С кем бы поговорить?

Когда-то всем нам бывает больно. Дане было не привыкать, что у него все идет через жопу. Однако постоянное причинение боли привело к тому, что он теперь создал себе образ, а, возможно, уже и не образ, злого агрессивного ублюдка. И этот образ отлично сочетался с его внешним видом. Но все мы понимаем, что ему тоже бывает больно, даже очень. И это была именно та ситуация. Сзади стояли Лиза и Юлик, который обнимал Неред за талию, и они целовались. Сзади стояло просто огромное количество блогеров, которые были в шоке с такого исхода событий. Во всем помещении настала тишина. Но ее прервал Кузьма, который заорал: — Ахуеть! — Никита был в шоке, нет, в ахуе с такого поворота. Ему никто не говорил, что Лиза и Юлик встречаются. Поэтому это событие прервало его очередную пробу какого-то бутерброда. Данил, пребывая в разочаровании и, понимая, что жизнь пошла по пизде, и смысл его существования треснул, развернулся и выпил залпом два стакана виски. В этот момент зашел Руслан. — Пиздец, — Тушенцов нервно улыбался, смотря на Неред и Онешко, которые обнимались. Теперь и внутри него все потихоньку начало обламываться, и он на ватных ногах пошел вперед, не ощущая ничего, кроме того, что в душе его настал тотальный пиздец. Руслан заметил виски, а потом Данила, который пил один стакан за другим, и решил к нему присоединиться. Тушенцов сел рядом с Даней, и Кашин окинул парня взглядом, вздохнул, и сказал: — Конечное объебалово, — сказал Данил и взял еще один стакан с виски. Руслан наблюдал за тем, как Кашин осушил уже неизвестно какой по счету стакан. И как ни странно, он опять почувствовал чувство, которое сжимало его легкие, он беспокоился за Даню. Руслан пытался избавиться от этого ощущения, но ничего не выходило. Поэтому он начал пить. Все подряд: от шотов до того самого виски; пить все подряд, пытаясь выкинуть все мысли из своей головы, чтобы думать от такого количества алкоголя не получалось. Чтобы не получалось даже сложить в голове предложение. Данил хоть и был любителем выпить, но умел вовремя остановиться. Поэтому, когда Руслан накидался и начал рассказывать о всем, о чем думал, Даня задумался о том, какой Тушенцов придурок и какой он красивый. Ему бы хотелось отогнать эти мысли, так как он постоянно шутил над Русланом про его ориентацию, а теперь оказывается, что он и сам гей. Кашин понял, что Руслан в пизду пьян, так что решил, что сейчас они поедут домой. Плевать он хотел на Юлика, Лизу, и на этот фестиваль вообще. Так что, взяв Руслана под руку, они начали медленно удаляться. Это заметили, наверное, абсолютно все, но этим двоим было как-то поебать, особенно бухому Тушенцову. Данил стоял возле какой-то парадной, нервно ходил из стороны в сторону и курил. Руслан сидел на лавочке и выл о том, как бы Даня отъебался от него и дал еще хотя бы банку пива. — Ты, сука, — начал Тушенцов, кривясь и смотря на Кашина, — аморальный выродок, блять, — он просто лег на лавочку. Даня ничего не отвечал, а Руслан лежал на лавке и бормотал, какой Данил «уебок», «говно» и «дрочня». Тушенцова злило то, что Кашин ничего не отвечает в ответ на его оскорбления, поэтому он встал и чуть не упал, но подошел к Дане и, схватив его за шею, немного наклоняя к себе, поцеловал. Да, вот так просто. Руслан, даже будучи бухим в пизду, понимал, что после этого поступка он получит не только в глаз, а все его лицо преобразится в сплошной сине-фиолетовый синяк. Но вместо того, чтобы оттолкнуть Тушенцова, Кашин ответил на поцелуй, держа одну свою руку на волосах Руслана. Воздух в легких просто заканчивался, и Данил отстранился от Руслана, внимательно рассматривая его лицо. Тут, Тушенцов засмеялся и сказал: — Спрашиваешь, трудно ли быть пидором? — Руслан просто стоял и ржал, а Кашин понимал, что стал, как бы, тем, над которым постоянно шутил. — Прибегаешь к тому, от чего пытался убежать. Тушенцов достал из кармана немного поломанную сигарету, взял из руки Дани зажигалку, и они вместе сели на лавку. Данил вызвал такси, Руслан сидел, втыкая в пол и курил. Хотя втыкал в пол он намного больше, чем курил. Никто из них не посчитал нужным говорить, поэтому Кашин просто смотрел на небо. Возможно, они бы так дальше и молчали, но Даня решил впихнуть еще больше неловкости сюда — Красивое… эээ… — Данил остановился, рассматривая мусорку. — Небо сегодня, да, вот бля, — закончил он, и начал тихо посмеиваться. — Ебать, вот я романтик, да? — в этот момент Руслан приобнял Даню. — Все, как в паршивых фанфиках про пидорасов. — после этой фразы Тушенцов затянулся, а потом закашлял, посмеиваясь. Даня лишь улыбался, рассматривая свои кеды. К парадной подъехала машина такси, и они завалились в нее. Дантес все так же улыбался, а Руся достал телефон и смеялся с мемов, иногда показывая их Дане. Руслан все еще приобнимал Данила, и тот был совсем не против.

***

Руслан не был трезв. Он мог натворить что угодно, но он просто сказал: — Держи ключи, и, пожалуйста, уложи меня спать, — Тушенцов полностью облокотился о Даню, и они пошли в квартиру. И, опять же, все будет снова не так, как думал Данил.