В различных реальностях

Томас почувствовал на своей шее горячий поцелуй. Раскрыв глаза, он увидел перед глазами тёмную макушку. Парень сидел на нём и именно в этот момент поёрзал на бёдрах, вызывая стон у Сангстера. Тот выгнулся под парнем и запрокинул голову, давая возможность целовать шею, ключицы… Брюнет поднял голову и посмотрел на парня томным взглядом, и Томас узнал его. — Дилан? — спросил он, резко просыпаясь. Резинку трусов оттягивал не хилый стояк, а перед глазами ещё стояло лицо брюнета. Его глаза блестели, и весь потрёпанный и страстный вид возбуждал... Блондин застонал, возмутившись, что тот теперь и во снах его достаёт. Посмотрев вниз, Томас понял, что с возбуждением необходимо разобраться. Но он не был бы собой, если бы сдался и пошёл дрочить на «светлый образ» Дилана из своего сна. Вместо этого парень принял холодный душ и со спокойной совестью пошёл завтракать. На экране телефона высветились уведомления о пропущенных вызовах. Один от Дилана, который, несмотря на вчерашнее, не стал изменять привычке и позвонил ему в очередной раз, остальные же были от Авы. — Боже, пятьдесят пропущенных! — ужаснулся парень. — Эта бестия хочет выебать мой мозг! Уж лучше Дилан, — сначала он думал о том, что лучше О’Брайен его пусть достаёт, но вдруг проскользнула мысль, что и ебёт пусть лучше он… — Бля, мысли, заткнитесь, сучки! Он лёг на стол и притворно захныкал, не в силах выбросить парня из головы. Нет, он не чувствовал любви: тот был невыносим. А Томас уж точно не собирался поощрять его, ведь не в его правилах было без высоких чувств заниматься пошлостями… Хотя его и никто не спрашивал, по сути. Но Дилан был настолько хорош внешне, что Томас немного… был под впечатлением. Ему, с какой-то стороны, даже нравилось то, как с ним обращается Дилан. Точнее, нравилось бы, будь у того право так обращаться. А право это он может заслужить, лишь влюбив в себя Сангстера. Но такими методами, какие практикует О’Брайен, это сделать невозможно. Телефон зазвонил вновь, и парень, понимая, что сестра доебётся в любом случае, нажал кнопку принятия вызова. — Ты охренел меня игнорить, тормоз! — возмутилась девушка. — Привет, — тихо поздоровался брат, и блондинка вдруг притихла, не ожидая этого. — Привет, — растерянно ответила она. — Что с тобой, брат? — Ничего. И я сейчас не в настроении говорить, — сказал он. — Ну, пересилишь как-нибудь себя, потому что мне нужны ответы, — строго сказала девушка. — Что за девка назвала меня истеричкой? Не, ну вообще ебанулась она такое обо мне говорить?! И если это она тебя там пыталась изнасиловать, то я приду и объясню ей на пальцах, что ты по мальчикам! — Ава, — позвал Томас. — Харэ уже. Ты действительно истерила на всё кафе, так что все обернулись на нас из-за твоих криков… И нет, это не она... кхм, заставила меня стонать. Это её бесячий брат виноват. — Опа, лапусик нашёл себе лапусика? — сказала девушка. — У вас совсем недотрах, что ли? До дома не дотерпели? Не, если уж кто-то и против гейского секса, то это точно не я — ты же знаешь! Но всё равно… — Это было ужасно, — поделился блондин. — Этот безумно красивый, — он услышал, как девушка удовлетворённо хмыкнула, — но также безумно наглый идиот стал ко мне приставать прямо за столиком! Ещё и ты! И все на нас смотрели! И я больше никогда не вернусь в то кафе! — Ну до оргазма-то он хоть тебя довёл? — казалось, это всё, что интересовало девушку сейчас. — Боже, ты неисправима, — сказал ей Томас. — Не довёл и никогда не доведёт, — решительно заявил он и, предвосхищая возмущения Авы, продолжил: — А теперь мне пора в универ. — Удачи с твоим парнем, — перед тем, как сбросить вызов, довольно заявила девушка. Томас почувствовал, как щёки предательски заалели, и воскликнул: — Вот ещё!

***

Переступив порог аудитории, он сел подальше от Джулии с Каей, предполагая, что Дилан сядет рядом с ними. Брюнета всё ещё не было видно, и Томас разлёгся на парте: спать хотелось жутко, ведь из-за дурацкого сна парень спал на целый час меньше! Пожаловавшись мысленно на судьбу, блондин услышал, как кто-то садится рядом. Открывать глаза совершенно не хотелось, но скоро на его плечо мягко опустилась рука: — Томми, — тихо произнёс голос Дилана, и Сангстер уже хотел нагрубить, но брюнет продолжил: — Можно с тобой поговорить? — Нам не о чём разговаривать, О’Брайен, — сказал он. — И не называй меня так. — Прости меня, Томас, — он замялся, а потом вытащил что-то из сумки. — Это… надеюсь, тебе понравится. Он передал парню книгу в твёрдой обложке. Явно, дорогая. Сангстер растерялся, но взял её в руки. Покрутив в руках, он осмотрел корешок и иллюстрацию на лицевой стороне: джентльмена в шляпе-цилиндре и юную леди у столика. Большими золотыми буквами было написано название: «Гордость и предубеждение». — Я не могу принять её… — сказал блондин и попытался вернуть. — Пожалуйста, возьми, — сказал брюнет. — Я хочу хоть как-то загладить вину… И на самом деле я выбирал книгу из-за содержания. Ситуация другая, но суть та же: один из двоих имеет предубеждение о втором, а второй оказывается не так плох на самом деле. Просто стоит лучше узнать его, — он усмехнулся и поднялся со стула. — Ладно, не буду тебе мешать. Наверное, ты не хочешь сейчас сидеть со мной… Сангстер улыбнулся и подумал, что, возможно, действительно, стоит лучше узнать Дилана. — Останься, — сказал блондин в итоге. — Начнём знакомство заново? — Дилан О’Брайен к Вашим услугам, — он снова поцеловал ему руку. — Ну не начина-а-а-ай, О’Брайен, — засмеялся Томас. — Ладно, — согласился тот и присел спокойно рядом. Как ни странно, но сегодня вёл он себя вполне сносно. Возможно, решил Томас, с Диланом вполне можно дружить… А дальше он загадывать не хотел и поэтому наслаждался спокойными минутами рядом с брюнетом. Тот, в свою очередь, делал то же самое.