People's lives change

Маринетт вцепилась руками в рубашку Адриана и, уткнувшись носом ему в плечо, тихо рыдала. Она же видела, что он был мертв, а Жак… Что с ее сыном? Девушка дернулась и попыталась встать, но блондин притянул ее назад и заключил в объятья. — Отпусти! Жак, где он?!— полукрича вырывалась Леди баг. — Успокойся, с ним все в порядке. Все что ты видела, была иллюзия. Ты попала в свои страхи, все это тебе привиделось. Поверь мне,- тихо, но достаточно громко для того, чтобы услышала Маринетт, сказал Агрест. Голубоглазая застыла на месте, переваривая полученную информацию, через несколько мгновений послышался тихий вздох облегчения, и девушка обмякла в руках блондина. Адриану даже показалось, что она потеряла сознание, но ее тихий шепот тут же отмел эту мысль в сторону. Трансформация спала, и Тикки опустилась на голову своей подопечной. — Тебе об этом даже думать было бы страшно,- ответила квами на немой вопрос парня, который внимательно изучал ее взглядом. — Маринетт, надо исцелить Аку… — Я знаю, подожди,- девушка приложила палец к губам парня, приказывая замолчать. Она хотела еще чуть-чуть побыть в его объятьях и послушать биение его сердца… Брюнетка приоткрыла глаза и поднялась на ноги, взяла в руки банку с Акумой, открутила крышку, высадила мотылька на свою руку и накрыла ее второй. - Ты свободна и больше не прислужница Бражника,- девушка раскрыла ладони и выпустила белую бабочку. Акумы, очищенные Маринетт в гражданском обличие, больше не могли становиться прислужниками Моли. Голубоглазая подула на ладошки, пытаясь их согреть. Она хотела домой в теплую постель, свернуться там в кокон и не вылазить ближайшие сутки. И плевать, что это звучит совсем по детски.