Съёмная квартира.

— Мам, отстань. Я уже взрослая! — ныла я, уже в который раз. — Пф, взрослая нашлась. Ей восемнадцать два месяца назад исполнилось, а она уже что-то себе напридумывала, — мама была против того, что я еду поступать в Новосибирск на журналиста, как никак далеко от дома. Но в любом случае она не может с этим ничего поделать, поэтому читает мне нотации до сих пор. — Ты сама-то понимаешь, что тебе надо найти жилье и работу, чтобы за него платить, а? — Да, мам. Я завтра же поеду смотреть варианты квартир и начну искать работу, — повторяю ей это уже сотый раз. — Ты же позвонишь, когда доедешь? — заволновалась мать. — Я подумаю, может быть нет… — пролепетала я. — Я тебе подумаю! — замахнувшись полотенцем, прокричала мама, но я, слава богам, уже успела выбежать в подъезд. Хихихи, не достала до меня!

***

      Я уже подъезжала к новому для меня городу. Он был очень большой, поэтому я, зная свои проблемы с ориентированием, сразу же закачала карту Новосибирска в телефон. Маме я позвонила все-таки, а то она бы меня из-под земли достала. Сегодня переночую в каком-нибудь хостеле, а завтра уже посмотрю несколько квартирок.       Кстати, меня зовут Лера. Полякова Валерия Андреевна. У меня короткие рыжие волосы, которые ели как достают до плеч, милое лицо, скрывающееся под кучей веснушек и прыщиков (у меня лицо — это проблемная зона), немного худощавое тело, но вполне подкаченное. Я заселилась в хостел и первым делом пошла кушать. Ну, а после еды, можно и вздремнуть немного.

***

      Я не я, если не просплю встречу. В общем, я «вздремнула» на шестнадцать часов. Акклиматизация, наверное. Первая квартира прощально помахала мне рукой, но ничего, я еще успеваю на вторую. Быстро умылась, напялила на себя платье и каблуки. Выбежала пулей из моего временного дома и запрыгнула в такси, которое я, проснувшись, вызвала. Я подъехала к очень красивой многоэтажке. И здесь сдается двухкомнатная квартира за пятнадцать тысяч? Не думаю… — А мы точно приехали по адресу? — спросила я у таксиста. — Да, девушка. Вы это уже раза два спросили, — раздраженно бросил армянин.       Я вышла из машины и направилась к нужному мне подъезду. В домофоне отозвался голос какой-то старушки. Поднялась на пятый этаж, потому что лифт (неожиданно правда?) сломался. Дверь была стальной темно-коричневого цвета, впрочем, как и все. Дернула за ручку, и сразу на пороге меня встретила бабуля. Хотя о ней так не скажешь. Вместо привычного бабушкинского халатика, в котором можно уместить всю семью, была черная безрукавка и серые спортивные штаны, а на замену тапочкам пришли кроссовки. Руки у старушки были в татуировках, а вместо обычной стрижки были короткие волосы, сбритые у висков, фиолетово-розового цвета. — Здравствуйте, Антонина Сергеевна… — я вошла в коридор, который мне сразу же понравился, и пожала женщине руку. — Солнышко, можно просто Тоня, — приветливо отозвалась она.       Дальше Тоня показывала мне квартиру. Жилище было просто в прекрасном состоянии. Мебель была расставлена уютно и со вкусом. Видно, что эта бабуля побольше меня разбирается в молодежных фишках. Она пригласила меня в гостиную, где мы подписали документы. Я ни сколько не раздумывала, потому что, во-первых, институт, в который я хочу поступить, находится в пяти минутах ходьбы, во-вторых, я не найду такой шикарной двухкомнатной квартиры в центре города за пятнадцать тысяч рублей в месяц.       Мы, я и Сергеевна, пили чай с печеньем на кухне. — Лерочка, а тебе сколько лет? — спросила меня бабуля. — Восемнадцать, — сейчас начнется. — Ой, совсем молоденькая еще. Что ты сюда одна приехала? — я же говорила. — Учиться, конечно же, — усмехнулась я. «Нет, блин! Проституцию в вашем городе развивать». — А парень-то у тебя есть? — бабушкам всегда это так интересно. — Нет, — протянула я. — Хотя может быть я что-то я не знаю, и мама тайно сосватала меня за какого-нибудь ботана. — Мы, женщины, и не такого можем, — Антонина рассмеялась. — Так, в общем, я буду к тебе раз в месяц наведываться. В ближайшие две недели мне не звони, я с друзьями поеду в Таиланд отдыхать. Как вернусь, обязательно тебя навещу. Сувенирчики какие-нибудь привезу.       С бабулей мы попрощались, я даже на такси ее посадила. Милая женщина, хоть и странная весьма. Но уже вечером я переехала на свою квартиру. Теперь осталось решить вопрос с работой и институтом.

