В различных реальностях

Вот и их поход в кафе, дубль два, решил Томас. Он вошёл в кафе и увидел мирно разговаривающих брата и сестру. Дилан смеялся и был таким… настоящим. В его компании парень был другим. Сангстер вспомнил шутку: «Если мне понравился парень, то это значит, что в его присутствии я буду выпендриваться любой ценой». Кажется, именно так и делал О’Брайен. Но тут же родственники его заметили и призывно помахали ему. Сангстер очнулся от раздумий и, натянуто улыбнувшись, подошёл к ним. Дилан резко встал и отодвинул стул, что стоял ближе к нему, после чего выжидающе посмотрел на Томаса. Тот сел на стул, слыша, как Дилан ухмыльнулся сестре, наверняка, ещё и подмигнув. На самом же деле блондин был даже рад, что занял именно этот стул, из-за того, что был не в силах сидеть на стуле напротив: он бы не выдержал «насилующего» взгляда Дилана. — А мне ты не отодвинул стул, — возмутилась девушка. — Ещё не настолько старая, — улыбнулся Дилан, думая угодить девушке комплиментом. — А я, значит, старый? — подал голос Сангстер. — Нет, ты просто сексуальный, — оправдался О’Брайен. — А я, значит, настолько уродлива, что даже родной брат не поухаживает за мной? — продолжила игру девушка, видя озорные огоньки в глазах Томаса. — Так… вы меня не так поняли, — попытался выкрутиться брюнет. — Так мы ещё и дубиноголовые?! — сказали оба парню. — Официант! — закричал Дилан, пытаясь отвлечь своих компаньонов, ведь он и вправду выразился не так, как хотел. Они заказали пиццу и молочные коктейли. Дилан положил свою руку поверх руки Томаса и нежно сказал: — Будем тебя потихоньку откармливать, — тут он понял, что нужно спасать ситуацию, а то снова прицепятся к словам: — Хотя ты и так идеальный. Но ведь счастья мало не бывает, — он улыбнулся, видя, как Томас закатывает глаза, но руку не убирает. — Какое красноречие, братец, — усмехнулась девушка. — Не видела тебя никогда таким. — Так я никогда же не влюблялся, — объяснил он, и Сангстер покраснел, запомнив эти слова. Джулия закашлялась и, извинившись, сказала, что ей необходимо в уборную. На прощание она бросила фразу, заставившую вздрогнуть блондина: — Не шалите, мальчики, — она загадочно улыбнулась и встала из-за стола. Когда они остались одни, Дилан прижался к блондину и куда-то в шею ему прошептал: — Это она намекнула, что даёт нам время на «пошалить», — Дилан провёл языком по шее студента, и тот, не выдержав, отскочил подальше. — Остановись, — сказал он. — И ничего подобного она не имела в виду. И, наверняка, говорила это только тебе. Уверен, она скоро вернётся. — Да что ты говоришь? — закатил глаза Дилан. — Она девушка! А это значит, что она практически живёт в уборной! Она там не столько по зову природы так часто бывает, сколько для того, чтобы прихорашиваться. Наверняка, она сейчас там брови выщипывает, зубы чистит… — Зубы? — усмехнулся Томас, не веря стереотипам из глупых фильмов, про которые ему рассказал брюнет. — Конечно, зубы, — доверительно сообщил О’Брайен. — А ты думал, что у неё там в сумочке? Куча хлама, среди которого и зубная щётка с зубной пастой имеются. — Не верю. — Не верь, если хочешь. Но мне больно слышать это от тебя… Ведь между любящими людьми должно быть доверие! — Томас хотел возразить, что они не влюблённая пара, но Дилан продолжил: — Но неважно. Я на тебя не держу зла. — Какое облегчение, — притворно благоговейным голосом ответил парень. — Я чувствую сарказм… — брюнет решил сменить тему обратно: — А я вот