Together Till The End

POV — Эмбер! Эмбер! – Микки безуспешно пытается найти свою сестру, раздается выстрел; что-то подсказывает, что дело плохо, на горизонте он видит толпу, и со всех сил мчится к ним. — Где моя сестра, ублюдки?! – он уже было направил оружие, но парни отступили, давая ему пройти вперед. На асфальте лежала Эмбер, лицо залито кровью, глаза плотно сомкнуты, в правой руке крепко сжат черный Glock 17. — Какая сука?… – шокировано начал Микки. — Не успели, она сама это сделала, – произнес один из ребят, наводя ствол на своего друга. — Мы тебя предупреждали, болван, ничего до конца довести не можешь! – ПУФ! Ещё один труп. Бессмысленно. Всё было бессмысленно. Она мертва. Его младшая сестренка, умная и способная не по своим годам. Хитрая и расчетливая, хладнокровная, всегда добивающаяся своего. Это был её выбор. Эмбер предпочла умереть так, чем пасть от чужой руки. Микки отрешенно смотрел на бездыханное тело девушки, он не мог приблизиться к ней. Хотелось наивно верить, что, вот ещё секунда, и она откроет глаза, насмешливо произнесет: « Чё, поверили пидоры? Хуй вам, а не моя смерть!» Но нет. Микки знал, что она не промахнулась, пуля прошла через голову, оставив небольшую пробоину на виске. Это казалось абсурдом. Она не могла умереть, не так просто… Парни из банды были тоже шокированы произошедшим, кто-то злился, кто-то восхищался, мало кто остался равнодушным. — Это в её стиле. Она всегда умела уходить ярко, – горько усмехнулся чернокожий парень. — Даже будучи мертвой, она заставляет чувствовать нас долбоёбами. Типичная Эмбер, – покачал головой один из громил. — Лишиться двух сестер, не завидую тебе, чувак. Микки не слушал, голоса казались настолько далекими, что будто он совершенно не в этом мире, не в этой жизни. — Ребзя, надо валить. Копы могут нагрянуть с минуты на минуту. Переглянувшись друг с другом, гангстеры начали спешно покидать место происшествия, с досадой посматривая на Микки. Никто не знал, сколько ещё так продолжалось. Наверное, прошла целая вечность. Для Микки время остановилось ровно с той минуты, когда он понял, что его сестра вышибла себе мозги. — Микки? – послышался голос, нарушающую шелест ветра, и звука приближающей полиции. Он понимал, что это конец. Его заберут. Он же в гребанном розыске, копы будут довольны как никогда. — Эмбер?... – из руки Карла выпал револьвер, глаза расширились от ужаса, рот открылся от увиденного. — Она мертва, малой. Мертва, понимаешь? – Микки поднял глаза полные слез на застопорившегося рядом Карла, который яростно сопротивлялся принимать действительность. — Нет, нет, – отрицательно качал головой он, приблизившись к ней, став около нее на колени. — Эмбер, Эмбер! Открой глаза, Эмбер, Эмбер! Эмбер!! – Карл осторожно коснулся руками её головы, увидев трещину у виска, он почувствовал внутреннюю боль, которая буквально жгла изнутри как раскаленное железо. Парень осторожно коснулся пальцами её лица, лицо осталось таким же красивым, она как будто уснула, уснула навсегда. Из-под ресниц выступили слёзы, Карл обнял её, придерживая за голову. Кровь полностью залила его белоснежную футболку и светлые джинсы. — Надо уходить, Микки. Нужно её в больницу… Он собрался с духом, решительно встал. Сжимая руки в кулаки. — Где Мэнди? Карл тяжело выдохнул. — Её больше нет. — Блять! Блять, блять! – Микки стал сбивать костяшки до крови о бетонную стену, до самой крови, но даже физической болью не заглушить внутреннюю. Карл взял Эмбер на руки, кровь хлынула с новой силой. Голова Эмбер касалась его шеи, оставляя кровь на ней, стекая на футболку. Кровь была везде, становилось