Кокаин

Помоги мне. Маленькая комната слабо освещена, но все равно можно разобрать кое-где рваные обои, старую и скрипучую мебель (её давно уже пора смазать, но у хозяина все руки не доходили), местами на полу валялись футболки и окурки. Всю картину дополняла трясущаяся гора, что взгромоздилась на кровати. Этой горой был тот самый ленивый хозяин квартиры, который никак не мог смазать петли на дверце у шкафа. Зато его смазывали наркотиками отменно! Именно поэтому сейчас Антон отходил от ударной дозы кокса в организме. Он хотел пить, но тело совершенно не слушалось из-за крупной дрожи, что почти избивала его. Было больно дышать, больно смотреть, ведь даже оттенки всей серости с силой давили на мозг. — Пиздец, — Шастун завалился на бок и захрипел. Личный. Девятый. По Данте.

***

Шаст поднялся с кровати только ближе к вечеру, когда дрожь отошла на задний план. Видимо, все же решила оставить его в покое. — Блять, — Антон разглядывал порванную в некоторых местах футболку. Новый клиент оказался очень бурным для своего возраста, поэтому удивительно, что от его одежды вообще что-то осталось. Из брюк высыпались купюры, щедрый знакомый оставил слишком много денег ему «на чай». Значит он все же сможет позволить себе новую футболку. Шаст прошел на кухню и открыл холодильник. После наркотика жутко хотелось что-нибудь выпить. — Да блять, — выругался Шастун, когда понял, что холодильник совсем пуст. Из‐за вечной «работы» нет времени даже дойти до магазина. Плюнув на все, Антон отправился собираться на работу. Пропустить свою смену он совсем не мог, ведь деньги были очень нужны ему. Хоть для того, чтобы заполнить холодильник. И не суть, что он почти не ест и что у него нет времени дойти до магазина.

***

Арсений снова сидел в углу клуба и смотрел на Антона. Он видел что‐то особенное в этом худом бледном теле. Хотелось подойти и прикоснуться, смело обхватить пальцами запястья незнакомца и стащить его со сцены. Заставить просто уйти отсюда навсегда, бросить эту дурацкую работу. Арс просидел в клубе несколько часов, изучая юношу, а после наблюдал, как какой‐то мужчина уводит Антона из зала, крепко прижимая мальчика к себе.

***

Арсений не мог понять своего беспокойства. Почему его вообще волнует левый мальчишка, о котором он не знает равно ничего? Даже имени. На самом деле Попов хотел бы знать об этом мальчишке все, каждую деталь. Что он любит есть на завтрак и нет ли у него аллергии на лактозу, предпочитает он чай или же больше любит кофе, где он живет и во сколько просыпается, нравятся ли ему старые фильмы — Арсений хотел бы знать все. А еще он любопытно бы сунул нос в вопрос профессионального выбора Антона. Ну что могла подтолкнуть человека устроиться на такую работу? Арс не знал, но очень хотел. Мысли о высоком мальчике с волосами цвета ржи заполонили его разум до самой глубокой ночи, поэтому Арсений даже не понял, как провалился в глубокий сон.

***

Арс редко видел сны, но этот он мог бы пересказать в особых красках. Мужчина отчетливо помнил, как извивалось под ним бледное тело. Помнил, как Арсений с осторожностью проводил пальцем по рубцам и шрамам, а Антон лишь жалобно стонал. Просто Шастун не хотел, что какой‐то там мужик лез в его жизнь, бороздил старые раны. После сна желание Арса узнать побольше о незнакомце только усилилось. Сегодня вечером Арсений не позволит снять этого мальчишку, он попытается спасти его.