Боги и монстры. Или размер имеет значение.

В лимузине, который вез их с Персивалем и честно заработанной флэшкой назад в агентство, Эггзи совсем разморило от послеоргазменной неги. Он развалился на сиденье и лениво поглядывал на Персиваля, который из себялюбивого пошляка Макса Сойера снова превратился в сдержанного и собранного агента Кингсмэн и теперь, удостоверившись с помощью спец.оборудования, что полученная им от Тернеров флэшка - это та самая, которая содержит засекреченный список, докладывал Мерлину по результатам прошедшей операции. Когда Персиваль закончил разговаривать с координатором и отключил связь, то сразу потянулся к мини-бару, не забыв предложить Эггзи выпить. Эггзи с благодарностью принял предложение и выбрал мартини, а когда Персиваль мгновение спустя протянул ему бокал, полы его пиджака разошлись, и взору Эггзи предстала очень красноречиво вздыбленная ширинка Персиваля. Эггзи, разумеется, тут же оживился. - Желаете продолжения? - как можно более невинно поинтересовался он у Персиваля, который уставился в ответ с искренним непониманием. - Вам разве прошедшей ночи недостаточно? - удивленно спросил он. - Хорошего секса никогда не бывает много, - широко улыбнулся в ответ Эггзи. - А у меня хорошего секса не было почти два года. Так как? Продолжим этот прекрасный во всех отношениях и позах вечер? - Нет, благодарю, - церемонно ответил Персиваль. - А что так? - удивился Эггзи. - Я натурал, - ровным тоном уведомил Персиваль. - Да ладно? - игриво улыбнулся Эггзи, многозначительно указав взглядом на скрытый полами пиджака стояк Персиваля. - А это тогда что? - Три таблетки Виагры, - поджал губы Персиваль. - Серьезно? - широко распахнул глаза Эггзи, от удивления забыв свой игривый тон. - Серьезно, - кивнул в ответ Персиваль. - Не вы один сегодня пошли на жертвы. - На жертвы? - Эггзи не смог сдержаться и рассмеялся. - Уверяю вас, никаких жертв с моей стороны не было. Странное у вас представление о жертвах: умереть спасая других - в порядке вещей, а просто потрахаться ради той же цели - так уже прямо сразу катастрофа. - Полагаю, я в этом вопросе несколько старомоден, - пожал плечами Персиваль, - меня не возбуждают мужчины и я не изменяю своей жене с другими женщинами. Лимузин тем временем остановился у ворот особняка и, прежде чем выбраться наружу, Эгзи снова повернулся к Персивалю. - Рад был поработать вместе, - искренне сказал он. - И еще я помню из подготовительного курса, что с последствиями приема Виагры не всегда можно быстро справиться самому, особенно учитывая, что вы приняли тройную дозу. Если чисто по-дружески понадобится помощь - обращайтесь. - Буду иметь в виду, - снова кивнул Персиваль поджав губы. Оказавшись в штабе, Эггзи первым делом заскочил к Мерлину, быстренько отчитался ему по миссии, не забыв нахально улыбнуться на то, как Мерлин повел носом при его появлении - ну, да от Эггзи сейчас за километр разило потом и спермой. Но душ он собирался отложить еще на полчаса, потому что после хорошей ебли ему всегда жутко хотелось жрать, а сегодня ебля была ну очень хорошая. В кухне особняка в этот очень поздний, точнее уже очень ранний час никого не было, и Эггзи, быстренько выпотрошив холодильник, сварганил себе пару больших бутербродов, закусил все это пастушьим пирогом и запил какао. Поле этого жизнь стала заметно веселее, и Эггзи решил, что теперь он уже в состоянии принять душ и завалиться спать - благо Мерлин пообещал не тревожить его аж целые сутки. Возле лифта Эггзи столкнулся с Персивалем. Вид у того был помятый и совершенно замученный. Похоже самостоятельно с помощью мастурбации сбить вызванную Виагрой эрекцию бедняге никак не удавалось. А если бы Персиваль вздумал поехать в таком состоянии домой к жене, то, понятное дело, получил бы, как минимум, скандал и обвинение в измене, а, значит, никакого секса, ну, а, как максимум, - сразу развод. Эггзи сочувственно улыбнулся бедняге. Персиваль невольно залип на губах Эггзи - припухших и покрасневших после сегодняшних