Больная любовь.

      — Я его люблю, понимаешь?       — Не понимаю.       Но Чимин всё равно сидит рядом и подставляет дружеское плечо сломанному Чонгуку. Чонгук сломан, как внутри, так и снаружи, но отчаянно отрицает это. Он наступает на одни и те же грабли, острия которых стали похожи на лезвия. И всё так же ранит себя, а Чимин уже без понятия, как ещё донести до младшего горькую правду. Он тебя не любит.       — Я ему нужен, — оправдывается Чонгук, цепляясь за Чимина.       — Он тебя не любит. — Вслух.

***

      Чонгуку страшно. Пальцы ледяные и липнут друг к другу, Чон сжимает ладони в кулаки, напрасно надеясь унять дрожь. Ком в горле душит, а слёзы застилают глаза.       — Хён, пожалуйста!..       — Я сказал, ложись.       Чонгук делает шаг назад и в ту же секунду чувствует чужую руку на груди и слышит треск собственной рубашки. А затем его грубо прикладывают к полу в метре от кровати. Чонгук сильно ударяется лопатками и головой, с губ срывается сдавленный выдох. Он не успевает понять, как рубашка рвётся сильнее, оголяя его грудь и торс. Тэхён без всякой жалости заламывает руки Чонгука за его спину, заставляя выгнуться в пояснице.       — Хён!       — Заткнись.       Тэхён рычит, сдавливает чужую шею и чувствует под пальцами бьющуюся жилку. Он крепче сжимает, замечая, как цвет лица Чонгука меняется на розовый, затем на красный; он чертыхается, в глазах лопаются сосуды, а рот открыт в жалких попытках вздохнуть. Тэхён отпускает, когда губы Чонгука уже начинает синеть. Он тут же глубоко вздыхает и сразу начинает заходиться сильным кашлем. На шее уже остались красные следы чужих пальцев, которые скоро превратятся в синяки. Сердце долбит грудь, как сумасшедшее.       — Не надо... Я не хочу.       Тэхён одним резким движением расстёгивает ремень и стягивает джинсы с Чонгука, царапая бляшкой его бедро до крови. Он вжикает молнией, а Чонгука начинает трясти. Его руки уже онемели, и глотку до сих пор дерёт. Тэхён входит резко, без всякой подготовки, срывая с губ Чонгука громкий крик. Он не даёт привыкнуть ему ни секунды — вбивается в бешеном ритме, пока семя не смешивается с кровью, пока чужой крик не перестаёт оглушать. Ещё пара толчков, и Тэхён выходит из обмякшего Чонгука. Последний смотрит в сторону на белоснежную стену, точнее, просто мажет по ней взглядом.

***

      — У тебя синяки. — Чимин дотрагивается до тёмных отметин на шее Чонгука. — Это он сделал?       Чимин понимает, что спрашивать бессмысленно, когда уже знаешь ответ. Но Чонгук вместо ответа произносит, как всегда, своё:       — Я его люблю.       Чимину и ударить Чонгука хочется, чтобы мозги на место встали, чтобы сердце начало в другом ритме стучать, но и прижать к себе крепко тоже хочется, чтобы не ходил больше к Тэхёну, чтобы почувствовал настоящее тепло.       — А меня любишь? — спрашивает Чимин.       — Люблю, — без задней мысли отвечает он искренне.

***

      — Хён... — сипит Чон и всё ещё смотрит на стену.       Он переводит взгляд на старшего и видит лишь сгорбленную спину.       Чонгук поднимается, но резкая боль заставляет замереть на месте и зажмуриться до разноцветных пятен в глазах. Он медленно тянется к старшему, неловко касается одного плеча, затем другого. Прислоняется своей грудью к его спине и обнимает крепко-крепко, зарываясь носом в волосы на затылке.       — Ты всё ещё любишь меня, Чонгук? — Младший кивает, чувствуя, как ком вновь встаёт в горле. — Ты даже хуже меня.       Чонгук на это лишь вымученно улыбается. А когда Тэхён неловко касается его пальцев на своём плече, Чонгук произносит:       — Но я тебе нужен. — А Тэхён даже возразить не может.       — Но я тебя не люблю. — Тэхён выпускает чужие пальцы из своих рук и оставляет Чонгука одного.

***

●●●

      — Почему ты с Чонгуком?       — Он похож на него.       — Это неправильно.       — Я знаю.       — Он влюбился в тебя без памяти. Тебе его не жаль?       — Я умру без Чонгука, точнее, без него.       — Но его больше нет.       — ...Он – это Чонгук.       — Тебе пора уже перестать обманывать самого себя.

●●●

***

      — Всё нормально! — успевает крикнуть Чонгук, пока Тэхён ещё не переступил через порог. — Слышишь? Всё нормально, если ты будешь принимать меня за него. Только останься, прошу.       Тэхён медленно разворачивается и шагает к Чону, останавливается, чуть ли не наступая тому на пальцы, и смотрит сверху вниз.       — Тогда с этих пор ты больше не Чон Чонгук.

***

      — Мне уже пора, он ждёт меня. — Чонгук вырывается из тёплых объятий друга и слабо улыбается. — Я буду скучать.       — Ты уверен в своём решении, Чонгук? Он тебя уничтожит, он тебя уже уничтожил! Одумайся, для него ты просто замена. — Чимин не хотел терять Чонгука, не хотел, чтобы его лучший друг навсегда погрузился в эту больную любовь.       Но Чон уже всё решил. Ему нужен Тэхён, а Тэхёну нужен Чонгук. Простое уравнение без единого правильного решения.       Чимин не хотел отпускать Чонгука до последнего, но даже он не смог его остановить. Чонгук уехал вместе с Тэхёном.       А Чимин понял одно: от больной любви лекарств нет.