***

      Спустя две недели моего проживания в городе, я могу сказать вам три радостные новости: у меня есть квартира, работа и я поступила в универ. Работа, кстати, около моего дома. Буду помогать женщине в книжном магазине. Что обрадовало, так это график. С понедельника по пятницу пять часов в день. Великолепно. Сегодня приезжает бабуля, поэтому я решила подготовиться.       Пошла в ванную. Сделала разные процедуры с телом и волосами, лицо я решила оставить на потом. На теле из одежды было только полотенце. Ненадолго покинула мраморную обитель, видите ли, мне чаю захотелось. Заварила в чайничке зеленый чай, достала печенье и конфетки. Со своим перекусом я управилась за несколько минут. Вспомнила, что я еще не до конца привела себя в порядок, поэтому нанесла милую маску из голубой глины.       Время смывание медленно подошло, но тут стали раздаваться странные звуки со стороны двери. Подошла к двери и, действительно, по ту сторону стоял симпатичный парень с огромным рюкзаком за спиной. Высокий, накаченный, загорелый и… От мыслей меня отвлекло лишь то, что он просунул ключ в замочную скважину.       «Дело пахнет керосином. Но ничего, мы — русские — не сдаемся!»       Я со скоростью света побежала на кухню и скорее достала чугунную сковородку. Встала возле входа, в ожидании прихода врага. Страха совсем не было, только бешеный адреналин плескался в крови. Щелчок — дверь открылась. Я стояла в полной боевой готовности, но шаги фашиста отдалились в другую часть квартиры, скорее всего в мою комнату.       «Извращенец! Сейчас будет в моем нижнем белье копаться. Нет, я этого так не оставлю!» — как партизан, я кралась в направлении заветной двери. Издалека я увидела его спину и старалась передвигаться еще тише. — Что за черт? — донесся голос парня. В этот момент он поднял несколько моих вещей в воздух. — Киийаа!

