[Я все ещё жив]

— Повтори… сказал Итачи очень тихим голосом, и его глаза мелькнули шаринганом Из моих глаз лились слёзы. И я проснулась от того что начала захлебываться обилием слез и соплей, уверена зрелище было не самое лучшее. В комнате никого не было, было тихое утро, часов 5. Птицы ещё не пели, потому что не встало солнце. Все мое сердце окутала тревожность. Я заглянула под одеяла, и удивленно увидела что я в одежде уснула, но смутно помню что кажется: «никак не могу вспомнить. Кажется Итачи вчера приставал ко мне?!» и тут же остановила эту мысль, утвердив себе что я просто сбрендила о таком думать. Или «он мне стёр память?»… кажется стала припоминать, я помню как целовалась с ним на столе, посмотрев на стол. Я это вдруг вспомнила, как он ко мне относился, как прикасался… так тепло и приятно. Оделась и вышла посмотреть где же Итачи, Кисаме должен был всю ночь следить за объектом. Кажется он сидел внизу, я слышала голоса, спустившись я увидела, он общался с хозяином и служанкой что помогала нам вчера. Вдруг я увидела шаринган, и поняла что он делает, закрыла глаза и прошла прочь, чтобы не чувствовать свою причастность к этому. — Постой, нам в другую сторону, его дом на юге деревни. Я остановилась, подождав его, но не обернулась. В моей голове только утвердилась мысль что он стёр мне память и тупо мной воспользовался вчера. — Мы вчера … — Целовались? Или ты про секс? — Я чуть не поперхнулась, вся резко закашляла, глаза были в испуге, и я очень тихо произнесла. — Мы что-о спа… — Нет не беспокойся. Так поигрались поцелуями и обжиганиями пьяные и улеглись спать. — - Что первый раз? — Мне стало так противно такое слышать, что я решила просто не отвечать. — А что ты вчера так напилась что ничего не помнишь? — Нет, просто если бы мы пересыпали … — То что? — Я бы не захотела с тобой больше идти на миссии, мне было бы крайне неприятно видеть твою мину каждый раз. — Чего, прости? — Так нельзя я не вещь, если для тебя секс ничего не значит, то для меня значит многое. От одной мысли что ты меня вчера изнасиловал и стёр память я бы наверное взорвалась…сжимая кулаки сказала с максимальной злобой я, ему в ответ. — Не бери на себя многое, просто наслаждайся моментом. Кто знает когда мы умрем?! С ухмылкой ответил мне Итачи рядом с ухом, положив на плечо руку и пошёл вперёд как ни в чем ни бывало. — Умрем? Я не собираюсь умирать тихо и еле заметно ответила я — Ты думаешь, если мы работаем в преступной организации, мы перспективные долгожители? Которые могут себе допустить, что могут быть счастливы или завести семью? Словно смеясь отвечает мне Итачи на расстоянии пары шагов впереди меня. — Не важно! Можем или нет, важно то кто ты, и как ты поступаешь — Не тебе это вообще говорить, предатель Конохи — От такого же слышу, буквально буркнула я ему в ответ, с обидой. — Ты что правда задумывалась, что однажды ты уйдёшь из Акатцуки и у тебя будет муж и дети? — А почему я не могу об этом думать? — Да что ты вечно вопрос на вопрос, просто ответь — Я не уверена что я представляю сама этот момент, но как и любой другой человек на земле мечтаю о человеке рядом с которым мне будут открывать новые высоты, новые счастливые моменты … и я вдруг затихла, вспомнила что он тоже говорил о моментах — А если это утопия? С кем бы не завела роман в Акатцуки — его могут убить. И все ты одна, разве есть смысл раскрываться кому то? Делиться мыслями и переживаниями с кем то, если мы всего лишь живые мертвецы? Как будто бы с сожалением и очень медленно отвечает Итачи — А если не из Акатцуки? — Ещё бредовее, любой кто заподозрит из Акатцуки его убьёт — Получается, что мы живем в жизни в которой сплошные рамки, но это же не жизнь получается! Это клетка! — А я тебе о чем? Любой вариант, утопия. Поэтому живи моментом. Ведь ты же не знаешь когда в последний раз видишь этот мир. Мы в этой организации как на месте пушечного мяса, мы в розыске, мы преступники. Зачем нам даже задумываться о другой жизни? мирной жизни или о любви? Если вокруг тысячи людей готовые — убить тебя и меня. — Я не понимаю о какой болит ты говоришь… Он остановился на секунду, и посмотрел на небо, светало, мы почти подходили, но меня так задел диалог, что не хотелось возвращаться в реальный мир. Впервые он со мной такой разговорчивый, «его так поцелуй с мотивировал вчерашний?» — Итачи, а ты любил? Ты выглядишь очень холодным, мне интере… — Было… чувства к одному особому человеку … — Какая она была? Он обернулся и усмехнулся. — Не знаю, что смешного в моем