Часть 1
9 июля 2017 г., 22:18
В то утро второй в списке убийств у Драко значилась Гермиона Грейнджер. Забавно, но впервые за последние четыре года она смогла опередить в этом списке Поттера и Уизли, которые с первого курса Хогвартса делили призовые места.
Что такого натворила Гермиона? Всего лишь уговорила Драко поехать на две недели в Россию, однако отпуск, который по идее должен был помочь ему отвлечься от предстоящей крупной сделки, превратился в сущий ад. Мало того, что они банально не могли попросить о помощи, не заглянув при этом раза три в словарь, так ещё Гермиона, руководствуясь странными критериями, выбрала местом проживания небольшое село, где именно в эти дни жители планировали отмечать славянский праздник. В общем, с той минуты, как они сошли с самолёта (хотя и во время полёта Драко проклинал себя за согласие на эту пытку) Гермиона с конца списка убийств перескочила сразу на первое, а в это утро её сместил самый обычный петух.
Правда, Драко был уверен, что так вопить в полшестого утра могут только души, жарящиеся в адском пекле. И тем не менее в петуха он с огромным удовольствием запустил бы Аваду, потом собрал бы вещи, не заботясь о том, чтобы сложить их аккуратными стопками, связал бы возмущённую Гермиону и, наплевав на незавершённый отдых, вернулся бы в Англию. Там спокойнее.
Однако Драко этого не сделал. Во-первых, по прибытии в Англию он незамедлительно столкнулся бы с гневом Гермионы, а её Драко в гневе видел не раз и как-то не горел желанием повторить незабываемый опыт. Во-вторых, пока он, уставившись в потолок, прокручивал способы эффективного побега из России, петух умолк — вполне вероятно, что до него добрался другой невыспавшийся бедняга. Злость куда-то испарилась, оставив усталость, от которой Драко никак не мог избавиться второй месяц. Собственно, эта усталость заставила его согласиться на незапланированный отпуск, который пока не оправдал себя.
Сон ушёл и, похоже, безвозвратно, так что, потянувшись, Драко откинул в сторону одеяло и прошлёпал босыми ступнями к умывальнику в углу комнаты. При знакомстве с приютившей их хозяйкой дома оказалось, что даже такая малость — роскошь для местных. Чаще умывальник один на весь дом, а ещё чаще — на улице под небольшим навесом. Интересоваться устройством ванной Драко не пытался — зачем окончательно портить себе настроение в то время, когда твою девушку по необъяснимой причине всё устраивает?
Приведя себя в порядок (если оставшиеся под глазами тени бессонницы вкупе с нежелающей уходить со лба морщиной недовольства можно назвать порядком), Драко спустился в тесную кухню, до дрожи в коленках напоминающую кухню семейства Уизли. В таких условиях невольно можно заскучать по чопорному Малфой-мэнору.
Гермиона, которой не было с Драко сегодня в постели, обнаружилась заснувшей в кресле с книгой и англо-русским словарём на коленях. Видимо, Анне — женщине, приютившей их, — не удалось уговорить пойти спать упрямую англичанку, а та задремала за изучением местных лекарственных трав. Драко немного позавидовал ей — Гермиона спала столь крепко, что петушиные вопли нисколько не потревожили её грёзы.
С улицы послышались чьи-то торопливые шаги и в дом зашла Анна.
— О, вы проснулись! — она улыбнулась Драко, во второй раз за утро напомнив о семье Уизли, а именно добродушную Молли. Говорила женщина медленно, старательно выговаривая каждое слово, чтобы гости могли её сразу понять. — Будете завтракать?
Драко благодарно кивнул и, проводив Анну взглядом, направился к Гермионе. Пора было будить её. Почему-то он предчувствовал, что это день для них будет не самым простым.
