Together Till The End

Mi vida loca. Сómo manejarlo? Моя сумасшедшая жизнь. Как мне с ней справиться? Слез не было. Я никогда не умела плакать, по-настоящему. Максимум глаза заслезяться как от какой-то болезни и всё. Но из-за веской причины ресницы могут заблестеть, например из-за мамы. Если мне плохо, я всегда хватаюсь за шприц или бутылку. Я теряла и раньше мне дорогих людей, но Дэни стала последней каплей. Её смерть абсолютно сбила меня с толку. Эти ебланы знают на что давить. Они хотели меня сломать и им это почти удалось. Мысль заколоться насмерть, казалась такой привлекательной, но я не могла бросить Карла. Ему всего 16, а он уже столько лишнего видел. Это несправедливо, я пытаюсь не дать слабину, но чувствую, что где-то я уже умерла вместе со своей подругой. Она несколько дней не выходила на связь, вероятно, их застрелили не вчера. Эти твари издевались над Дэниз и Ником. Они искали меня, но поздно одумались. Карл глупо надеялся, что наши криминальные проблемы в прошлом, но такое напоминание совершенно жестоко. Это хуже выстрела в лицо. Нет ничего хуже смерти лучшего друга. Абсолютно ничего. Злость и ненависть разъедала меня изнутри, медленно, как яд. Все ещё не могу прийти в себя. Это невозможно. Невероятно. Прохладный душ освежает, закрываю глаза и все равно вижу эту ужасающую картину. Мои друзья в луже крови, они погибли из-за меня. Это всё из-за меня. Мне надоело. Почему всегда все умирают из-за меня? Это я должна была умереть. Карл – единственный, кто у меня остался. Я не позволю ему умереть, нет. Только не он. Но, в любом случае, я отомщу за друзей, так просто этого я не оставлю. Эти ублюдки заплатят сполна. Сволочи. Сыпал раны на соль Карл, который как будто разучился говорить. Он никогда не терял друга из-за криминала, для него это, мягко говоря, шок. Мы потеряли друзей, которые были для нас всем. Они были нашей семьёй. Я выхожу из душа, завернувшись в халат, вижу Карла, уничтожающего уже не первую бутылку джина. Тяжело вздыхаю. Не описать словами как хреново мне, но даже я, не спешу колоться. На это нет времени. Они идут за нами, и пожалеют об этом. — Хватит, нашел блять время. Не надо, – я убираю бутылку, отбирая у Карла алкоголь. Он молча продолжает испепелять взглядом пустоту. — Как же меня заебала эта хуйня, – слышу я позади себя. — Эмбер, я сам разберусь с этими уебками. Я не позволю стать тебе следующей в их ебанном списке врагов. Да. Я ему не сказала о сообщении. Не смогла. Мне казалось, что так лучше. — Не неси чушь. Я убью их всех, и пусть меня посадят, в пизду это всё! – воскликнула я, буквально задыхаясь от ярости. Карл тяжело выдохнул. Он не убийца, и мы прекрасно это знаем. Но для защиты взвести курок ничего не стоит. — Нас посадят. Мы отомстим за наших друзей, – слабо усмехнулся он. — Давай готовить оружие, — кивнула я, отпивая с горлышка бутылки немного джина. *** — Ублюдок прислал адрес, через два часа встречаемся на 131-ом Южном Авеню. Карл смазывал последний пистолет, проверяя механизм пушки. Я с жалостью на него посмотрела. Снова вижу в нем того маленького мальчика, с которым мы убегали от полицейских за очередную шалость в далёком детстве. Карл заметно нервничает, безуспешно пытаясь произвести уверенность в своём поведении. — Ник был мне как брат. Мы с ним с самого начала моего заключения. Без него всё кажется таким бессмысленным, блять... Я поджимаю губы, подхожу к нему, легко касаясь плеча. — Они бы поступили точно так же. Их смерть не должна быть напрасной, понимаешь? Карл касается моей руки, сильно сжимая ее, как в последний раз. — Если я сегодня сдохну, ты не будешь плакать. Пообещай. Я отрицательно покачала головой. — Не неси хуйню, Карл. Ты сам не понимаешь о чем ты говоришь, – я резко сбрасываю свою руку, уходя в другой конец комнаты. Зарываюсь руками в волосы, нервно прохаживаясь из стороны в стороны. — Сегодня никто из нас не умрёт, ладно? Всё? Успокоился? Выхожу на балкон, поджигая сигарету. Глубоко затягиваюсь, осознавая четкость своих действий. Я знаю, что нельзя доверять людям, которые хотят тебя убить. Они знают, что я не так наивна, думают, что у меня есть план. Секрет гениальности в том, что его в принципе и не было. Это будет просто тупая пальба, как обычном фильме про банды. Люди стреляют друг в друга из-за самых разных