Together Till The End

Всеми силами я уговаривала Микки покинуть штат, хотя бы на некоторое время, но упрямый брат без рыжего Галлагера и шагу ступить не желал. С каждым днем напряжение росло. День ото дня становилось хуже. Мозг доказывал, что я в чем невиновна, но что-то вроде совести грызло меня изнутри, не давая спокойно жить. И хотя Микки пытался объяснить Йену и остальным, что в случившемся с Карлом я не причём, они все же злились на меня, даже Лип и Йен решили игнорировать меня. И я понимаю их ярость, чертовски понимаю, но легче не становилось. Это был конец, я сломалась. – Не грузись сестрёнка, они долбоёбы, мелкий знал на что шёл, – Микки единственный, кто меня успокаивал. Как детстве. Я бы уехала в тот же вечер, послав к черту всех и вся, но уехать, оставив Карла в таком состоянии и снова не попрощаться, я не могла. Мне необходимо было знать, что происходит с ним, я пыталась узнать у Ника, однако выяснилось, что ему так же рады в доме Галлагеров как мне. Масло в огонь подливал и Тейт. – Не понимаю, чё ты так впрягаешься за этого молокососа? Он живой? Живой, а на семейку вообще похер, главное что твоего брата мы вытащили. Эмбер, не страдай хуйней, давай вернёмся в Висконсин. Он стал мне чужим. В последнее время частые ссоры стали нормой для наших отношений. Хотелось наладить отношения, но в тот момент Тейт слишком много наговорил лишнего. – Уходи, – тихо сказала я.– Блять, просто свали, серьёзно. – Что?! Мне наверное послышалось... – Пиздуй отсюда, нахуй. – голос охрип, от того что я слишком долго молчала. – Эмбер, ты чего... – парень пытался меня обнять, однако я увернулась. – Давай, – я стою у открытой двери, выжидающе посмотривая на него. – Издеваешься?! – А может ты просто его любишь? Я видел, как вы на друг на друга смотрели, – усмехнувшись произнес он. – Спорю, он только и видит как с тобой потрахаться. Терпение лопнуло. С меня хватит разговоров. Я беру в руки ствол, снимая предохранитель. – Ты совсем ебанулась?! – почти вопил Тейт. – Ты съебёшь или мне помочь? – спрашиваю последний раз. Парень шокировано смотрит и уходит. Я закрываю дверь, кладу пистолет на прикроватный столик и смотрю на себя в зеркало. У меня начинается истерика. Все летит на пол, бью вазы, беру биту и хуярю прям по зеркалу, в треснутом стекле снова смотрю на себя, улыбаясь своему отражению. – Как же я тебя ненавижу, – произношу эту фразу вкладывая всю боль девчонке в треснутом зеркале. Я бью кровать, кричу, надеясь что мне станет лучше, бред. Плевать, что где-то в доме маленький племянник должен выслушивать вопли 18-летней дуры, с абсолютно больной головой. Плевать. Я сажусь на пол, отрешённо смотрю вокруг себя. Какой пиздец. Я знаю что я сделаю, сейчас будет хорошо, улыбаюсь как безумная, медленно вставая. *Flashback* – Да сколько можно дёргаться?! Эмбер, что с тобой? – Дэниз не могла проигнорировать то, что творилось. Тело ломаeт, аппетита нет, чувствую себя, мягко говоря, отвратно, под кожей как будто что-то скребётся, челюсть сводит, сука... – Дэниз, у тебя есть доза? – это не вопрос, а мольба. – Только не это… Эмбер, как... Ты не могла, да как ты докатилась до этой дряни?! Одна из зэчек постоянно кололась, мне было интересно как это. Два месяца я плотно сидела на игле. Я была на дне, мне было страшно, я всеми силами справлялась с этим, пообещав что не вернусь к этому, никогда. Никогда… *Flashback over* На дне чемодана, я наконец нахожу это. Открываю коробочку, достаю порошок, перетягиваю руку жгутом, нагреваю ложку, снова сажусь на пол и облокачиваюсь на кровать. Шприцом набираю наркотик, затягиваю руку сильнее, игла слегка прокалывает кожу и нажимаю на шприц, делая инъекцию. Героин медленно проникает мне в кровь и глупая улыбка озаряет мое лицо. Я прикрывая глаза блаженно улыбаюсь, думая что я в раю. Чувствуется легкость, умиротворение, спокойствие. Как же хорошо... От кайфа я не могу пошевелиться, наркотик полностью овладел моим рассудком. С трудом вынимаю шприц и стаскиваю жгут, хочется упасть замертво, но я же опытная наркоманка, знаю как надо. Когда ловишь "трип" главное расслабиться, а то так можно и сойти с ума и покончить с собой. Хотя с утверждением, что все наркоманы потенциальные самоубийцы, я полностью согласна. В глазаx все расплывается, господи, как же хорошо. Я знаю, что сама подписала себе смертный приговор. Но сейчас так поебать на это... В наркотическом бреду я слышу голоса, очень неотчётливо. Не могу разобрать, да и похуй… К голосам добавились и галлюцинации, я вижу лицо Микки, он что-то орёт, махает руками я лишь глупо улыбаюсь, он выглядит как размытое пятно, вспомнился мультик про доброе привидение. Я начинаю глупо смеяться, только дьяволу известно по какой причине. – Блять, Эмбер, что ты наделала, сука, сука, да ёб твою мать, очнись, бля! – он пытался меня вырвать из вакуума, но бесполезно. Не пытайся братишка, наркотик хороший, штырить будет долго. Мой пустой взгляд устремляется куда-то вверх, Микки трясет меня за плечи, но героин меня уже забрал, так что я абсолютно ничего не чувствую. – Клянусь, блять, это твой последний "приход", – он забирает оставшийся героин и уходит, громко добавляя. – Пиздец, нахуй! Как будто мне можно что-то запретить, эта мысль рассмешила меня, и я снова смеюсь как умалишенная. – Что с ней? – Светлана пыталась заглянуть в комнату. Микки пришел в ярость. – Иди куда шла, давай-давай. Блять, нахуй отсюда я сказал! Закрыв за ней дверь, Микки взял меня на руки, заботливо укладывая на кровать. – Совсем ебанулась, мать. Ёпт, ну ты даёшь... – крепко обнимая меня, говорил он. "Хмурый" лишь сильнее действует, мне хочется спать, я моментально отключаюсь, так и не успев понять, что мне пытался донести мой дорогой брат.