многочисленных минетов, тяжко вздохнул и, подняв виноватые глаза, хрипло поинтересовался: - Ваше предложение о помощи еще в силе? - А то! - просиял Эггзи. - Дадите мне пять минут на душ? Персиваль понуро кивнул и поплелся за Эггзи в его апартаменты. На душ и на то, чтобы вылить себе в зад полфлакончика смазки, Эггзи потратил не больше трех минут, опасаясь, что Персиваль передумает и свалит в закат. Но когда Эггзи выскочил из ванной, на ходу вытираясь полотенцем, тот все еще топтался у дверей, так и не решившись расположиться на кровати, но зато снял пиджак с галстуком и аккуратно повесил их на спинку ближайшего стула. - Целоваться обязательно? - обреченно спросил Персиваль. - Не обязательно, - рассмеялся Эггзи с предвкушением пялясь на топорщащиеся в районе паха брюки Персиваля. - Не возражаете, ели я начну с минета? - Не возражаю, - еще более хрипло выдохнул Персиваль. - Вы действительно… этого хотите? - добавил он мгновение спустя с явным сомнением в голосе. - Конечно хочу, - Эггзи просто указал на свою собственную эрекцию, - я за прошедшую ночь из-за чертова кольца на члене кончил всего один раз. Догнаться мне явно не помешает. И можете не сдерживаться - я люблю пожестче, - очаровательно улыбнулся он. Персиваль на это лишь кивнул. Эггзи решил не терять времени зря, раз уж они все обсудили и пришли к соглашению. Поэтому, тут же отбросив в сторону полотенце, как был голышом опустился перед Персивалем на колени и принялся расстегивать его брюки. Сам Персиваль тем временем снимал рубаху. Когда Эггзи справился с поясом и молнией на ширинке, а потом, наконец-то, сдернул вниз белье, то чуть слюной не захлебнулся от предвкушения. Огромный член, выскользнув из плена одежды, стоял вертикально вверх, прижимаясь к плоскому накачанному животу Персиваля. Темно-бордовая от прилива крови головка влажно поблескивала и так и манила обхватить ее губами. Эггзи не стал отказывать себе в таком удовольствии. Он с наслаждением целовал, посасывал и облизывал головку под аккомпанемент рваного сбивающегося дыхания Персиваля, при этом надрачивая ему и перебирая в руках яички. Потом Эггзи наделся на член ртом и принялся жадно сосать, быстро двигая головой вперед и назад. Он громко чмокал и сладко постанывал от удовольствия, балдея от вкуса и размера, а Персиваль отбросив снятую рубаху куда-то в сторону, вцепился побелевшими от напряжения пальцами в косяк и изо всех сил старался не толкаться навстречу. Эггзи на это только глаза закатил: они же вроде как договорились, что Персиваль не будет сдерживаться - Эггзи ведь сказал, что любит пожестче. Разве это пожестче? Нет, серьезно: что за пунктик у Персиваля касательно самоконтроля в постели? Ну, то есть понятно, что, учитывая габариты своего хозяйства, Персиваль просто боится причинить боль, но Эггзи ведь предупредил, что можно не сдерживаться. К тому же Эггзи уж точно не похож на трепетную фиалку, чтобы с ним так осторожничать - особенно после прошедшей ночи, когда его пялили во все дырки два здоровых негра, а потом он еще с ветерком прокатился на члене самого Персиваля. Однако Персиваль, похоже, собирался и дальше изображать из себя статую, предоставив Эггзи делать всю работу. Эггзи решил, что это никуда не годится и резко без предупреждения заглатил член до самого основания, заставив Персиваля издать задушенный стон и дернуться от неожиданности. То-то же. Потом Эггзи отодвинулся назад, позволив Монстру Персиваля выскользнуть почти полностью, чтобы во рту осталась только головка, и снова наделся горлом на толстый ствол до самого конца. После чего опять отодвинулся назад, затормозил примерно на половине пути и замер, подняв на Персиваля глаза. Тот смотрел в ответ плывущим осоловевшим взглядом и явно сдерживался из последних сил. А Эггзи просто ждал, все также сидя с членом во рту, глядя на Персиваля снизу вверх и не двигаясь. По подбородку из уголка рта стекала слюна, а тишину комнаты нарушало хриплое быстрое дыхание. Персиваль продержался в этой напряженной