Я тебя выберу

Через пару часов начнется рассвет, а я все еще не ложилась спать, а все потому, что ровно в семь часов нас сажают в автобус вместе Соней, моей младшей сестрой, и отправляют в лагерь. Я сразу была против этой глупой идеи, но родители просто поставили нас перед фактом. Зимой мы часто болеем и поэтому нас отправляют в оздоровительное место, там есть море, много детей, верней сказать, подростков, и скучно быть не должно. У мамы с папой для нас никогда не было времени, они люди серьезные, деловые и очень занятые. Бизнес — смысл их жизни. Благодаря тому, что они много работают, мы можем позволить себе самый элитный и дорогой лагерь. Соня была только рада этому, ведь впереди ее ожидает куча многих знакомств, а я не смогу таким похвастаться, поскольку девушка скромная и замкнутая. Мне больше нравится уходить в себя и задумываться над дальнейшей жизнью. Не люблю шумные компании, но если задеть за живое — бегите. Хоть в деньгах мы не нуждаемся, но тратить заработанные деньги родителей, я никогда не буду. Моя самостоятельность проснулась во мне еще год назад. Я устроилась работать посудомойкой в ресторан, нравится самой себя обеспечивать, самой работать, так я чувствую себя взрослой в шестнадцать лет. Мне хочется самой построить свою жизнь, а не по блату. — Ты почему до сих пор не спишь? — В мою комнату заглянула мама. — Ночь на дворе! — Вид у нее был нормальный для ночного лунатика: дорогая ночнушка, последний писк моды; именно такие откровенные и сексуальные вещи нравятся папе; растрепанные волосы и взволнованный взгляд в глазах. — Давай, выключай свет и спать, нам уже через несколько часов вставать. — Мам, а можно я никуда не поеду? — Последние три дня я задалбывала их с этим вопросом. Во мне никак не хотел гаснуть огонек надежды и я верила до последнего, что они передумают. — Я не могу бросить работу! — Николь! — Мама повысила голос, который предупреждал о том, что если я не замолчу, они еще нас куда-то отправят до конца лета. — Это позорная работа не для нашей дочери! — Мам, я хочу сама зарабатывать! В этом нет ничего позорного! — Возразила я, вскакивая с кровати. — Мам, вы нас постоянно куда-то отправляете, почему мы не можем отдохнуть дома? Здесь апартаменты не хуже, чем в дорогой гостинице на Майями. — Николь, мы с папой уже все обсудили. Для вас с Соней так будет лучше. Вы поедите в лагерь и это не обсуждается! — Хлопнув дверью, она ушла, шлепая тапочками. У нас с мамой характеры очень сложные, мы часто ссоримся и скучать не приходится. После ночной перепалки с мамой, мне так и не удалось заснуть. Бессонница уже нормальное явление в моей жизни. Я не хочу ехать и точка. Только мое мнение мало кого волновало. Вещи были собраны еще со вчерашнего дня, и у меня были лишние полчасика, чтобы придумать план, дабы не ехать. — Николь, вставай завтракать! — Кричала мама, а я сильней вжалась в постель. — Горло болит. Я, наверное, никуда не поеду, — хрипло произнесла я, натягивая к глазам одеяло. — Началось. — Подобные номера я выкидываю довольно-таки часто. — Мне врача сразу вызывать или смиришься и спокойно с сестрой поедешь, симулянтка? — Если доктор приедет, то он сразу раскроет мое вранье. — Встаю. — Мысленно я уже попрощалась со своей комнатой, друзьями и прежней жизнью. — Молодец, — мама победно улыбнулась и сказала папе, что я сейчас почту их своим визитом. — Па-а-п, — протянула я, это была моя попытка номер пять. — Девочка моя, мы с мамой все решили. Вы с Соней едете и все. — Забыла сказать, что отец всегда слушает свою жену и своим нытьем я ничего не добьюсь. — Поешь нормально, а то питаешься одной овсянкой! — Сделала мне замечание мама и подставила тарелку с запеченным мясом. — У тебя одни кости торчат. Ешь давай. — Мам, я не хочу есть, достаточно будет, если я останусь дома. — Я мило улыбнулась и захлопала ресницами. — Николь! — Узнаю этот тон. Мое имя маме очень нравится и вместо слов «Доченька, милая», она говорит жесткое «Николь». Звучит красиво и мелодично. — Молчу. Лагерь, так лагерь. — Надеюсь, что я хорошо проведу время и не буду вспоминать о том, что родителям мы с сестрой не нужны. Соня радостно пищала и собирала вещи. Она всего лишь на год младше меня и мы часто друг друга развлекаем и поддерживаем. — Николь, что ты ходишь с кислой миной? Я же буду рядом, мы отлично проведем время. — С нотками позитива произнесла сестра и улыбнулась. — Спасибо, сестренка. — Я просунула руку под матрац и достала от туда шоколад. — Не отказывайся, я знаю, что ты любишь молочный шоколад с орехами. Я с завтрака сперла. — Мы частенько тырим с кухни что-нибудь вкусное и