Девочка из школы №37

      Неожиданное решение бывшей подруги ввело Лизу в ступор. Почему-то девушке казалось, что по классике жанра она выставит их за дверь, или, что ещё хуже — наберёт заветное «102», чтобы вмиг избавиться от нежданных проблем в виде этой нелепой компании, состоящей из нескольких не самых умных подростков и мужчины, который попал туда совершенно случайно. На Громову это было не похоже совершенно. На миг в голову Неред даже закралась мысль о том, что Александра вполне могла разглядеть в ней когда-то лучшую подругу, с которой всё прервалось уж слишком неоднозначно, да и достаточно резко, так что обе наверняка до сих пор временами подбирали у себя в голове нужные слова, которые они скажут при первой случайной встрече и надеялись, что эта встреча никогда не состоится. Однако, мысль о том, что к ней проявили жалость «по старой дружбе» Елизавету не устраивала, она как никто другой знала, что чувствовать на себе жалость невероятно унизительно, особенно, в той ситуации, в которой сейчас находилась школьница. Люди вообще существа достаточно глупые: то бегут от прошлого, как от огня, то бережно лелеят свои воспоминания, которые когда-то были причиной глухой боли, что свистела в ушах, заглушая все остальные мысли и на долгие годы останавливала время, мешая жить нормальной жизнью.       Конечно, Лиза понимала, что это исключительно ее проблема: не будь она такой слабой и злопамятной, возможно, этих ночных разговоров о сущности людей и собственной наивности со своим же внутренним голосом не было. Она отдавала себе отчёт, что так жить нельзя, а значит, как считала сама девушка, она уже на полпути к нормальной жизни без этих чертовых пиздостраданий и недофилософии. Если ты хотя бы видишь проблему, то решать ее, конечно, намного проще (ведь если ты ее не видишь, то и решать тебе нечего), но если с первым у Лизки обстояли дела вполне неплохо, то со вторым, а именно с решением самой проблемы, все было куда хуже.       Угнетающие мысли была способна перекричать только мертвая тишина, в которой был слышен не только отчётливый стук пугающе старых громоздких часов, но и собственное прерывистое дыхание. Неред упустила тот момент, когда остальные удалились из комнаты под гулкий смех от очередной неловкой шутки, а она так и осталась сидеть в задумчивости, непричастная к процессу. Хотелось надеяться, что ее отсутствия действительно никто не заметит. Впервые за долгое время девушку поглотила эта пугающая беспричинная тоска. Впрочем, оттого, что явных причин для грусти не было, легче все равно не становилось.