Пока тетя в отъезде

Питер дышит шумно и часто. Он загнан в угол. Писк прибора из нарастающего становится постоянным. Он поглощает его. Но когда Паркеру кажется, что это конец, сверху внезапно раздается какой-то треск. БУХ! Может быть, где-то замкнуло контакты, а может быть, что-то взорвалось. С потолка падает кусок оплавленного железа. Посторонний звук выдергивает Паркера из гипнотического состояния. Он замечает выход и бросается к нему, как к последнему шансу спастись. Старик кричит внизу от бессильной злости. Образовавшаяся дыра в крыше оказывается достаточно большой, чтобы Питер сумел вылезти. Он больше не заботится о секретности. В его голове словно убавили громкость, отчего звуки открывшейся пальбы обходят сознание Паркера стороной. Он бежит на едва слушающихся ногах, и как только видит возможность зацепиться паутиной за другое здание, то стреляет и улетает от фабрики прочь без оглядки. Трудно представить, сколько шума он наделал своим появлением, но ему везет уцелеть. Когда Питер возвращается к заднему двору школы, на часах горит половина третьего. Он опаздывает на двадцать минут. Хэппи уже приехал. Вот гадство! Не помня себя, Паркер влетает в кусты и вскрывает рюкзак со сменной одеждой. — …Я вам говорю, мистер, ему плохо. Он с начала прошлого урока не может слезть с толчка! — поясняет Нед и разводит руками. — Вы когда-нибудь обедали в нашей столовой? — Нет, но ты-то, вроде бы, не отравился, — сомневается Хэппи. Они стоят друг напротив друга прямо у входа в здание. Лидс держит оборону насмерть. — Мой вам совет, не проверяйте, если не хотите отбить себе обоняние до конца своих дней. Паркер подбегает к ним, наспех застегивая ремень на штанах. — А вот и ты, дружище! — Лидс сгребает его в объятие, показательно улыбаясь. — Ну как, стало легче? Капуста миссис Рудд отпустила? Питер смутно представляет, о чем идет речь, но подыгрывает и кивает головой. Хэппи морщится и жестом приглашает Паркера проследовать к машине. Впервые автомобиль кажется Питеру настолько уютным. Он снова чувствует себя в безопасности. Дрожь, до сих пор колотившая его, проходит, а лицо наливается краской. Питер прекращает судорожно сжимать пальцы и опирается на окно виском. На какой-то миг он поверил, что больше сюда не вернется. Хэппи с беспокойством глядит на него с водительского кресла, но ничего не говорит. Как только они отъезжают, на телефон Паркера приходят встревоженные сообщения от Неда: «Ты как, чувак? Выяснил что-нибудь?» Питер трет голову. Она все еще побаливает, но по сравнению с недавним приступом — это крохи. Паркер просит Лидса подождать до вечера — они все обсудят, как только он придет в себя. Питер откладывает телефон, но не забывает перед этим отправить тете смс с уже выученным: «У меня все супер». В стенах Башни Мстителей волнение проходит окончательно. В Питере даже пробуждается задор, оттого что он влип, но ему все сошло с рук. Хотя в следующий раз он, конечно, будет осторожнее. Питер улыбается и, оказавшись на жилом этаже, здоровается с компьютером. Он скидывает рюкзак и вздыхает полной грудью, чувствуя себя дома. Сейчас бы пообедать… [С возвращением, мистер Паркер. Мистер Старк ждет вас в гостиной]. Ждет его? Питер с изумлением проходит вглубь яруса. Тони действительно там — сидит на диване, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. По правое плечо от него стоит железный костюм, тоже со скрещенными руками. Они отбивают пальцами один и тот же ритм. — Добрый день, мистер Старк, — первым здоровается Питер, еще не подозревая, что его ждет, но уже предчувствуя неладное; от взгляда мужчины у него резко притухает восторг. — Ну привет, карапуз, — отзывается Тони и встает, одергивая на себе пиджак. Он подходит к Паркеру и склоняет голову набок. — А теперь расскажи-ка мне, как сегодня твои дела в школе. Питер нервно облизывает губы. Кажется, он рано расслабился. — Ну, я туда сходил. А Хэппи вам разве не доложил, сэр? Старк