Дневники влюбленных

Я никогда не чувствовал себя несчастным, в моей жизни было все прекрасно. Встретив ее, я думал, что мы будем вместе до конца, но сейчас, когда перед мною лежит омертвленное тело жены, я чувствовал себя ужасно. Мне впервые было так паршиво на душе. В кармане пальто я услышал, как вибрирует телефон. Вытерев слезы, я достал телефон и поднял трубку. — Масаоми? — по голосу я понял, что это Уке. — Мой мир рухнул… Я больше никогда не буду счастлив, - тихо, со слезами, говорил я. — Да что случилось? Где ты и Юко? — А Юко больше нет… — В смысле? — брат не понимал, о чем я говорил. — Юко умерла…- сказал я медленно, а к глазам снова поступили слезы. Я уже не слышал, что кричал мой брат в трубку. Я словно оглох, ничего не чувствовал, только пустоту. Моя мать узнав об этой утрате, от брата, хоть и не скоро, но приехала. Дочь осталась под врачебный присмотр из-за того, что девочка родилась на шестом месяце. Врачи сказали, что её мне отдадут позже, ибо нужно сделать куча осмотров, как только все сделается - сообщат. Имя её будет Мэмори – память. Настал день похорон моей жены. Все близкие собрались в траурный день, даже родители любимой которых я искренне ненавижу. Мне было больно видеть в гробу мою любимую. На ней было белое кимоно в пол. Лицо было бледным, а тело лежало неподвижно. На лице не было той её прекрасной жизнерадостной улыбки, будто из неё выкачали все живое и прекрасное. На улице шел дождь. Никогда бы не поверил, что потеряю тебя так скоро, Юко. Когда девушку закапывали под землю, я слышал, позади меня, громкий, истерический плач моего младшего брата и тихий голос Эммы которая пыталась успокоить его. Я понимаю сейчас Ватару он ведь ребенок, он не понимает, что в такие моменты нельзя сильно громко показывать свои эмоции. Мне было намного больнее чем ему, но я старался не показывать свои слезы и держать чувства при себе. В своей голове мне послышался ее тихий голос: «Не пожалеешь?» — Жалею! Я жалею, что не был рядом, когда тебе стало плохо. Когда тебя можно было спасти. Все стали тихо и медленно уходить с кладбища, а я стоял неподвижно, проматывая все добрые воспоминания в моей голове глядя на надгробье. Я просто не верил и считал это все сном. Когда я пришел домой, то закрылся у себя, достал коробку с письмами и сел читать те письма. Перечитывая их снова, я не мог сдерживать слезы. Я вспоминал ее глаза, ее улыбку и понимал, что теперь больше это не увижу, ни обниму ее и больше никогда не услышу ее голос. Я сейчас хотел тоже покончить с жизнью, как она однажды хотела. Я не хотел жить, ощущать эту боль. Если я уйду к Юко, на кого я оставлю Мэмори? Я понял, что оставлю дочь сиротой и она тоже как я сейчас будет страдать. Я был готов жить ради моего ребенка, чтоб Юко не было стыдно на небе за меня… На днях мне звонил лечащий врач моей мертвой жены. Он желал встречи со мной и сказал приходить ближе к часу в кафе. Я пошёл на встречу, все ровно потом же идти в больницу спросить о дочери. Мы встретились там, где и договаривались. Врач оказался высокий мужчина, чуть моложе меня, а также приятный на вид. Спокойный взгляд, половинчатые очки на глазах, серьезное лицо. Мне на минуту стало ревностно, ибо я боялся, что Юко могла мне с ним изменять. — Ну так здравствуйте. Я Хирокава Мизуки. Как Вам уже известно, я лечащий врач пациентки Шираиши Юко, — он говорил серьезно. — А я Масаоми Асахина, ее муж… Бывший. — Ну так вот, как мне стало известно Юко умерла. Знали ли Вы о том, что она больна? — Знал. — А Вам было известно, что когда она забеременела то сократила свои пять лет жизни на жалкие девять месяцев? Я ей говорил еще тогда, когда она сама только узнала, делать ей аборт. Она же упрямая дура, раскричалась на меня сказав, что "Я- чудовище" и ушла. Она никогда не думала о своем состоянии и ей все ровно было что ей суждено умереть, — слушав это, я чувствовал себя отвратно. Меня колотило до тошноты от слов этого врача, хуже, чем от вида крови. Не уж то врачу было нормально о таком говорить? Я думал, что доктора- это люди, которые спасают и дают людям надежду на жизнь и здоровье, но никак не говорящие о таком. — Тем более, я Вас рассматриваю как соперника. — В смысле? — я откинул свои мысли прочь. — Вы тот, кто увел у меня мою пациентку, а между прочим я любил Шираиши, целых восемь лет. — Зачем Вы мне говорите это? — спросил я немного нервничая. — А я хочу, чтоб ты почувствовал боль как я. Ты, появившись из не откуда и очаровал ее до одури. Она, постоянно приходя на прием ко мне рассказывала именно о тебе. Когда я узнал, что Юко выходит замуж, то сразу возненавидел тебя. Ты отнял ее у меня. Раньше она слушала мои советы по поводу здоровья, а после свадьбы она меня осыпала оскорблениями и не хотела ничего слушать. На приеме я напоил Юко чаем в котором естественно подсыпал препарат, вызвавший у неё приступ, да бы убить её вместе с твоим ребенком! — Зачем? За что?! — вскрикнул я в панике, подскочив со стула. — Я хотел заставить тебя страдать, — усмехнулся мужчина. Я стоял словно статуя, понимая, что не ее здоровье виновато в смерти. — Вы видимо очень жалкий человек даже слова возразить не можете. И за что тебя полюбила Юко… — Заткнись! — не знаю где я нашел силы, но я хорошенько врезал этому ублюдку. Мразь! На нас смотрела толпа людей с ошарашенными лицами. Они шептались, но сейчас мне было просто плевать. — Хм, как некрасиво со стороны детского врача бить человека. Я всегда знал, что ты не такой добрый как она тебя считала, — Утирая с подбородка кровь, он смеялся. — Вы не человек, а моральный урод! Вы считаете себя святым, а сами только и делайте что оскверняйте доблесть врачей. Да таких как Вы…- я не мог подобрать оскорбительное одно слово под описание этого человека. Я просто ушел с этого места. Да я струсил, но не из-за своей слабости, а из-за гордости. Он получил свое. И все же я не мог поверить, что Юко была убита этим уродом, а если бы мы не вызвали скорую, то и Мэмори бы погибла. В мире все же есть что-то хорошее правда в малых дозах и ненадолго.