***
В списке убийств Гермиона успешно вернула себе лидирующую позицию уже к обеду, а всё потому, что Драко заставили собирать хворост без магии! К тому же никто не смог внятно объяснить для чего столько веток нужно, но Анна решительно вытолкала гостя за порог, а Гермиона напоследок отобрала у него палочку, быстро поцеловала (как будто это было достойной компенсацией) и скрылась с Анной и другими женщинами в доме. Его утащила с собой толпа парней — ровесников Драко. Их имена были благополучно забыты, да и разговаривать с ними желания не было. Они показали Драко, куда сваливать хворост, и позволили ему самому исследовать подлесок. Когда Драко притащил из леса уже третью охапку веток, он, глянув на растущую кучу, решил, что без него тут прекрасно справятся, а потому, убедившись, что всем и правда плевать на него, скрылся в лесу, бредя по тропинке, которую приметил ранее. Она постоянно петляла, подныривая, под свесившимися ветвями кустарников, резко заворачивая за деревья, и пару раз раздваиваясь, так что Драко на свой страх и риск запоминал эти развилки, надеясь, что сильно далеко он не уйдёт. Хотя, как знать — ноги-то сами собой несли его вперёд, и останавливать их Драко не торопился. Наконец лес закончился, тропинка вывела его к огромному полю. Зажмурившись от вышедшего из-за облаков солнца, Драко несколько секунд не мог заставить себя открыть глаза, а когда, прогнав слёзы, открыл, смог рассмотреть поле. Ветерок принёс знакомый запах, а Драко узнал стебли перечной мяты, которые позавчера ему показывала Гермиона в том справочнике, что увлёк её ночью. Ещё с десяток шагов он сделал по инерции, пока не понял, как устал от прогулки. Раньше бы Драко не прельстила перспектива разлечься на земле, однако сейчас это казалось самой лучшей идеей, и ей он с радостью последовал, переставая сопротивляться гравитации и опуская тело прямо в мятное царство. Тени от листьев закрывали глаза Драко от солнечных лучей. В какой-то момент — когда новый порыв ветра принялся раскачивать стебли, заставляя их мягко шуршать, — ему показалось, что тело плывёт в зелёном океане, а над ним, как будто отражаясь, барахтаются в нежно-голубых водах барашки облаков. Губы юноши растянулись в улыбку, когда он вспомнил, сколько раз пытался считать баранов перед сном, отчаянно пытаясь нагнать на себя сонливость. Однако стоило Драко по привычке начать считать воображаемых барашков, резвящихся на облаках и прыгающих с одного островка на другой, как он почувствовал внезапно навалившуюся сонливость. Не прошло и пяти минут, а Драко уже мирно сопел, согреваемый пробивающимися сквозь мятные заросли лучами и убаюканный шелестом листвы.***
Драко казалось, что он спал несколько дней. Прохладный воздух, напоённый ароматом мяты, равномерно проникал в лёгкие. Взгляд бесцельно перескакивал с пока ещё немногочисленных звёзд на тонкий ободок месяца и обратно. Как хорошо, что его не нашли. Возможно, кто-то и забеспокоился его исчезновением, но по крайней мере Драко наконец выспался, хотя и прикорнул буквально на пару часов. — В прятках тебе не было бы равных, — сказал знакомый голос где-то справа. — Может быть. Никогда не играл в них. Гермиона — а это, конечно, была она — села рядом с Драко. Её ладошка легла ему на лоб и нежно погладила то место, где в последнее время обитала морщинка раздражения и которой больше не было. — Всё успели сделать? — Да, — протянула Гермиона. — Гирлянды из цветов развесили на каждом доме, и я, если честно, наложила на них заклинание, которое не даст этой красоте погибнуть к завтрашнему вечеру. — Как будто никто не заметит. — Ну и пусть, — упрямо буркнула Гермиона. Она продолжала мерно гладить Драко по голове, иногда зарываясь пальцами в светлые волосы и плавно массируя ими кожу. — Эти люди верят в цветок папоротника! Не думаю, что от маленького заклинания будет вред. Драко слабо ухмыльнулся на её слова. — Всегда знал, что в тебе живёт нарушительница закона. А мне даже хворост не разрешила собирать магией! — Тебе это только на пользу, — парировала Гермиона тоном заботливой мамы. — Как себя чувствуешь? Ты, похоже, смог поспать… — Живым, наверное, — ответил Драко, когда сел и посмотрел на Гермиону. Она мягко улыбалась, а глаза её светились радостью. — Ты всё подстроила? — Не совсем, — хмыкнула она. Порывшись в сумке, Гермиона достала небольшой венок, полностью сплетённый из мяты. — Я хотела подарить его тебе на празднике, а потом заварить чай. Местные верят, что в эту ночь целебная сила трав усиливается и, видимо, — она кивнула на мятное поле, — не так уж неправы. — А зачем он? Гермиона закатила глаза и ловко набросила венок на голову Драко. Он попытался сбросить подарок, однако под строгим взглядом девушки резко передумал. — От тебя, кстати, я буду ждать похожего. — Но я не умею их плести! — У тебя есть целый час, — Гермиона пожала плечами, — чтобы научиться, тем более, что я рассказывала об этом празднике и его традициях, — поднявшись, она отряхнула платье и направилась в сторону деревни, оставляя Драко с мятным венком на голове и полным бардаком в мыслях. — И да, — она обернулась, чтобы с лукавой улыбкой добавить, — не придёшь к костру через час, уйду прыгать через него с тем, кто окажется проворнее тебя.***
Драко всё же удалось сплести венок для Гермионы, использовав стебли мяты с поля, а также цветы, найденные на обратном пути в деревню. Выглядел венок не так красиво, как у других девушек и парней, которые под весёлый смех прыгали через костры, но всё же Драко не отдал никому свою девушку, а она к тому же не расстроилась из-за неказистого подарка. И когда они, взявшись за руки, прыгнули над костром, Гермиона окончательно исчезла из злополучного списка Драко.