причин: ненависть, ради удовольствия, а может кто-то просто конченный псих, помешанный на убийствах. Бывает и так. Такие убийства всегда были, есть и будут. Люди гибнут каждый гребанный день, и это не остановить. Миротворцы могут нервно курить в стороне, мира на земле не будет. Уж точно не в Америке. Без слов наблюдаю за красивым закатом, сегодня он особенно прекрасен. Это самоуйбиство чистой воды. Мы идём на верную гибель, думая что мы выиграем. Больше ничего не остаётся. Чертова вера и надежда. Нужно было во что-то верить. И мы верили. В месть. Тяжело вздохнув, я нехотя поплелась в дом, полностью погруженная в раздумия. *** Сегодня даже не могу принять героин. Под ним невозможно быстро соображать, а это самое главное на данный момент. Жажда была сильная, но ярость и ненависть всё же выигрывала. — Ты готов? — Абсолютно, – произнес он, выпуская облако дыма изо рта. Я оглянулась на дом. Почти на месяц я забыла обо всем, что творилось со мной. Майами. Кажется я нашла свой дом, и сразу же потеряла. Послышался шум. Из-за темноты я не видела людей, но сразу приготовила ствол. — Чё за нахер? Из темноты показались люди, которых я меньше всего расcчитывала увидеть в своей жизни. От неожиданности я даже не нашла нужных слов. Не знала радоваться или огорчаться. Это был шок. Мой брат… с сестрой. Это не искра, буря, безумие. Это пиздец, пиздец, ПОЛНЫЙ пиздец. — Че уставилась, не рада нам? – Мэнди. В руках у нее бита, из джинс торчат два пистолета. Она изменилась. Блондой ей лучше, и пирсинг исчез. Теперь она уже не та чокнутая идиотка, которая пиздила всех девчонок, которые хоть на километр приближались к Липу. Но характер и внутренняя агрессия не покидала её, она всё та же. Моя старшая, сводная сестричка. — Как вы меня нашли? — Пацан подсказал, спасибо чувак, – кивнул Микки в сторону Карла, и подошёл к нему, стукнувшись кулачками. — Блять, Микки… Со мной всё будет нормально, обещаю. Не надо в это лезть, ладно? — Ебало завали, – указал на меня пальцем Микки. — И больше не слова, усекла? Я хотела возразить, но вовремя одумалась. — Чокнутые Милковичи в сборе, – улыбнулась я, обняв своих родственников. — Похорошела сестрёнка, теперь ты выглядишь как одна из фиф этого гребанного штата, – высказала Мэнди, перекидывая биту на другое плечо. Я усмехнулась. — А ваши Галлагеры где? Микки и Мэнди переглянулись не совсем радостными взглядами. — Лип сейчас Йеном в Висконсине, – ответила Мэнди, откидывая волосы назад. — Они не знают, что мы здесь, – объяснил брат, почесав затылок. — Блять, не надо на меня так смотреть, да харе, я тебе говорю. — Вы ебанутые, но я вас люблю, – слабая улыбка появляется на моем лице, впервые за этот день. — Ёпт, а это ещё кто? – кивнул Карл в сторону небольшой группы людей, которая стремительно приближалась к нам. — Нежданные гости, – Мэнди скептично сжала биту в руках, готовясь к драке. Обеспокоенно я осмотрела друзей. — Tranquilo. Estamos aquí para ayudarte, hermana! – один из парней выкрикнул, поднимая руки вверх руки. Спокойно, мы пришли помочь тебе, сестра. Я стояла в шоке, все ещё сжимая револьвер в руке. — Чё за нахуй? Говори на блядском английском, козёл! – вопил Микки. — Успокойся, – произнесла я, показывая жестом. Эти те самые латиноамериканцы, которые союзничают с Мэйсоном. Те самые, кому я запудрила голову сотрудничать с черными ребятами. Теперь они решили убить меня, замечательно. — Qué demonios haces aquí? Usted vino para mí? Какого черта ты здесь делаешь? Вы пришли за мной? Судя по акценту, эти ребята либо из Мексики, либо из Пуэрто-Рико. Что-то есть знакомое в их лицах. Такое за версту слышно. —No vamos a dejar que mató a algunos de los nuestros. Usted chicanos? Мы не потерпим, чтобы убивали кого-то из наших людей. Ты ведь чикано, верно? —Mitad, – возразила я. Наполовину. — Ебанные мексиканцы, – выплюнул Микки. — Где она так научилась пиздеть? – скривилась недовольно Мэнди. — Она же мексиканка, ёпт, – Микки зажёг сигарету, пряча зажигалку в карман джинс. Я обернулась услышав разговор. — Они пойдут с нами. — С хуя ли? – гневно выпалил Карл. — Они такие же враги, как и те уебки. — Всё под контролем, – сказала я, отбирая у брата сигарету. — Нечего так на меня палить. Идём. Я обернулась к новым союзникам. — Perseguido, – перешла я вновь на «родной» язык. Погнали.