Полюбить не ту

      Время шло непозволительно быстро, а Люси еле успевала отдавать распоряжения. Те две недели, что оставались до осеннего праздника, ушли безвозвратно, а зал к тому моменту уже был украшен тыквами, паутиной, летучими мышами и маленькими приведениями. В этом году Хартфилия не стала париться, придумывая, что-то оригинальное, потому что со сломанной рукой сильно не разгуляешься, особенно, когда вся работа валится на тебя, ведь младшие классы не имеют ни капли совести.       В назначенный день блондинка уже стояла у дома Гажила с сумкой наперевес. Было немного неловко идти вместе, но Люси хотела этого с самой первой минуты, как только узнала про праздник, а Редфокс не стал спорить, еще и первым позвал её сходить на «эту скучную тусу без бухла».       Их отношения были в стадии стабильности, словно не было всех этих договоренностей, разговоров с Леви о том, кто кого заслуживает, и неуместных приступов ревности.       Октябрьский холодный ветер подхватил всё это одним махом и унёс с собой, чтобы никто этого больше не увидел. А Гажил и Люси словно выжидали. Удобного момента, что ли. Не решались на откровенный разговор, а ведь именно он и был нужен.       Хартфилия подошла к дому брюнета, пару раз постучав в дверь, а через минуту на пороге появилась Талли, удивленно рассматривая одежду блондинки.       — Это сейчас в таком виде молодежь ходит на свидания? — спросила она, запуская девушку в дом.       — Это из мультика «Труп невесты», смотрели? — сказала Хартфилия, поправив платье. Мысль о том, что это не свидание неприятно резануло по сердцу.       — Мне и на работе трупов хватает, — отмахнулась женщина, — и невесты там тоже были.       Люси напряженно улыбнулась, а внутри её пробрала дрожь. Ну и работка у нее, подумала блондинка.       — Как рука?       — Отлично, уже не болит.       Гажил спустился со второго этажа и, опираясь на перила лестницы, кивнул.       — Привет.       Талли недовольно перевела взгляд на сына.       — А почему она за тобой зашла, а не наоборот? Я тебя, что неправильно воспитала? — Хартфилия усмехнулась, поправляя сумку на плече, а Редфокс закатывает глаза.       — Мы будем гримироваться, мам. Ну, точнее, она будет нас гримировать. Я буду, как один из тех жмуриков, которых вам иногда привозят, — брюнет по лестнице спускается и хватает Люси за руку, таща наверх в свою комнату.       — Куда пошёл? — кричит женщина, уперев руки в бока. — Может, Люси хочет чего-нибудь.       — Она не хочет! — кричит Гажил. — Спасибо, мам. — И захлопывает за собой дверь. Парень оборачивается к Люси лицом, прислоняясь спиной к двери. — Слишком много вопросов. — Он наблюдает, как блондинка кладет сумку на кровать и осматривается. Всегда осматривается, сколько бы раз не приходила.       — Может, я, правда, хочу чего-нибудь, — фыркает девушка.       — Не заставляй меня спускаться вниз. Лучше марафеть меня.       Люси закатывает глаза, но улыбается, открывая свою сумку и вытряхивая всё на кровать. Редфокс присвистнул, но промолчал.       Девушка не была супер-визажистом или гримёром, но, посмотрев мастер-классы в интернете, она немного потренировалась, и уже сегодня была готова делать из Гажила Виктора Ван Дорта. Длинные волосы брюнета немного не вязались с образом, но Люси посчитала преступлением портить их, даже ради большей схожести с персонажем.       Хартфилия усаживает парня на кровати и прикасается к его лицу немного нерешительно, поворачивая его немного в сторону, чтобы было удобного рисовать. От близости, от прикосновений, в которых девушка нуждалась, лицо покрылось легким румянцем. Руки немного тряслись, и Гажил заметил это, но ничего не сказал. Только хмыкает и впивается в нее взглядом, словно таким способом он мог получить все ответы на свои вопросы.       — У тебя температура? — интересуется он. Знает, что это не она.       Его в какую-то секунду осеняет. Редфокс не может сказать в какой момент именно, но он решает закончить эти игры в молчанку прямо сегодня. Ему надоело держать все эти чувства под контролем, потому что они настойчиво порываются оставить его тело и оплести Люси своими щупальцами.       — Нет, — осторожно отвечает блондинка и трогает свою щеку тыльной стороной ладони.       Лицо горит, а сердце так быстро бьется, что электрокардиограф давно бы уже вышел из строя.       — У тебя красное лицо. — Редфокс усмехается, а Хартфилия только опускает взгляд вниз. — Я тебя смущаю?       — Не обольщайся! — Лицо девушки вспыхивает с новой силой, и она резким движением повернулась лицо Гажила в противоположную сторону. — Мне просто жарко.       Ей не просто жарко — она горит. Горит уже очень давно, и этот пожар готов сжечь тысячи лесов по всей планете, оставив за собой лишь пепелище.       Редфокс просто складывает дважды два, и это оказывается так просто. Это было просто с самого начала, а он, слепой дурак, просто не замечал. Брюнет продолжал улыбаться.       — Да нет же, — растягивает он слова, — я просто нравлюсь тебе.       Блондинка за несколько секунд побледнела, а сердце сделало кульбит, пытаясь заставить выкрикнуть «да» на весь мир. Но Люси молчит и поджимает губы. Опровергнуть это не может, а подтвердить боится.       — Если сейчас ты рассмеешься, то это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни. Я тебе обещаю, — спокойно произносит Хартфилия.       Она чувствовала себя, будто ей раскрыли грудную клетку голыми руками, а теперь осматривают изъяны. Хотелось плакать от разочарования, потому что не так она всё это представляла. Надеялась, что не станет первой, кто скажет это вслух.       Сжав в ладони карандаш для глаз, Люси отошла от парня, опустив глаза. А Гажил почувствовал невероятную теплоту, льющуюся по венам, и улыбнулся еще шире. Он потянул девушку за руку, и блондинка от неожиданности охнула, приземлившись парню на колени.       Казалось, что Вселенная вертится с бешеной скоростью, и у Хартфилии пошла кругом голова, но она застыла у Редфокса на коленях, удивленно смотря ему в глаза.       Брюнет прикоснулся к её губам, уверенно обнимая девушку за талию.       Сердце Люси замерло в ожидании. Не сон ли это?       Запустив пальцы здоровой руки в его волосы, она ответила на поцелуй. Что бы это ни значило, Хартфилия просто хотела оттянуть этот момент. Хотела чувствовать это как можно дольше. Лишь бы это никогда не кончалось.       Пожалуйста.       — Ты мне тоже нравишься.       Это не были слова о любви, но пока что этого было достаточно, чтобы стать за секунду счастливой. Прикоснуться к его лицу и поцеловать с новой силой.       — Ой, вы хоть табличку на дверь повесьте!       Талли застыла с подносом в руках у открытой двери.       — Мам!       Они не планировали влюбляться друг в друга, предпочитая отдать себя в объятия кого-то совершенно другого. Но никогда не знаешь, дано ли вашим планам сбыться.       Иногда судьба просто хочет сделать тебя чуточку счастливей.