тишине ровно восемь секунд - Эггзи считал. А потом на затылок Эггзи легла рука и надавила, толкая его голову вперед, заставляя надеться горлом на член, в то время, как сам Персиваль двинул бедрами навстречу, засаживая Эггзи в рот до самого основания. Вот, так уже лучше. Эггзи поощрительно замычал и уцепился за бедра Персиваля для устойчивости. Персиваль, наконец, перестал тормозить, покрепче ухватил Эггзи за волосы на затылке, качнул бедрами назад, вытаскивая свой член у Эггзи из глотки и снова толкнулся вперед, вставляя по самые яйца. Эггзи сладко застонал и расслабил горло, с удовольствием позволив Персивалю трахать себя в рот. Персиваль плавно и не слишком быстро толкнулся внутрь и наружу еще несколько раз, прежде, чем Эггзи, не выдержав, сам принялся подаваться навстречу, намекая, что можно и побыстрее. И тут Персиваль вдруг крепко прихватил его за нижнюю челюсть, зафиксировав голову Эггзи так, чтобы не мог пошевелить ею, и принялся быстро двигать бедрами вперед и назад - засаживая не слишком глубоко, но зато резко и сильно. Эггзи нравилось, о чем он не преминул уведомить Персиваля довольным стоном. Рот, конечно, завтра будет выглядеть так, что маме на глаза лучше не показываться, и хрипеть Эггзи еще пару дней будет как туберкулезник, но до чего же хорошо! А потом Персиваль загнал свой член так далеко в горло Эггзи, как только мог, и снова начал двигаться резко и с небольшой амплитудой - теперь уже трахая Эггзи прямо в горло. Эггзи даже немного повело от нехватки воздуха, потому что пока гигантский член был так глубоко внутри, занимая собой все пространство и распирая гортань, полноценно дышать было практически невозможно. Когда Персиваль, наконец, освободил рот Эггзи, у того в первое мгновение даже голова закружилась от резкого притока воздуха. А Персиваль тем временем потянул его вверх за локоть, заставив подняться с колен. Так и не удосужившись снять до конца собственные брюки, Персиваль быстро зашагал к кровати и поволок осоловевшего, тяжело дышащего Эггзи за собой, а потом практически швырнул его на постель. Эггзи упал на спину и как раз собирался перевернуться на живот чтобы встать на четвереньки, но не успел. Персиваль навалился сверху, быстро подмял Эггзи под себя, коленом раздвинул ему ноги и по очереди закинул их себе на пояс. А потом опустил руку между их телами, чтобы направить себя. Эггзи задышал чаще, почувствовав, как огромная головка раскрывает его, и член осторожно входит внутрь, неумолимо растягивая, заполняя до предела. Эггзи постарался не зажиматься, ухватился за плечи Персиваля для поддержки и прикрыл глаза, наслаждаясь нарастающим, как приливная волна, томлением и чувством небывалой заполненности. Все глубже и глубже, до срывающегося дыхания, до протяжных стонов, до сладкой боли. На последних сантиметрах Эггзи закусил губу, выгнулся под Персивалем и подался бедрами навстречу, надеваясь на него до самого конца, показывая, что готов, что можно не церемониться. На этот раз Персиваль понял его посыл правильно и сразу приступил к делу, как положено, без рассусоливаний и ненужных осторожностей, двигая бедрами хоть и не слишком быстро, но зато с хорошей амплитудой. Эггзи старательно подмахивал, что было не так просто, учитывая, как Персиваль на него навалился, но ощущать на себе вес его тела тоже было по-своему приятно. Хотя Эггзи, честно говоря, обычно предпочитал чтобы его трахали поставив раком - тогда толчки получались особенно резкие и сильные, Персиваль же сходу выбрал эту практически миссионерскую позу - натурал, что с него взять. Однако пару минут спустя Эггзи пришлось признать, что он сильно недооценил своего нового ебаря, потому что Персиваль, хоть и был натуралом, но явно знал, как надо трахать мужиков. Эггзи в общем-то никогда не был сильно шумным в постели и то, как он порнушно в голос стонал перед Тернерами по большей части была игра на публику. А вот то, что сейчас, когда претворяться было не перед кем, Эггзи голосил под Персивалем срывая и без