Я так и знал...

— Мистер Старк — механический голос разбудил Тони, лежащего на столе среди кипы чертежей и десятка кружек с недопитым чаем, — она очнулась. Она открыла глаза, темно, очень болит грудь. Хлопок глухо отдается в голове. Что-то расплывчатое быстро приближается. — Нат. Ты очнулась? — Нет, как видишь. — Тебе очень плохо? — Тони заботливо склонился над ней и присел на краешек кровати. Девушка улыбнулась. — А сам как думаешь? — Улыбаешься, значит не так уж все и плохо! — на лицо брюнета наползла счастливая и спокойная ухмылка. — Что с ним? — Ты его знаешь? — Я задала вопрос. — Он мёртв. « Неужели. Неужели его больше нет. Неужели больше не нужно думать об этом. Неужели можно больше не ждать, что он выскочит из-за угла.» Мысли шли медленно и тяжело, казалось, что они нематериальны, ухватить их было невозможно. — Нат, — тихий голос прервал раздумья — кто это? — Мне не хочется об этом говорить. — Я должен знать всё о твоих врагах. — Кому? — голос звучал отрешённо. — Что? — Кому ты должен? — Себе. Тогда я смогу защитить тебя. Девушка нахмурилась. Тони протянул руку к ее щеке и прикоснулся кончиками пальцев. Щека горела. — У тебя температура. — Я знаю. — Хочешь, я вколю обезболивающее? — Нет… Он был смотрителем моего лагеря, там где меня готовили. Брюнет с участием поднял глаза, но Наташа на него не смотрела. Она смотрела как-то сквозь реальность. — В начале подготовки, когда мы ещё ничего не умели, я немного отбилась от группы. Он отловил меня, завел в комнату, сказав, что за мою оплошность полагается наказание. Я забилась в угол. У него было такое лицо. Безумное… — тут Наташа почувствовала, как грудь сжал непреодолимый страх, сердце заколотилось с бешеной скоростью. Девушка замерла и закрыла глаза. Заботливые руки приподняли ее за плечи и прижали к груди. К груди с металлическим кружком по центру. Романова дрожала в объятиях мужа, а он только поглаживал ее алые волосы и сильнее прижимал к себе. Потом Тони поднял слабую шпионку и, устроившись с ногами на кровати, посадил себе на колени. Она обвила его шею руками и прижалась всем телом. Минут через десять дрожь прекратилась, сердце стало биться медленней. — Он меня изнасиловал. Об этом узнало начальство. Его уволили и, так вышло, что я присутствовала при увольнении. Он поклялся отомстить. Убить меня…- девушка опять дрогнула и уткнулась мужчине в плечо. Она неровно дышала, Тони даже показалось, будто это плач. Да, Наташа несомненно горела. Рана ещё кровоточила, видимо, когда он поднял свою жену, что-то неудачно потянулось. Теперь Тони винил себя во всём. В том, что он так неаккуратно обратился с ней, в том, что не успел выстрелить в безумца до того, как тот метнул нож, в том, что когда-то позволял себе насмехаться и даже оскорблять эту девушку и в том, что, когда с ней происходил тот кошмар в России, его не было рядом. Тони поцеловал Наташу в макушку, но Романова подняла глаза к глазам брюнета и прикоснулась к его губам своими, он робко ответил.