дурно. — Ты куда её? – с безумным видом уставился Микки, яростно кидая взгляд на труп. — Поехали, – выдавил Карл, — Пуля могла не задеть мозг, есть шанс, что её смогут спасти. Шаришь, блять?! Она будет жить! – в сердцах выкрикнул он. Микки медленно подошел к своей сестре, касаясь ее руки. Безнадежно качая головой. — Блять, Эмбер… Ну нахуя, скажи мне? Парни оба устремили свой взгляд на Эмбер, которая не проявляла ни единого признака жизни. — Поехали Микк. Погнали. Микки минуту сомневался, но всё же он решил полностью успокоиться. Ради неё. Было слишком поздно. Полиция нагрянула как раз в ту же самую минуту. Увидев окровавленную девушку на руках Карла, и парня, который уже полгода как в розыске, не было никаких сомнений, что здесь было. В двух кварталах отсюда были арестованы члены преступной групировки « Gangster’s Disciples”, множество трупов «разбросанных» по северному Майами. Микки даже не сопротивлялся полиции, он не видел в этом смысла. Швырнув пистолет на асфальт, Микки поднял руки вверх с совершенно безразличным видом. В голове возник родной голос, с небольшой хрипотцой от сигарет, голос сестрёнки: « Я вытаскивала тебя нахуя? Что бы ты так по дурости снова туда загремел?» Да простит она его за это. Мэнди тоже застрелена, он теперь один. — Отпусти девчонку, парень. Отпусти. Карл только сильнее прижал к себе Эмбер, с ярко выраженной неприязнью кидая взгляды на копов. — Это моя невеста, ублюдок. Нахуй пошел, – Карл сделал шаг, и оказался на мишени полицейских. — Не глупи, пацан. Ей уже ничем не поможешь, – безразлично кинул толстый мужчина, бросив небрежный взгляд на мертвую Эмбер. — Завали ебало, выблядок поганый, – плюнул Карл, в глазах читалось крайнее презрение смешанное с гневом. Легавые опешили от такой дерзости, и даже Микки удивленно покосился на Карла, он сразу оживился, вновь показывая свою всем известную агрессию. — Руки убрал, пидор ты в законе, блять! – он пытался вырваться, но безуспешно, продолжая материться во весь в голос. — Вот мудоёбы нахуй, отпиздячить бы всех вас! Карл ухмыльнулся, одобрительно кивая. — Можешь идти со своей девушкой, пока свободен, – рядом появилась молодая девушка – полицейская, которая не взирая на нарушения, отпустила парня. — Спасибо, – кивнул он. Он закидывает Эмбер на плечо, как куклу, ловит ближайшее такси и сматывается из этого проклятого квартала. — Держись малышка, я с тобой. Моя хорошая, – её руки становятся холодными, Карлу становится страшно. Он понимает, что она вряд ли выживет, другой бы уже побежал заказывать похоронные услуги, но не он. «Нехуй мне тут пиздеть про невозможное!» Карл раньше любил вскрытия, ему нравилось смотреть, как патологоанатом потрошит человеческие тела, как мясо. Но видеть, как режут тело его любимой, даже для Карла было слишком. — Вы кто ей приходитесь? — Я – её парень. — Лучше её родным позвоните. — Я – единственный, кто у неё остался. Врачи с неодобрением косились на Карла, не доверяя ему ни на секунду. Галлагера это стало раздражать. — Хуле ты вылупился? Мать её мертва, отца нет; брат в тюрьме. Есть ещё, блять, вопросы? — Сколько ей лет? — 18. Она слишком молода, что бы умереть. Слишком. Жизнь была в порядке, они уехали во Флориду, всё было круто, думал он. Нет, не было. Карл не знает, как она отчаянно хотела бросить колоться, закончить универ, кое-как привести себя в порядок. Дела никогда не шли хорошо, Карл просто не хотел смотреть в глаза жестокой правде. Он помнит то, беззаботное время, когда он катался на скейте по родному району, связался с преступным миром, нашел родную душу в лице, немного застенчивого афроамериканца