Дым

Зико нравился запах табака, особенно, когда он горчил на губах Джиена, особенно в этой маленькой двушке, особенно, и даже исключительно, рядом с хёном. Джиену же было сложно бросить. Он выдыхал едкий дым, а Зико, как будто нарочно, приходил именно в такие мгновения, садился запредельно близко и ловил ртом дым, почти целуя. Они сняли квартиру полтора месяца назад; холодная, с грязно-желтыми стенами и сырым полом, она оставляла свой осадок к безудержной и ненадаедающей Зико, привычке хёна. Джиену казалось это слишком интимным. Даже хлеще, чем, если бы они занимались сексом прямо в открытой гримерке, после концерта. А они и занимались и даже последующая боль в пояснице (столик был слишком узким) не возмещала того, как Квон искусал шею и ключицы младшего. Было неудобно, за что пришлось платить. И даже это не было таким грязным и непристойным, как курение. Сигареты всегда были в передних карманах джинс, зажигалка всегда в заднем, Чихо всегда по левое плечо, его губы всегда за ухом хёна. Джиена уже не рвало. Первые недели были просто незабываемы: постоянные совместные ванны, - Квону становилось плохо именно утром и именно в ванной - вначале беспокойство за бедный желудок хёна, а потом и дикость, ведь, черт, Джи слишком вкусно выглядит в одной майке. «Вкусно». Это слово зазвенело в сознании Зико во вторую их ночь вместе и первую в ванной. Он как-то и не задумывался, почему его так пошло тянет к Джи. Нет, он конечно знал что любит, но возбуждение приходило как-то слишком неожиданно, да и над причинами младший не задумывался. А Квон знал и совершенно не хотел пользоваться этим. Он прекрасно понимал, что в самую нужную и необходимую минуту, когда действительно была нужда в разрядке, Чихо сам все сделает. Не то чтобы он все перекладывал на плечи младшего, но отказывать себе в таком удовольствии не стал бы. Сейчас совместные ванны ушли на второй план, забота о желудке хёна тоже, как и неожиданные нападки после концертов. Они были и не хуже, чем в первый раз, но дверь Зико запирает, а Квон сразу ложится на диван. Эксперименты со столом проходили исключительно дома. Они делят едкий дым на двоих, понимая, что заходят в такие минуты слишком далеко. Они не пытаются бросить - курение стало как предлог к тому, чтобы лишний раз побыть как можно ближе. Зико по прежнему нравится запах табака, а Джиен по прежнему хмурится, когда Чихо в очередной раз садится и касается горьких губ языком.