сладкое. — Девочки, спускайтесь. — Крикнул папа и мы, закатив глаза, стали спускаться по лестнице. — Я очень надеюсь на то, что мне не будет звонить директор из лагеря и говорить, что вы что-то разбили, с кем-то подрались или запустили комок водорослей в вожатого! — Оо, это самые приятные воспоминания из нашего предыдущего лагеря. — Ой, пап, а мы как на это надеемся, — мы с Соней засмеялись и отбили «пять». Мы — пацаны в юбке, обожаем хулиганить. — Поумничай мне еще здесь. — Строго сказал папа и посадил нас в машину. Автобус отправляется через тридцать минут и нам срочно нужно было объехать волшебным образом пробки и прибыть вовремя. Всю дорогу мама поучала нас и говорила, чего не стоит делать, мы же всунули в уши наушники и включили музыку. Должна признаться, подростков здесь действительно много. Соня увидела гота и стала тыкать в него пальцем, а мне пришлось извиниться. Сзади нас стояла незамеченная всеми девушка. Ей также, как и мне, было шестнадцать. Звали ее Аня, родители копили полгода на этот лагерь, а ехать не хотелось: во-первых, она была сама, во-вторых, никого не знала, а в третьих боялась новых знакомств, ведь в основном с нее смеялись одногодки, потому что не было средств для нормальной одежды, а ее милые очки мне казались очень стильными. Я же взяла ее под «свое крыло». Мне нравится помогать таким девочкам, нравиться «впускать» в них уверенность и позитив, нравится наблюдать, как из гадкого утенка, они превращаются в прекрасного лебедя. Автобус заполнился молодежью в считанные минуты, Соня несколько раз помахала родителям рукой и стала слушать музыку, Аню я посадила к себе, она была такой скованной и зажатой, что мне понадобится немного времени, чтобы раскрепостить ее. Девушка заснула на моем плече, а я наблюдала лишь голые поля, деревья и кусты. Ничего интересного. Вожатые уже хватались за головы и не знали, что с нами делать. — Он будет в нашем отряде. Вы представляете? Может, мне удастся завязать с ним отношения? — С каким-то восторгом говорила девушка, что сидела впереди меня и мечтала об одном взгляде незнакомого мне парня. — Шнурки для начала завяжи, а не о Никите мечтай! Он — мой, тебе понятно? — Как-то высокомерно сказала ее собеседница и мои руки сразу зачесались. Зачем так грубо? Кто этот за загадочный Никита, что из-за него девушки готовы вцепиться друг другу в глотки? Прошло три часа и мы на месте. Мы сразу почувствовали морской воздух, что дул с Черного моря. Соня была рада, что у нас вожатый — мужчина, она у нас просто в активном поиске и ищет парня. Когда нам показали нашу комнату, мы сразу выбрали одну двухъярусную кровать и еще одну Ане, поближе к нам. Достаточно было протянуть руку, чтобы стащить у нее подушку. — Эй, поаккуратней со своими ногами! — Крикнула я Соне, чьи ступни свисали со второго этажа и случайно ударили меня по голове. — Прости, я нечаянно. — В качестве извинения, она всунула мне конфету. — Детка, ты прощена. — Усмехнулась я, пряча конфету в глубь своей квадратной тумбочки. Обед. Такое сказочное и вкусное слово. Об одном его упоминании, у меня уже текут слюнки. Столовую мы видели из нашего корпуса. Поставив чемоданы под мою кровать, мы стали идти в направлении столовой. — Лапы мойте. — Вожатый ласково нас прозвал «медвежата». Мы с Соней задержались, а когда зашли, то услышали крик парня. — Ты что, слепая? Не видишь, куда идешь? Ах, ну да, ты же в очках! — Аня стояла в центре всего происходящего. Она засмотрелась на дивные картины и врезалась в спину одного из парней. Пока все стояли и глумились с нее, мы одни с Соней растолкали всех и подошли к ней, слегка обнимая за плечи. — Тебе мама не говорила, что с девушками нужно по-вежливее разговаривать? Я не гордая, я и врезать могу. — Его глаза сверкнули яростью и злостью. В столовой образовалась гробовая тишина, а некоторые девушки закрыли рот ладонью. — А ты смелая, я смотрю. — Усмехнулся парниша, а взгляд сменился на более мягкий. — А что? У тебя с этим проблемы? Ты боишься смелых девушек? — Я задрала подбородок также высоко, как и он. — Детка, я их не боюсь, — он нагнулся к моему уху, — они стонут подо мной. — А ты уверен, что это был стон? Может, они просили тебя остановиться, потому что им не понравилось? А? — Скулы заиграли на его лице. — Кстати, ты же пришел сюда есть, чего же ты медлишь? — Я взяла тарелку с супом и вылила ему на голову. — Приятного аппетита, а мы уходим. — Схватив своих девочек за руки, я увела их из того ужасного места. — Никитос, ты в порядке? — Обратился к другу Тема, помогая привезти его в человеческий вид. — Поздравьте меня, парни, у меня станет на одну шлюху больше!..