Ника, сидевшего за убийство, которое совершил вместе со своей девушкой. Карл считал, что весь мир принадлежит ему, он швырял деньгами направо и налево, совершенно не думая о завтрашнем дне, а ведь и правда, зачем? Ему всего 16, он молод, красив, беспечен и жутко уверен в себе. Ну и кто устоит перед таким? Ответ очевиден. Карл вышел на улицу, немного проветрить голову. Рядом стоял парень, нервно покуривая сигарету, что-то читая в своем телефоне. — Сигареты не будет? Парень оторвался от мобильного, осматривая парня. — Ты с того света вернулся, что ли? Бля, чувак. На. Незнакомец швыряет пачку, которую Карл быстро ловит. — Спасибо. Он заходит за угол местного госпиталя, щелкает зажигалкой и крепко затягивается. Карл закрывает глаза, продолжая молча курить, делая затяг за затягом. Постепенно он перестает нервничать, обещая, что он не будет сходить с ума и ебашить всё вокруг. Он же не конченая истеричка, хотя идея взорвать пару зданий, ему кажется такой заманчивой. Это будет яркий фейерверк, для неё. Она бы ухмыльнулась, мило сморщив свой носик, Карла всегда это забавляло. Его маленькая девочка, одна и на всю жизнь. Он вновь возвращается в здания госпиталя, засовывая руки в карманы джинс. — Мистер Галлагер. Карл поднял глаза на врача, приблизившись к нему. — Мне очень жаль. Пуля разорвала полностью её мозг, смерть наступила практически мгновенно. Мои соболезнования. Карл молча опустил голову, сжимая кисти в кулаки. — Мне можно её увидеть? — Да, конечно. Сколько потребуется. И кстати, кажется это ваше. Хирург протягивает Карлу смятую бумажку, на ней следы от крови. Он видит имя на листке, и быстро прячет в карман. Мужчина провожает паренька в палату, оставляя их наедине. Карл смотрит на неё, пытаясь не плакать, он не может этого выдержать. Эмбер… Такая красивая, она кажется живой. Невероятно. На безымянном пальце блестит кольцо, Карл слабо улыбается, с трудом сдерживая слёзы. Он держит её за руку, переплетая пальцы. — Моя маленькая… – шепчет он, поглаживая пальцем её скулу. — Я люблю тебя, моя сумасшедшая Эмбер Милкович. И всегда буду любить. Карл касается губами её холодного лба, и очень резко уходит, покидая её. Он выходит в коридор и изумляется. На входе в больницу его ждет Фиона с Шоном, Дебби с округлившимся животом, и самый младший — Лиам. Он растерянно смотрит на семью, не в силах что-либо сказать. Фиона подбегает к брату, крепко обнимая его. Он слышит, как старшая сестра плачет, этот звук больно режет слух. Обеспокоенная Дебби тоже спешит обнять своего хулигана-братца. — Мы скучали, Карл. Карл шмыгает носом, кидая взгляд на Дебби. — Я скоро стану дядей? – он слабо усмехается. Дебби почти счастлива. — Да, – произносит она. — Спасибо, что приехали. Серьёзно. Мне очень хреново, я не знаю, как мне жить без неё, понимаете? В голове буквально не укладывается, бля… – Карл массирует голову, зажмурившись от боли, которую принесла гибель родного человека. Фиона без слов снова обняла Карла, успокаивая его. — А что с другими? Где остальные Милковичи? – осторожно спросила Дебби. Карл отстранился от Фионы, устремляя взгляд на дверь палаты Эмбер. — Мэнди умерла, она защищала меня, а я… Я не успел ей помочь. Микки забрал конвой, блять, боюсь, ему дохуя светит, – произнес он, искренне переживая за Микки. Фиона переглянулась с Шоном. — Нужно позвонить Липу. Карл натягивает кофту, набрасывая на голову капюшон. — Валяйте. Я пошел. — Ты куда? Карл! – позвала его Фиона. Карл молча показал указательный и средний пальцы, означающие «мир», исчезая за дверьми госпиталя. Теперь ему совершенно нечего терять. «Да пошло оно всё к хуям!»