминания только усиливали отчаяние, я знала, что шансы выжить здесь — равны минимуму, да и то, если только это прекратится, а прекратится ли вообще?
— Сестра Эмили… Эмили! Где ты? Где Эмили, где мама, где папа? — Ветер ломал стены советского дома как картонку, я говорила с Огненной, хотя знала, что та не ответит, — может, я брежу, схожу с ума или сплю? Как думаешь? Что ты делаешь?
Нимфа протянула ко мне свою руку, я жутко испугалась, хотя лавовые всплески прекратились и стало холоднее, но ведь я уже дотрагивалась до неё, и пальцы болят до сих пор. Она провела по моим волосам, и больше я ничего не помню. Последнее — её ярко горящие глаза и будто что-то огромное рухнуло во второй раз, только не где-то там, а чуть ли не в метре от меня.