того хриплый после минета голос, была целиком и полностью заслуга самого Персиваля, который своим здоровенным агрегатом даже в этой долбанной миссионерской позе умудрялся буквально вышибать из Эггзи откровенно громкие и протяжные стоны, особенно когда вдруг добавил скорости. Эггзи горел и плавился от ощущений, беспечно плюнув на то, что кажется немного переборщил со смазкой, поскольку очень торопился боясь, что Персиваль передумает и уйдет, и теперь при каждом толчке в заднице громко и пошло хлюпало. А еще Персиваль, навалившись сверху, горячо дышал куда-то в шею и двигался, как заведенный, пока Эггзи, уже забыв подмахивать, обалдевший от совершенно невероятных, охренительных ощущений стонал под ним, обхватив ногами за пояс, и бестолково шарил руками по широкой спине Персиваля в попытке найти опору, потому что перед глазами плыло и кружило от острого наслаждения. Потом Персиваль вдруг отстранился, приподнялся над лежащим на спине Эггзи, аккуратно стряхнул его загребущие ручонки со своей спины и, расцепив ноги Эггзи на своей пояснице, задрал их вверх и забросил себе на плечи, после чего навис над Эггзи опершись на руки и почти сложив его пополам, и принялся двигать бедрами гораздо быстрее и резче, чем до этого. Эггзи от первого же толчка дугой выгнуло - до того стало хорошо. Персиваль теперь долбился в него с гораздо большей амплитудой - сильно и глубоко, натурально втрахивая Эггзи в матрац. Огромная двуспальная кровать тихонько поскрипывала от каждого яростного толчка, и Эггзи, забывшись, мотал головой из стороны в сторону, кусал губы и снова стонал, не имея ни сил, ни желания сдерживаться. Где-то на краю сознания мелькнула последняя трезвая мысль о том, что сидеть после такого он точно не сможет, но Эггзи отмел ее, как не имеющую значения, потому что оргазм подступал упрямо и неотвратимо, и Эггзи, обхватив собственный член, принялся быстро двигать по нему кулаком. Накатывающее, словно волна, удовольствие было столь острое и сильное, что Эггзи неожиданно захлебнулся то ли стоном, то ли криком, выгнулся и забился под Персивалем, пытаясь толкаться ему навстречу, чтобы насадиться поглубже, балдея от того, как огромный член рывками движется внутри, растягивая и раздвигая конвульсивно сжимающиеся мышцы, резко и больно вламываясь внутрь и выворачивая наизнанку, когда Персиваль вытаскивает наружу, чтобы тут же снова вставить обратно. Эггзи почти кричит и обильно пачкает спермой свой живот, пока Персиваль глухо стонет сквозь зубы, кончая глубоко внутри него. Мгновение спустя, Эггзи, потный и задыхающийся, еще не до конца отошедший после оргазма, цепляется за руки и плечи Персиваля, чтобы снова уложить его на себя. Персиваль скидывает ноги Эггзи со своих плеч, и Эггзи, демонстрируя превосходную гимнастическую растяжку, держит их широко разведенными в стороны, пока Персиваль опять ложится на него сверху, вдавливая в матрац всем своим весом, и делает несколько быстрых рваных толчков, вышибая из хрипло стонущего под ним Эггзи последние капли удовольствия. Когда Персиваль вынимает член, расцепляет руки Эггзи на своих плечах и скатывается с него на постель, Эггзи так и остается лежать распластанный на простынях, широко раздвинув ноги и раскинув в стороны руки. В его совершенно пустом, плывущем от удовольствия, окутанном туманом сознании лениво всплывает всего одна мысль о том, что Персиваль, оказывается, когда отпускает тормоза превращается в гребанную фак-машину. Настоящий Бог секса! Как есть Бог! Простому смертному сотворить такое точно не под силу! А Персиваль тем временем все-таки снимает с себя брюки и носки с ботинками, не глядя бросает все это куда-то на пол и снова ложится на постель рядом с Эггзи, который довольно жмурится поняв, что Персиваль пока не собирается уходить. Это хорошо. Потому что Эггзи ну очень рассчитывает на продолжение. Они с Персивалем не разговаривают - только шумно дышат, приходя в себя, а потом Эггзи впадает в сладкую полудрему и дрейфует в ней добрые полчаса, пока