вопросе, но мне интересно! — Мы почти дошли… — Прошу, мне интересно, кака она была… почему ты не с ней сейчас, почему вас разлучила судьба? — Если ты знаешь мою историю, не сложно догадаться что я был вынужден порвать все связи с Конохой… очень холодно ответил Итачи — Она тоже с Конохи?! Как здорово! Возможно я ее знаю… — Нет, буквально со всей злобы ответил Итачи и повернулся с нахмуренным видом. Я нигде не видела — злость, на его отце. — Тебя злит мой вопрос? — Завязывай болтать, сосредоточься лучше на задании. — Ага, типо «живу моментом» хмыкнула я, с Надежда что он поймёт мой сарказм, но в ответ была холодная тишина. «Кто он? Что он скрывает и почему он так манит меня?» Когда мы подходили к моменту, я должна была выполнить, то что задумывалось. Я увидела того же мужчину что нас приютил, и его дочь что нас обслуживала и словила стопор, который чуть нас всех не погубил. — Ты кто такая? Я не поняла ты что здесь делаешь — Они? Я показала пальцем на мужчину с дочкой — Ты их знаешь? — Омаро и Тина вы знаете эту девушку? Говорит вас знает — Кажется нет, не помню… дочка может ты знаешь? Ты моложе меня и помнишь лучше людей на лица — Кажется нет папа, не помню ее — Тебя здесь не знают, ты не местная? Ты как сюда попала? Это закрытая территория, объект явно начал злиться. Лишь бы Тину и Омаро не задели, они нам так помогли, думала я в этот момент, забыв обо всем на свете. — Старик ты кажется хитриш, сказал ему его помощник и наставил кунай на его дочь, и в этот момент я полностью анемела и не могла пошевелиться. — Мия! Крикнул мне Кисаме и показал на Итачи. Он выходил из-за угла, поймал всех в свое генджутсу. Он шёл очень медленно и спокойно, ни одной эмоции… — Простите но вы оказались ни в том месте ни в то время… ответил Итачи и начал … Тут же вылетают помощники объекта во двор вокруг нас человек 20, и начинается бой, и в первую же секунду кунай от кого то прилетает в Омаро и наш объект, и он падает замертво. Я бегу как оголтелая к Тине, пытаюсь ее оживить от генджутсу, и сразу пытаюсь проверить жив ли ее отец. Кисаме и Итачи сражаются, а я сижу над трупом с девушкой, которая плачет по отцу и смотрит на меня думая, что это сделал я. И здесь он открывает глаза, я показала ему как будет, если он не сделает то, что я прошу. Пока он находиться в отходняке — он передаёт мне все что мне нужно. Я снова хватаю его за руку, закончить технику, удостоверить что его решение. На фоне кричит Кисаме, но я слишком сосредоточена на технике, важно ее сделать верно. И в этот момент кто то протыкает меня кунаем, и я падаю, в моих глазах все тускнеет, словно мне показывают фильм с замедленной съемкой, я не чувствую боли, я падаю. Медленно так, что в моей голове успевает пронестись тысячи моих мыслей обо всем, я вдруг вспомнила маму и как она мне пела. Я вспомнила брата и вдруг почувствовала как я по нему скучаю, я вдруг вспомнила как в детстве я любила гулять у пруда. Как много информации было в тот момент, и вдруг в секунду связь с реальностью оборвалась. И приём моего телевизора оборвался и тишина… В следующий раз когда я очнулась, лежа горизонтально, видела как сражается Итачи и Кисаме. Моргая и через пару секунд меня снова вытаскивала из этой реальности, и снова открываю глаза вижу как Итачи подбегает ко мне и хватает меня, он что то говорит, но я ничего не слышу, не могу ничего сказать, губы не слушаются и рот молчит, меня как будто бы парализовало. — Мия ты слышишь? Скажи что нибудь? … — Мия? … — Мия? И я снова отрубаюсь. За время в Акацуки мне удалось овладеть новой стихией, вода и воздух. Теперь я знала 3, но самая лучшая стихия это вылетать из реальности, это у меня получается просто профессионально. Техника убеждения фирменная техника моего клана, Ато клан славился возможностью убеждать словом, не нуждаясь в силе, мой папа был самым лучшим переговорным джунином — во всей Конохи, а как много он решил ситуаций и конфликтов, вы даже не представляете. Эта техника прикосновения «убеждение» передалась мне по наследству, а брату досталась техника видеть чувства других, словно у него была интуиция развита на 100/100 если такое вообще возможно. А видел он ее цветом вокруг людей — он никак влиять на неё не мог. Но умение понимать и уметь как ответить, этому он научился идеально за годы службы в Анбу. Он мог быть всегда в нужном месте, знала когда я расстроена или обижена, тонкий психолог, любимый брат, который мне помнить как светлое пятно после смерти моих родителей при задании. Якобы несчастный случай, унёс