формы мыследеятельности

Джинён вошёл в гостиную с запотевшей ледяной бутылью в руках. — Сегодня, — провозгласил он, глядя на диван перед телевизором, — я почувствовал себя феноменальным идиотом. Исторический день. Диван, огромный, вытянутый по меньшей мере на две трети стены, был сейчас занят практически весь; места Джинёну оставалось только на подлокотнике, и то на одном-единственном. Даже выбора, на какой из них присесть, Югём ему не предлагал. Лохматая макушка отлично расположилась на одной из боковых подушек. Рядом со второй, свободной, громоздилась сложносочинённая конструкция из подушек и скрученных рогаликами штанов и шарфов. Поверх конструкции возлежала изрядно распухшая Югёмова ступня. — Ты? — скептически протянул Югём и поманил Джинёна к дивану. Обманывать себя надеждой, что жадный взгляд предназначался ему, Джинён не стал. Он присел на подлокотник, приложил вожделенную бутылку к опухшему месту. Югём чуть дёрнулся от контрастного холода, но мгновенно понял, что так лучше не делать: любые движения после неудачного пируэта давались ему тяжко. — Ну а кто? — вздохнул Джинён, и Югём пожал плечами. Хоть это он ещё мог делать и не кривить страдальческую мину. — Хочешь украсть лавры создателя моей гениальной хореографии? Блин, но ведь красивый переход получался!.. — И в кроссовок ты сегодня не влез очень красиво. Югём кинул в него припасённой подушкой. —Так вот, почувствовал себя идиотом, — поймал подушку и повторил Джинён. Уместив её себе на колени так, чтобы подбородок удобно упёрся в неё сверху, он продолжил: — Я искренне верил, что в хип-хоп агентстве ты обойдёшься без танцевальных травм. Ну, типа, крутые пацаны не танцуют без башни, йоу? Югём сдавленно хихикнул, стоило ему завершить, и пробормотал что-то вроде "И как Джей Пак-хён тебя упустил, хён?". Джинён, между прочим, очень старался скопировать правильные интонации настоящих хип-хоперов. Бросить бы чем-нибудь в него в ответ, да под рукой только подушка (слишком удобная) и бутылка (лечить Югёма от удара льдышкой в лоб будет чересчур). — Нет, серьёзно, ну вот как?! Буквально первый релиз готовишь, и сразу это. — Это всё творческая свобода, — с невероятно серьёзным лицом сказал Югём и заржал через секунду. Джинён почувствовал, как покалывавшее в сердце весь день волнение отступает: раз так гогочет, значит в порядке. И вроде бы не первый раз Югём неудачно приземляется после прыжка или скручивает суставы не в ту сторону, но привыкнуть к такому никак не выходило. — Джебом-хён вот на днях учил Джей Пак-хёна брейку… — Всё понятно, — в притворном ужасе закрыл ладонями лицо Джинён, — скоро будем собирать по кусочкам чью-то спину. — Возможно, обоих? Джей Пак-хён ужасно старый… — Только ты у нас молодой да шустрый, ага. В порыве облегчения Джинён наклонился и поцеловал отекшую лодыжку. Югём слабенько чиркнул здоровой ногой по кожаной обивке. — Ещё, — сказал он. — Чтобы не болело. Ладно, хоть Джинён и волновался от всех, хоть и самых мелких, ушибов, всё-таки индивидуальный план лечения травмированного Ким Югёма ему тоже всегда приносил удовольствие.