в мозгу четко не формируется мысль о том, что не помешало бы попить. Персиваль рядом с ним, судя по дыханию, не спит, хоть и лежит с закрытыми глазами, а его успевший снова затвердеть член явно намекает на второй раунд. Эггзи, разумеется, не против - даже наоборот. Вот только водички хлебнет. Однако, едва Эггзи, перевернувшись на живот, попытался отползти из-под бока Персиваля к краю кровати, как тот навалился ему на спину, пригвоздив к постели своим весом и сунул колено Эггзи между ног, заставляя раздвинуть их. Эггзи как раз собирался сказать, что никуда не уходит и просто хотел взять со столика стакан воды, но Персиваль ткнул его лицом в постель, не дав даже рта раскрыть, и Эггзи почувствовал, как между ягодиц давит член Персиваля. Вот же нетерпеливый. Эггзи, понятное дело, против такого развития событий не возражал, поэтому пошире развел бедра и подтянул под себя колени, чтобы Персивалю было удобнее. На этот раз Персиваль, едва вставил, сразу установил очень быстрый и жесткий ритм. Эггзи довольно застонал, все также вжатый лицом в простыни и попытался сильнее прогнуться в пояснице, раз уж подмахивать в такой позе не представлялось возможным. Приподнявшийся было Персиваль тут же снова навалился ему на спину, опять придавил к постели своим весом, еще и крепко держал одной рукой за бедро, а другой за волосы прихватил, будто боялся, что Эггзи сбежит - ага, вот прямо сейчас - это скорее Персивалю теперь придется бегать от Эггзи, потому что добровольно отпускать такого шикарного ебаря Эггзи не намерен. Пока Эггзи давился стонами и шелковой простыней, которая постоянно норовила залезть ему в рот, Персиваль окончательно слетел с катушек, и трахал Эггзи то плавно, размашисто и глубоко, вытаскивая так, что внутри оставалась только головка, а потом засаживал по самые яйца, то вдруг начинал толкаться внутрь быстро, резко и сильно - если не сказать грубо. Эггзи, разумеется, не жаловался. Он вообще все больше и больше охреневал от Персиваля, который драл его так, будто хотел натрахаться на жизнь вперед. Можно подумать, у бедного мужика последние пару лет вообще секса не было, и он, наконец, дорвался. Теперь Эггзи уже по-черному завидовал жене Персиваля - кто ж знал, что нудный и молчаливый наставник Рокси на самом деле такой бешеный в постели? Бешеный Бог секса - так вернее! Но, как оказалось, даже это для Персиваля еще не предел. Эггзи решил что точно будет молиться на него, как на самое что ни на есть настоящее божество, после того, как Персиваль, вдруг перестав вжимать Эггзи лицом в матрац, вздернул его на четвереньки и рванул за бедра засаживая по самые яйца под каким-то совершенно немыслимым углом и как-то нереально глубоко и резко. У Эггзи аж воздух из легких вышибло от неожиданности. Охуеть просто! Теперь Эггзи точно костьми ляжет, но перевербует Персиваля из натурала в гея - и это была последняя здравая мысль Эггзи, потому что потом Персиваль тут же засаживает ему так еще раз. И еще. И еще. И опять. И снова. Кажется Эггзи орал в голос. И даже пытался вырваться, потому что для него это оказалось слишком. Но Персиваль не отпустил и даже не замедлился, продолжая резко и сильно вколачиваться вглубь, крепко вцепившись в бедра Эггзи, и на каждом движении внутрь дергая его навстречу, насаживая на себя до самого основания. Эггзи спустил так и не прикоснувшись к себе, вцепившись обоими руками в простыни, которые залил собственно спермой, и в нее же потом упал животом, когда Персиваль кончил в него и, сделав еще несколько глубоких медленных толчков, чтобы продлить удовольствие, наконец вынул свой член. Эггзи вырубился мгновенно - то ли заснул, то ли сознание потерял - он еще смутно помнил, как Персиваль приподнимал его веки, проверяя реакцию зрачков, а потом аккуратно совал в него пальцы, желая удостовериться, что не порвал. Сам же Эггзи слабо пытался от Персиваля отмахнуться, после чего провалился в нормальный глубокий сон и благополучно продрых без задних ног целый день аж до самого вечера.