их жизни и жизни других джоунинов и чунинов. Во что я совсем не верю. Когда я открыла глаза, я увидела как Итачи явно потрепанный боем, спешит и видимо несёт меня на руках. Слёзы появились на моих глазах, мне стало вдруг так страшно, что я больше не смогу ему ответить и так и останусь голосом в голове. «Что тогда? Он так и неузнает, как он мне дорог». Кажется я готова признаться себе, что он мне не безразличен. Этот холодный и загадочный юноша, с историей которая в моей голове выглядит как «жертвовать собой, ради других» будоражит мое нутро, и сердце рядом с ним вдруг ошижвает, а языки пламени задевают все самые потаенные страхи моей души. «Я здесь, я с тобой», но как ему это сказать? Сегодня мне страшно думать, чтобы я могу умереть, но вдруг после этого разговора мои мысли стали приходить на темы о которых я раньше не думала. Меня не ждём идеальное будущее, большой красивый дом на берегу реки, 2 маленьких мальчика, которые будут бежать ко мне и показывать что поймали самую большую рыбу в их жизни. И муж — человек, с которым мне бы захотелось прожить всю свою жизнь без мысли о том что все пошло не по плану, а думая только о том как мне повезло улизнуть из Акацуки и выжить. — Пора проснуться! Услышала я тихий приятный голос, такой родной, этот голос брата, я улыбнулась. Мне так хотелось сказать «я здесь» — Мия, очнись, кажется она сильно много крови потеряла… сильно нервный голос говорил на фоне — Нам придётся принять серьезные меры, иначе она труп, у тебя есть идеи? — У тебя есть иголка? Нужно все обработать — Но ты же вкусе что если у неё другая группа крови, ты зделаешь ей только хуже — Все будет хорошо, я знаю ее группу крови — Ты сильно хорошо ее знаешь всего то за то время пока она в Акатцуки, вы были с ней знакомы в Конохи, вы же оба от туда — Конан мне говорила в прошлый раз, когда меня ранили… — Как скажешь — По торопись! Надеюсь все получится… Когда в следующий раз я открыла глаза, увидела странную картину, напротив меня полулёжа сидел Итачи из его руки шла кровь по трубке, в мою руку, которую я наконец могла сжать. Тело наконец стало меня слушаться. Кисаме спал отвернут к стене, меч стоял рядом. Я попыталась встать, со второй попытки мне удалось поднять своё потрепанное тельце. Дышалось ужасно больно, все тело кололо, то горело, то болело. Увидела рану в районе живота, она была все в крови, я попыталась встать, но боль мне не дала это сделать. — Ты нас напугала, ответил тихо Кисаме отвертнутый к стене где еле заметно мелькал свет от костра. — Воды… это единственное что я смогла сказать Он повернулся и достал флягу, которую я пила как последний раз в жизни. Половину проливая мимо рта, мне совсем не удавалось утолить жажду. — Может хочешь выйти? Сегодня там красивые звёзды — Да… так тихо как могла произнесла я, и снова попыталась встать с помощью Кисаме. И первое что я спросила как мы вышли из пещеры… — Надеюсь мы не провалили задание? — Хаха, усмехнулся Кисаме — Ты мне напоминаешь его, и кивнул в сторону пещеры. Тебя словно ничего больше не интересует в жизни кроме работы, выполнить задание для него важнее его жизни. Да мы преступники в организации, но как же оставить чуть время пожить или по наслаждаться? Сказал Кисаме смотря в небо, наблюдая за прекрасным сине-чёрным небом с отчетливо видными звёздами. — Так больше ничего и нет — Вот даже эту фразу, ты говоришь как он, вот это уже становиться весело — Просто я не умею больше ничего, вдруг залилась слезами, начала сквозь сопли и слёзы говорить я. — Я умею только исполнять приказы, меня никто не учил жить и тем более наслаждаться жизнью. — Этому никто не учит — Но как же тогда жить не ради приказов и работы — Ну хотя бы найти хобби, вот ты что любишь? — Я? Задумалась я — Угу, ответил Кисаме не опуская глаз с неба — Я не знаю, мне нравится рисовать — Так рисуй, с сегодняшнего дня начни все свои прекрасные моменты запечатлевать в картинки, это будет твоим первым шагом к наслаждению … — Первый шаг к наслаждению … момента — Помнишь я говорил тебе про моменты жизни, ответил Итачи который вышел из пещеры и стоял сзади нас и тоже смотрел на небо. — О! Ты уже здесь, спасибо, ты… Он присел на корточки, поднёс указательный палец к своему рту, и сказал — Тс…и снова посмотрел на небо, сегодня там была большая Луна и много миллионов рассыпанных блёсток, которые мелькали и делали этот момент особенным. «Кажется это будет мой первый момент» подумала я и с наслаждением смотрела в небо, чтобы запомнить все детали этого момента и зарисовать.