Попытка сбежать:«Ошибки прошлого»

Можно ли стереть из памяти самые худшие моменты нашей жизни? Почему люди, которые способны любить, удосуживаются страдать? У всех есть воспоминания из прошлого, которые оставляют неприятный осадок на душе. Они не исчезнут, их нельзя стереть. Мы должны свыкнуться с этим…

***

Запах в аэропорту довольно неприятный. Шум самолётов, суета людей — возвращение домой. Родной Сеул, город, в котором девушка отсутствовала около года. Звонок домой поднял всех родных готовиться к приезду, ведь никто не знал, когда дочь удосужится вернуться с Америки, где обучалась этот год. Фотограф — мечта, которая давно крутилась в голове, но в городе возможности особой выучиться не было. А тут… Ситуация сложилась так, что проблемы сами же подтолкнули к ней. Надо было скрыться, убежать, хотя бы на время. В глаза родителям было до сих пор стыдно смотреть, а старшим братьям тем более, ведь один из них и совершил всю заваруху, в которой девушка тоже предпочла поучаствовать. Чувства… Куда их девать, если разум уносит далеко в неизвестном направлении, а прикосновения родного человека, в прямом смысле, вызывают мурашки? Тяжело, неправильно, но лишь любимое дело позволило оставить все мысли здесь — в Сеуле. Чувства всё равно душат, вызывая слёзы, а ноги, таща тяжёлый чемодан, дрожат, но улыбка не сходит с лица, ведь скоро увидишь родных… Только одного человека видеть совсем не хотелось. Сбежала, хоть попытки и не было… Дала обещание, но не исполнила. Правильные мысли решили всё за девушку, которая до сих пор мучилась в цепях запретной любви. Вроде бы, радость, а на душе камень, который будет висеть на тех самых железных оковах, мешая дышать полной грудью. — Хёна, — светловолосый парень встречает любимую сестрёнку, — Хёна, я тут! На его лице, как всегда, сияет искренняя улыбка, а в руках у него букет белых роз… Он помнит. — Как же я скучал, — обнимает с такой силой, что вот-вот лёгкие вырвутся наружу. — Юнги, ты так и остался милым со мной, хотя, как обычно, тебя привыкли видеть грубым парнем. — Йа, Хёна, чего ты говоришь? Как я могу быть грубым, когда моя мелкая приехала? — Я так скучала, — девушка была безумно рада, вот только не ожидала увидеть его одного. — Ах, да… Хёна, Чонгук не смог приехать, он сейчас в командировке по отцовским делам. Вернётся завтра ночью. — Ничего… Мне так даже легче, — еле-еле шепчет под нос девушка, чтобы лишние уши не слышали. — Ну что, поехали? — Конечно. В груди что-то отпустило, но ненадолго… Ещё всё впереди, ведь человек, которого безумно любит девушка, скоро вернётся и сердце начнёт сильнее болеть, ощущая недостаток кислорода. За окном ничего не изменилось. Те же маленькие кварталы, сменяющиеся красивыми сооружениями, от которых трепещет душа, а любимые места напоминают радостные моменты. Родное всё же приносит больше тёплых ощущений, нежели новое, неизведанное…

***

— Ма, па, я тут маленькую девочку подобрал, — Юнги, как всегда, использует свой тонкий юмор, а из гостиницы уже несутся мать с отцом. Хёна едва сдерживает слёзы, а руки двойной хваткой сжимают её открытые плечи. — Милая, ты так похудела, неужели в Америке плохо кормят? Мама нервничала, ведь безумно скучала по дочери. Хёна слишком быстро приняла важное решение, толком не оповестив об этом родителей. Каждый день они созванивались, а девушка лишь отвечала на вопросы тихое «Всё хорошо», хотя в её жизни всё не так гладко. Никто не знал о переживаниях Хёны, даже сам Чон. После той ночи она просто испугалась… И, написав записку родным, отправилась покорять вершины Лас-Вегаса. Она не знала, что творится на душе у брата, который проснулся с утра в холодной постели. Всё слишком сложно и запущено, но за грехи приходится платить. Всегда возвращаются туда, где тебя ждут и любят, и Хёна не исключение. Она скучала, безумно и сильно. Папа стал расспрашивать о том, как здоровье дочери, а Юнги в этот момент лишь цокал, прося родню хотя бы дать пройти сестре в гостиную. Да, год разлуки даёт о себе знать. Здесь ничего не изменилось, лишь шторы обрели более светлый оттенок, ведь мама давно хотела поменять цвет. Любимая полка, на которой стояло также много книг, как и всегда. В них девушка находила умиротворение и спокойствие, окунаясь в мир персонажей. В реальности всё не так гладко, как в омуте фантазий. Отец всегда ставил в пример младшую дочь своим сыновьям, на что они лишь цокали. — Кхм, Хёна, — спокойно окликнул брат, заставляя повернуться. Перед ней стояла красивая девушка. Каштановые волосы, собранные в высокий хвост, голубые глаза, что редкость для азиата, а на лице улыбка, добрая и искренняя, как у братца. Платье небесного цвета шикарно сидит на её фигуре. Просто и со вкусом. — Я бы хотел тебя познакомить с Лили. Моя девушка, которая украла сердце одинокого парня, — засмеялся Юнги, отчего Лили покраснела. — Здравствуй, Хёна. Юнги много о тебе рассказывал, правда я сначала думала, что тебе лет 10-12, ибо он слишком часто называет тебя «мелкой». Все засмеялись, а Хёна двинула локтём в сторону брата, отчего тот шикнул. Братья всегда славились популярностью в школе, а теперь уже в университете, но Юнги, если полюбит, то не отпустит, хоть и характер у него кажется грозным, дома он, словно пушистый кот. А Чонгук любил побаловаться девушками, хоть, оказывается, влюбился в свою собственную сестру. Но кто знает… — Юнги просто давно не получал. Нет, мне совсем скоро 20. — Очень приятно. Такая уютная атмосфера очень радовала Хёну, может быть, от того, что нет Чонгука, который явно бы начал разборки наедине. Было радостно за брата, да и за родителей. На дворе лето, и через год у братца уже выпуск из университета. Кто знает, может и семейка отличная получится, если, конечно, Лили не сбежит от порой ворчливого братца. — Хэй, мелкая, пойди хоть переоденься, устала ведь. — Да, милая, переодевайся и быстро за стол, а то совсем худенькая. — Ма, да что ты пристала к ней, — бубнил себе под нос Юнги, но Хёна уже не слышала. Девушка отправилась в комнату, где всегда и обитала. На втором этаже также пустует коридор, а, пройдя мимо комнаты Чона, по телу пробежали мурашки. Заходить не хотелось, всё напоминает о нём, а синие лампы раздражали, как и раньше. — Ничего не изменилось, — шепчет Хёна, поправляя чёлку. В доме лишь эта комната не напомнила о брате. Даже в ванной, где всё началось, было неловко находиться, ведь тут они и открылись друг другу. Как сейчас, девушка помнит его губы и прикосновения, которые, словно ток прошибают каждую клеточку тела. Почему так неправильно? Почему так тяжело? Так страшно снова заглянуть в его глаза, в которых тонешь и отдаёшься эмоциям. Одна ночь изменила судьбы двоих людей. — Эй, мелкая, я есть хочу. Идёшь? Из мыслей вывел голос брата, который явно сейчас взорвется, ибо, когда он хочет есть, то лучше бежать. — Да, иду. Девушка, надев майку с юбкой, отправилась на ужин. Вечер обещает быть тёплым.