пользуюсь этим, — он достал что-то и пшикнул себе в рот. — Мятный запах. Хочешь попробовать? — он потянулся губами к его губам. — Не стоит, — остановил его Сангстер. — Я чувствую запах даже отсюда, и меня уже тошнит, — он соврал, чтобы обломать Дилана, хотя запах на самом деле был приятным. — Ни слова больше, мой мальчик, — брюнет встал с сидения. — Я сейчас же пойду и прополощу рот, — Томас уже хотел сказать, что пошутил, но Дилан прижал к его губам палец и прошептал: — Ни слова больше, — брюнет отошёл от него, простояв несколько секунд, и ушёл в мужскую уборную. Сангстер не смог ему возразить, пребывая в ступоре. — Бля, кажется, только что я несколько минут был покладистым, — возмутился он в одиночестве и достал телефон. Ланкастер был оффлайн, но Томасу почему-то захотелось написать, и он решился. Арти Джексон 12:22 Как там твоё свидание? Он сидел и пытался себя занять чем-то, но через минуту ему ответили. Джеймс Ланкастер 12:23 Всё шикарно. Я уже чувствую, как сильно он хочет меня. «Какого-то проститута себе нашёл», — мысленно возмутился Сангстер, но написал, что рад за парня. Джеймс Ланкастер 12:24 Ага, спасибо. Я тут ненадолго. А ты как? Томас не знал, как он, поэтому так и написал. Арти Джексон 12:24 Не знаю. Вроде всё не так плохо… Но и в то же время всё слишком странно. Джеймс Ланкастер 12:25 Любовь — странная штука. Я это понял недавно… Джеймс Ланкастер 12:25 Ну ладно, бывай;) Арти Джексон 12:25 Ага;) Томас отложил телефон, но он тут же завибрировал, и на экране высветилась фотография ухмыляющейся Авы с прифотошопленными рогами. Зрелище не для слабонервных… — Да? — устало ответил он. — Я не могу долго болтать, так что быстрее. — Да я не с тобой хотела поговорить, — успокоила его сестра, и стоило блондину подумать, что она ошиблась номером, Ава продолжила: — Дай телефон тому парню. — Что? — не понял Томас. — Что слышал, — возмутилась девушка, — передай свой телефон в замечательные ручки парня, с которым ты обедаешь, и я могу обещать, что налажу твою личную жизнь. — У меня всё хорошо с личной жизнью. — Я не так выразилась, братец, — исправилась девушка. — Я хотела сказать, что сделаю так, что она вернётся из далёкого отпуска, а возможно, из запоя, потому что я бы именно там пряталась от тебя на её месте… Ну, в общем, ты понял, что мне от тебя нужно. — Нет. Он в туалете. — Так иди за ним, придурок. Запритесь в кабинке и… Дилан сел напротив и стал смотреть на Томаса, не говоря ни слова, видимо, чтобы не мешать. Но очень мешал всё равно… Блондин перестал слушать сестру и подумал, что именно таким взглядом насильники смотрят на своих жертв… — Что ты делаешь? — Объясняю тебе, как в туалетной кабинке нужно заниматься… — услышал юноша слова сестры, но не понял ни одного, а затем брюнет напротив произнёс: — Смотрю, — парень прошептал низким голосом, но Томас услышал его шёпот. У парня по коже прошли несколько волн мурашек от тембра голоса Дилана. Тот снял кроссовок под столом и положил ногу на бедро блондину. Сангстер, совершенно забыв о сестре, округлил глаза и устремил дикий взгляд на О’Брайена, увидев лишь его самодовольную ухмылку. Нога парня стала приближаться к заветному месту, и у Томаса вырвался невольный стон. Брюнет ухмыльнулся. — Брат, ты кончил от того, что я тебе слишком подробно объяснила, как заниматься сексом с парнями? Подумаешь, «всунул — высунул» — чего перевозбуждаться там? — последнее, что услышал парень перед тем, как выронить телефон из рук.