***

      Я сидела на диване, скрестив ножки, полностью довольная собой, как никак, победила вражеского завоевателя. После моего великолепного удара, он свалился на пол, но для прочности дела, я усадила его на стул и замотала скотчем. Подумав, что блондин никуда не уйдет, я пошла готовиться к приезду Тони. Маску я смыла, заменив ее легким макияжем, а вот полотенце сменили кремовая полупрозрачная блузка и черные джинсы, на ноги я напялила смешные радужные носки. Парень начал пробуждаться, а я так и продолжала сидеть на мягкой мебели, но сковороду я далеко не убирала. Черные глаза пленника направились в мою сторону, злобно сверкнув. — Ты кто такая? — гаркнул он. — Меня зовут Лера, — мило улыбнулась я. — Плевать мне, как тебя зовут! Ты что в моей квартире забыла? — парень откровенно грубил мне, но ничего. — Это мне тебя спросить надо, — я все также спокойно отвечала, хотя нервы уже были на исходе. — Это моя квартира! — закричал блондин. — Моя тоже! — я достала из шкафчика, что был неподалеку договор, заключенный с Антониной. Парень внимательно его прочитал, но, к моему удивлению, рассмеялся. — Чего смешного? — Ахах, ничего, просто, эта квартира Антонине Сергеевной не принадлежит!       Дальше я просто не стала слушать этого самодовольного глупца, а проследовала на кухню, где позвонила Сергеевне. Через несколько гудков она взяла трубку. — Лерусик, добрый день, что-то случилось? — Здравствуйте, Антонина Сергеевна. Да, случилось. Точнее, случился. Загорелый блондин с черными глазами. — Ой, а ты уже познакомилась с Марком? Ладно-ладно, уже выезжаю.       После этого звонок оборвался, оставив у меня в голове огромное количество вопросов. Делать нечего — придется ждать. Я вернулась в комнату, где сидел парень. Диван также уютно меня принял, как и пять минут назад. — Марк, значит? — спросила я. В ответ мне было послано лишь молчание. Всю эту тишину прервал звук, исходящий из живота парня. Я рассмеялась, но все-таки взяла себя в руки. — Хочешь есть? — и снова это молчание. — Я тебя развяжу. — Так развязывай, — грубо бросил он.       Я аккуратно подошла к Марку и стала разматывать скотч. Время от времени парень дергался, потому что я очень сильно отдирала клейкую ленту. Когда последний кусочек подходил к концу, я постаралась как можно скорее сбежать на кухню от рассерженного парня. Хотя, понятное дело, если бы кто-то меня замотал, а потом освободил, то мало бы человеку не показалось. Убежать на кухню мне все-таки удалось, поэтому я со спокойной душой стала готовиться к обеду. Парень волшебным образом куда-то испарился, что было мне по душе. Достала из холодильника салатик с помидорчиками и огурчиками, котлетки с пюрешкой и борщ. Пока я разложила тарелки вместе с приборами и поставила на стол салат, в квартиру вошла загорелая Тоня. — Лерунчик, привет. Как у тебя дела? — слышно было, что голос у бабушки был слегка взволнован. — Как сказать, все хорошо, не считая неожиданный приезд Марк. А вы как отдохнули? — я старалась тихо и мирно поддерживать беседу. — Не сердись, внученька, я все объясню… — она хотела продолжить, но ее прервал блондин. — Уж постарайся, бабуль.       Я повернулась в сторону источника звука и увидела Марка. Он вышел из ванной, о чем свидетельствовали мокрые волосы, хорошо хоть не в полотенце, а в майке и шортах. Парень по-хозяйски сел за стол, его примеру последовала Антонина. Пока я кружила по кухне, накрывая на стол, стояла гробовая тишина. И вот мы принялись за обед. — Лера, у тебя очень вкусный борщ, — похвалила меня Сергеевна. — Спасибо, — улыбнулась я. — Как по мне, соли не хватает, — пробурчал блондин. — А как по мне, тебе вежливости не хватает, — съязвила.       Тут началась самая настоящая перепалка, которую вовремя устранила Сергеевна. Я, конечно, не могу назвать себя истеричкой, но этот парень явно нарывался. Он бесил меня всеми фибрами души, поэтому я попыталась перевести весь свой гнев в правильное русло — начала мыть посуду. Антонина беседовала о чем-то с Марком, но слушала я их в пол уха. Меня больше тревожила мысль о том, что если парень действительно владелец квартиры, то где я буду жить. Ведь все сложилось для меня наилучшим образом: и работа, и учеба — все рядом. Из своих раздумий меня вырвал чайник, который стал закипать. Разлила чай по кружкам, достала конфеты и печенье и села за стол. Я хотела наконец-то услышать от бабули занимательную историю, где в главной роли я и Марк. — Лера, я не хочу, чтобы ты сердилась на меня. Марк — мой единственный внучок, ему уже двадцать пять, а о женитьбе у него и мысли нет. А я бы хотела на своем веку понянчить правнуков. Вот мне и взбрело в голову сдать его квартиру, пока он в отъезде. Думала, вы сразу же подружитесь, а там может быть и что-то большее. — Ба, сколько раз я тебе говорил, рано мне еще, — возмущался парень. — Рано ему, рано. Обо мне подумал? — запричитала Тоня. — Так, это, конечно, здорово, но что мне теперь делать с квартирой? — напомнила я. — Съезжать, — грубо ответил Марк. — Но… — возмутилась бабушка. — Точка! Я все сказал! А теперь прошу, покиньте меня, — блондин встал из-за стола, кинул кружку в раковину и ушел в гостиную.       Антонина еще попыталась с ним бороться, но он ясно дал понять, что больше не хочет ничего слышать. Я грустно поплелась в комнату собирать вещи. Радовало то, что их было немного, я управилась за час. Тоня предложила мне жить у нее, но я вежливо отказалась, хватит с меня этой семьи. Обуваю кроссовки, беру чемодан, собираюсь выйти, но… — Лера, стой! — я поворачиваюсь и смотрю на Марка. Неужели он одумался и даст мне пожить у него? — Ключи отдай.       Все мои надежды рухнули в тартар. Я рассердилась и бросила эти ненавистные ключи в хозяина квартиры, хлопнула дверью и вышла в подъезд. На улице начинали собираться тучи, а на глазах — слезы обиды. Самое ужасное было то, что я не знала, что будет дальше. Мне некуда идти. Я просто села на лавочку и включила телефон, зарядка почти села. Стала набирать знакомые цифры. Гудки стали раздаваться. — Да, Лера, что-то случилось? — Привет, мам…

