А почему бы и нет?

      Моника лежала в своей кровати. Рядом на стуле сидела Розалия, она аккуратно стирала с лица сестры грим ватными дисками со средством для снятия макияжа. Мая тихо устроилась у ног хозяйки. Из окна лился блёклый свет вечерней луны и уличных фанарей.       — И как тебя угораздило заболеть перед школой… — тихо сказала Роза, поправляя одеяло.       — Сама не знаю… Я постоянно болею., — тихо прошептала Ника, закрывая глаз для того, чтобы Розалия стёрла с него макияж. — С самого детства. Всегда. Кстати, что сказал маме врач?       — То, что у тебя самое обычное ОРВИ и ещё что-то странное ве… Веве… Веге…       — Вегетососудистая дистония? — подсказала девушка.       — Ты знала? Я думала ты расстроишься когда узнаешь… Или… Ничего не поймёшь как я.       — Ха-ха. Нет, я знала, уже давно. Это пониженное давление вроде бы. Голова болит, слабость. Мне нельзя много заниматься спортом.       — Хм… Ясно. А можно спросить? Я хочу узнать тебя получше.       — Почему бы и нет.       — Мне так и не удалось узнать что-нибудь про вашу группу.       — Ох… Ну… Название переводиться как «Мой малиновый скелет в шкафу». Мы играем не так долго, но у нас уже есть продюсер. Его зовут Мартин. У нас была барабанщица, но она уехала. Ещё мы меняемся инструментами, ведь умеем играть на всех. Ну… Которые у нас есть. Гитара, басы, клавиши, ударные… Не знаю, что ещё…       — Ух, это интересно, но тебе пора спать, — Розалия погладила сестру по голове и поцеловала в лоб. — Кстати, у меня есть для тебя новость. Но завтра, всё завтра.       — Спокойной ночи, — прошептала Моника.       — Спокойной, — бросила Роза в ответ выключив свет.       И комнату остались освещать только неоновые созвездия на стенах и свет уличных фонарей.

***

      Лучи уже почти дневного солнца освещали комнату. Моника растянулась на своей кровати и потянувшись свернулась комочком. Проснулась она не в бодром возбуждении, а в блаженном дремотном состоянии, которое приходит к невыспавшимся людям рано утром. Скомканное одеяло лежало у ног девушки, а по её телу проходила морозная дрожь.       Ника села на кровати и ей тут же захотелось лечь обратно. Но она встала и вышла из комнаты в ванную. Дверь в спальню была приоткрыта, а в комнате не было кошки, что девушка подметила ещё минуту назад. Умывшаяся и расчесавшая волосы, но сонная Моника вернулась в комнату, чтобы сменить пижаму на что-то подходящее для хождений по дому. Она натянула футболку и мягкие, домашние шорты. Плюхнувшись на кровать она завернулась в одеяло и прикрыла глаза. Делать ничего не хотелось, всё тело стало тяжелее в пять раз, болезненный озноб накрывал девушку своей ледяной рукой.       Поборов лень, Мони всё же встала с кровати и подошла к картонным коробкам, стоявшим в углу комнаты. Из одной она достала пакет и аккуратно вытащила из него красную, мужскую толстовку, явно больший размер, чем у нашей героини. Она вдохнула запах, приложив кофту к лицу, и улыбнулась. Натянув сей предмет одежды, доходивший Нике чуть ниже, чем до середины бедра, и гольфы Моника вышла из спальни.       Накинув капюшон девушка с лёгкой улыбкой бесшумными шагами направилась на кухню, прямо по коридору и вниз по лестнице. Услышав чьи-то голоса Моника остановилась на лестнице. Перед ней предстала такая картина: на диване сидят и беседуют пять человек. Лизандр, Кастиэль, Розалия, Ева и Салли, они её не заметили и дальше преспокойно продолжили беседу.       — Ну, я не знаю! — возмущался Кастиэль. — Она могла хоть намекнуть. Это был мой самый большой шок за жизнь, ну конечно, после всех неожиданных приездов предков.       — Я думаю, она хотела сделать сюрприз, — высказала своё мнение Ева. Моника сразу поняла, что речь идёт о ней.       — Судя по реакции Каса он удался, — подмигнула блондинке Роза.       — Ещё как. Мы не ожидали. Правда, Лизандр? — спросил Кастиэль.       — А?       — Ничего! — засмеялась Роза.       Моника заметила, что Салли посмотрела на неё и улыбнулась. Девушки пошли друг другу на встречу и Салли обняла Монику. Все обернулись на подруг. Ева спросила:       — Как ты?       — Всё хорошо. Кажется…       — А-ах! — вздохнула Салли — Джейка?       — Да, — Ника мило улыбнулась.       — Я одна не понимаю вашего разговора? — спросила Роза.       — Всё просто. Толстовка на Монике принадлежит Джейку, парню из детдома, — пояснила за девушек Ева.       — Ясно… Ладно, Мони таблетки там, на столике. Запьёшь водой.       Ника зашла за невысокую перегородку, пробежалась глазами по упаковке, достала одну таблетку, положила в рот и запила водой. В голове играла странная музыка, которая, казалось, окутывает весь окружающий мир в туман. Долго болеть не хотелось, да и вообще… Девушка вышла ко всем. Розалия сказала сестре:       — Иди в свою комнату, у тебя постельный режим.       — Нет.       — Что «нет»? — переспросила Роза.       Она была весьма ошарашена столь спокойным, но ясно дающим понять, что ничего не будет, ответом.       — Я не пойду, — Моника вышла в коридор через стеклянную дверь. Ева и Салли одновременно встали с дивана с беспокойными лицами. Салли показала Еве рукой, давая понять, что она пойдёт одна.

***

      Моника сидела на диване, смотря в одну точку. Салли села рядом, и они не смотря друг на друга начали диалог:       — Вы поссорились с Розалией? Ты так… Эм…       — Нет, с чего ты это взяла? — Моника чуть нахмурилась, но всё равно продолжала пялиться на дверь. — Я обидела Розу своими словами?       — Я не знаю, может чуть-чуть… — Салли запуталась, сначала она думала, что они поссорились изначально, но теперь Ника об этом и не знает… Как можно не знать собственной ссоры?! Тогда… — А что ты имела ввиду, когда сказала, что не пойдёшь в комнату и ушла сюда?       — Меня хотели навестить и я думала, что предупредила Розу об этом. Вчера вечером… Нет, не вчера… И не вечером… — Моника резко встала, а Салли от этого дёрнулась. — Я ей не сказала! И правда, со стороны это выглядело, как ссора. Ой!       — Не переживай, я ей всё расскажу. Жди своего Ромео.       — Вообще-то его зовут Джейк…       — Что?! Ты пригласила Джейка?!        — И ещё кое-кого… Только они сами напросились! Не вежливо было отказывать…