чертыхается и трет лицо рукой. Почему-то он кажется необъяснимо злым, хотя Питер еще ни в чем не прокололся. Или прокололся?.. — Ты держишь меня за идиота, Паркер, — с иронией роняет мужчина. — Знаешь, я долго тебе подыгрывал, но сегодня твоя игра в героя-одиночку зашла слишком далеко. Ты мог пострадать! — Что… так вы знали? — Питер меняется в лице. — Это вы взорвали тот люк? — Конечно, это был я! Я знал. Черт подери, я знал с самого начала. Ты болван, если думаешь, что в моих лифтах нет камер и я не прослушиваю твой телефон. Я был в курсе, но мне хотелось дать тебе гребанный шанс. Вдруг ты поступишь лучше. Вдруг, когда ты все узнаешь, ты придешь ко мне, а не полезешь на рожон, чтобы доказать всему миру, какой ты крутой! Это первый раз, когда Тони повышает на него голос. Питер всегда этого боялся, но теперь, когда отступать некуда, он сам переходит на крик. Его задевают слова Старка. — Вы ошибаетесь, я не хотел покрасоваться! Я хотел помочь людям! Я знал, что Мстители не могут этого сделать, поэтому взял эту задачу на себя. Вам ведь не дали разрешения, или я не прав? Они сталкиваются взглядами, и в стороны летят невидимые искры. — Ты прав, карапуз, разрешения нам не дали, но это не значит, что мы собирались сидеть сложа руки, — рычит Старк, продолжая нависать над Питером. — Я разработал устройство, которое подавляет воздействие тех волн, что ты испытал на себе. Я собирался разобраться с той шайкой. Тайно! А ты просто вломился туда и все испортил! Теперь эти типы будут в тысячу раз бдительнее! Паркер поджимает губы. Ему хочется упрекнуть Старка в том, что тот не поставил его в известность, что запер и сам толкнул на глупость. Питер чувствовал себя ненужным, поэтому и… — Мне жаль, что я все испортил, сэр, — раскаивается Питер и прячет глаза. — Я так испугался… Это совсем не то, что он хотел сказать. Но если Старк все и так знает, то Паркеру необязательно держать лицо. Тони единственный из всех его знакомых, кто понимает, каково это, когда жизнь и рассудок висят на волоске. Питеру вдруг хочется почувствовать себя младше: чтобы Старк сказал, что это все фигня, что они справятся, что Паркера не будут мучить кошмары… Мужчина вздыхает. Он очень долго молчит, изучая макушку Питера, а потом протягивает руки и мягко привлекает его к себе. Это… это объятие. Паркер сперва не верит в то, что чувствует, а потом жмется к Старку в ответ и судорожно вцепляется в его рубашку. — Знаешь, я тоже нехило испугался за тебя, Паучок, — бормочет Тони ему в волосы. Кажется, они оба перепугались — может быть, поэтому и подняли крик. Но теперь Питеру легче: слезы высыхают на его ресницах, а губы тянутся в улыбке. Он вскидывает голову, чтобы пошутить про то, что подчас ругань тети Мэй будет куда страшнее любого… Он забывает окончание шутки, когда встречается глазами со Старком. Тони смотрит на него совсем не так, как раньше. Питер вдруг не может выдавить из себя ни звука. Его дыхание замирает, а все прочие чувства обостряются до предела. Внезапно он ощущает близость Старка каждым волоском на своем теле. Мужчина стоит к нему вплотную. Его руки застыли на лопатках Паркера. Волнение заставляет Питера сглотнуть и внутренне сжаться. Но это не останавливает его от того, чтобы приникнуть губами ко рту Тони, рывком привстав перед ним на носочки. Господи, что он творит! Что он творит! Он обязательно свалит это на стресс, если Старк его оттолкнет. И Тони действительно толкает — но не так, чтобы отстранить, а так, чтобы прижать к стенке. Внезапно на Паркера обрушиваются ласки чужого языка. Это лишает его чувства реальности. Это похоже на один из снов, только теперь все по-настоящему. Паркеру становится жарко, он стонет, и, будто понимая его без слов, мужчина пропускает одну руку вниз. Его тело сильнее вжимается в Питера, колено раздвигает ноги… — Добрый вечер, — вдруг здоровается с ними голова из стены. Питер вскрикивает и отлетает от Старка как ошпаренный. А вот и Вижен.