***

      Не знаю, сколько я говорила с мамой, но телефон предательски сел, дождь все-таки начался, а слезы так и потекли с глаз. Маме я ничего не сказала, я уверена, у нее и без меня хватает забот. Легче мне, конечно, не стало, но по-крайней мере я знала — я не одна. Я встала с этой лавки и пошла со двора. На проспекте не было ни души, я шла в одиночестве. Это с одной стороны радовало меня, но с другой вводило в ступор, куда подевались все люди. Спустя несколько часов бездумного хождения, я зашла в какое-то кафе. Часы в нем показывали около десяти вечера. Моя одежда была насквозь промокшей, но это не помешало мне сделать заказ. Когда мне принесли кофе, я решила, когда выйду, поймать такси и поехать в тот хостел, в котором я некогда уже останавливалась.       Я уже собралась уходить, если бы не одно но. Хотя даже целых два. Марк зашел в это же самое кафе с какой-то девушкой. Они сели в другом конце зала и, кажется, не заметили меня. Как теперь выходить? В грязной мокрой одежде с потекшим макияжем? Этому не быть. Пока они что-то заказывали, я пулей побежала в туалет вместе с вещами. Хорошо, что чемоданчик со мной. Зашла в кабинку и скинула грязные вещи. Достала теплую черную толстовку и такого же цвета спортивные штаны с лампасами, кеды со своими радужными носками я оставила. Подошла к раковине с зеркалом и смыла остатки макияжа, нанесла новый. Немного помотала головой, чтобы волосы казались более-менее сухими. Я небрежно накинула капюшон на голову и гордой походкой пошла на выход. Марк и его спутница обратили на меня внимание, но я не я, если не вытворю что-нибудь. — Ночь была так себе, дорогой! — послала воздушный поцелуй и вышла из заведения. Конечно, я слышала, как девушка начала возмущаться, а в голове лишь пролетело — «Лера, ты злюка».       Пусть сами разбираются, а я поехала. Уже стала ловить такси, как меня нагло схватили и закинули на плечо. Знакомая фигура, Марк. — Отпусти, пожалуйста! — закричала я. — Ты, ненормальная, испортила мне свидание, тебя следует наказать, — сказал брюнет. — Отшлепаешь? — засмеялась я. И в доказательство он смачно зарядил по моей попе. — Ай!       И мы действительно поехали к нему на квартиру. И меня действительно наказали, очень жестко…

***

— Мам, а как тебя папа наказал? — спросил маленький Богдан. — В угол поставил, сынок, в угол, — я хитро сверкнула глазками в сторону Марка, он также, как и я улыбался.