Я тебя выберу

Этот лагерь кардинально изменил мою жизнь и я до сих пор не могу понять: в лучшую ли сторону. Я так хвасталась своей свободой, радовалось, что не отчитываюсь ни перед кем, а лечу(как птица) и живу так, как хочу того сама. Но мои крылья были жестким способом сломаны после фразы: « Ты станешь моей девушкой?». Вчера я разговаривала с родителями и умоляла их забрать нас обратно домой, ведь это в их силах, но как выяснилось, они поехали отдыхать на какой-то жаркий и тихий островок. Пока я сладко спала и надеялась на то, что Никита так и останется в моем сне, то вожатый уже тем временем разбудил нас раньше всех и сказал, что мы сегодня дежурим на кухне. В наших головах сразу чертики стали злобно смеяться. Это дежурство вряд ли кто забудет. Повар стал держаться за голову, ведь ему известны такие «адекватные» личности, как мы. Я, Соня, Аня готовы были сделать сегодняшний день незабываемым. Парни, как мы их назвали, были «наказаны» и мы заставили их чистить картошку, особенно это было в радость мне, ведь Никита ненавидит это дело. Два в одном. Пока мы с Соней отвлеклись, то другие девочки в борщ кинули пол пачки соли, этот обед никто не забудет. — Вы мне только все портите! — Крикнул этот шеф-повар и ушел на улицу, чтобы привести свои нервы в порядок, а мы же радовались, больше просить не будут, чтобы им помогали. — Мы можем идти? — Мы уже мысленно радовались, что можно пойти, найти укромное местечко и побыть в одиночестве, ведь у нас это редкость. — Та сейчас! Будете работать до ночи! — Начал распускать угрозы мужчина и пытался исправить наше кулинарное детище. — Крепостное право отменили в 1861 году! — Возразила, ведь, это это действительно было похоже на рабство! Мы сюда приехали отдыхать, а не картошку чистить! — Какие познания в истории, — с восторгом ответил тот и хлопнул в ладоши, — но хочу тебе сказать, что если вы захотите кому-то пожаловаться, то это бессмысленно. На кухне главный я и никто мне не указ, так что не нужно тут блистать своим умом и иди меси тесто! — Хамло! Одним словом, ну я тебе покажу тесто. Сегодня в меню были вареники с вишней, мы же решили сделать «счастливые» и положили в один… вру, практические во все мелочь, а те, что повар оставит себе, мы щедро насыпали перца. — Шухер! Он идет! — Крикнула Аня и мы сделали вид, что ничего не происходит. Я тебе покажу кто тут главный! — Зачетная задница, — крикнул Киоссе на всю кухню и присвистнул. Стол был низким и мне приходилось очень часто нагибаться, что было ему только в радость. — Не пялься, не твое! — Чисто теоретически так и было, а кто кроме нас это знает? — Моя задница — это моя задница. — Я показала ему язык и продолжила издеваться над пищей. — Вот видишь, нужно было сразу сделать так, как я сказал, а не начинать со мной спорить! — Улыбайся-улыбайся, попробуешь то, что я сварганила, сразу же поменяешь свое мнение обо мне. Пока я мило улыбалась и хлопала ресницами, я с предвкушением ждала того момента, когда же наконец придет его час. Нас отпустили и мы стали осматривать территорию лагеря. Как я уже говорила раньше, то она просто огромная и найти здесь что-либо, подобно тому, что искать иголку среди стога сена! Я пришла на то место, где честь Катя была раздавлена самым мерзким образом. Кровь на асфальте высохла, но пятна остались, неподалеку я увидела забор, а если убрать ветку дерева, что склонилась, то я увидела небольшую щель, слава Богу, что мое телосложение позволяет мне пролезать сквозь столь узкие доски. Возле главного, центрального входа, ворота заставляют охать от восторга и красоты. Мастера потрудились во благо, но если копнуть глубже, то можно с легкостью понять, что это показуха. Я перелезла и увидела что-то вроде поля. Шла я недолго, наверное, метров сто, а после увидела дом. Он был в годном состоянии и я могла предположить, что там кто-то живет, но не рискнула туда идти. Этот дом увидеть сложно, ведь деревья и растения все красиво прикрывают и смотрится очень гармонично. Мне срочно нужно было переговорить с Катей! Когда я вернулась, то всех подняли на уши, что пропал еще один человек. — Где ты была? Мы же тебя обыскались. Все в порядке? — Я видела, что мои друзья переживали за меня, я видела боязнь в их глазах, боязнь потерять еще одного человека. — Да, я в порядке. — На остальные вопросы я отказалась отвечать, лишь отпросилась и поехала в больницу. Пока меня не было, Катя начала хандрить, но тут же повеселела, когда я ворвалась в ее палату, как вихрь. — Ты меня не ждала, а я приперлась. — Весело начала я и отжала у нее яблоко. — Слушай, подруга, помощь твоя нужна, я все еще пытаюсь вычислить того придурка и знаешь, что я хочу тебе сказать? Сегодня я выяснила, как он зашел в лагерь. Через центральный вход его бы точно не пустили, а значит есть запасной. Этот парень же не местный? Я права? — Да, Николь, я тебя очень прошу, не влезай в это дело, тебе же будет хуже. Это страшный человек. — Она снова стала трястись. — Катя, я тебе пообещала и все будет замечательно, доверься мне. Мне нужна твоя помощь. Я знаю, что тебя сегодня выписывают и сегодня ночью мы начнем действовать. — Я еще никогда не чувствовала себя такой сильной и уверенной в себе. — Ты мне веришь? — Я верю, хорошо… пора бы уже расставить все по местам. — Она встала с постели, переодеваясь в нормальную одежду и не выглядела так, будто ее из психушки только что выпустили. — Это Денис, мой бывший парень. Мы не очень хорошо с ним расстались, а вернее мне надоели его вечные измены, пьянки и девушки. Я решила порвать все нити, что связывали нас, а ему это предложение не понравилось. Он же решил, что я его собственность, я захотела опровергнуть это все, но поплатилась пощечиной. Родители меня отправили сюда, думали, что я буду в безопасности от него, но кто же знал, что дом его дедушки находится в таком захолустье? В тот день он заманил меня и сделал то, что сделал. Сказал, что еще вернется и он сдержит свое слово. Я то его знаю. — Ты молодец, что все мне рассказала, мы обязательно во всем разберемся. — Мы быстро собрали вещи и вернулись в лагерь. Многие были этим не довольны и я удосужилась показать им средний палец. Сколько можно издеваться над девушкой? Ребята прятались от повара, ведь, кажется, он сломал себе зуб и выпил всю воду, что только была в столовке. Он был просто в ярости. Ему «понравился» мой подарочек. Мы их нашли около моря, они дурачились и один Никита выглядел очень грустным. Ребятам я рассказала все сама, потому что Катя боялась, что ее начнут обвинять и высмеивать. — Ты будешь приманкой, — Катя ко мне прижалась, ведь это было для нее приговором. Встретится лицом к лицу со своим насильником — очень смело, но не у всех это получается и рождается страх. — Нет, я не смогу… — я понимала ее состояние и решила немного изменить наш план. — Приманкой буду я, — уверенно ответила я, а остальные уставились на меня.